Клименко Тимофей – Шаман наших дней (страница 1)

Шаман наших дней

Глава 1

Каждая дверь не случайна. Каждая дверь - это портал. Портал между мирами, своим и чужим. И на самом деле большой вопрос, где именно находится ТВОЙ мир, с какой стороны двери. И так ли нужен этот переход из мира в мир? Ведь за что Ромул убил своего брата Рема? За то, что он перепрыгнул черту будущего города, то есть нарушил границу между своим и чужим мирами. А прошёл бы он сквозь двери или врата, возможно, что-то и изменилось бы в лучшую сторону. Впрочем, история не знает сослагательного наклонения.

Мужчина на секунду остановился перед закрытой дверью, выдохнул, откашлялся и протянул аккуратную ухоженную руку к самой обычной дверной ручке, которая была прикручена там, где ей и положено было быть: на обитой чёрным дерматином двери. Но его пальцы схватили лишь пустоту и сжались в кулак, а сам мужчина по инерции наклонился вперёд и чуть не упал. Однако ни о какой мистике речь в данном случае вовсе не идёт. Просто двери, как известно, открываются с двух сторон, и дверь перед ним в данный момент была распахнута изнутри.

- Проходите, Вадим – проговорил высокий худощавый мужчина с заострёнными чертами лица, пронзительным взглядом и нездоровым, землистым цветом кожи. Вадим чуть-чуть замешкался, затем прошёл в прихожую и огляделся. Обычная прихожая с абажуром и платяным шкафом, слева ванная и туалет. Прямо - кухня и спальня. Хозяин прикрыл за гостем дверь и указал рукой сначала на тапочки, а потом на комнату в конце коридора. Пока гость переобувался и шёл следом за хозяином, мужчины молчали. В комнате, которая одновременно была и залом, и рабочим кабинетом, хозяин так же жестом указал гостю на низкое кожаное кресло, а сам сел напротив и заговорил негромким, чуть хрипловатым голосом:

- Меня зовут Александр. И прежде чем вы озвучите мне свою просьбу, я хотел бы услышать всю предысторию обращения.

Вадим окинул взглядом комнату, чуть задержался на огромном книжном шкафе со стоящими на полочках фигурками животных, потом на висящем на стене двухметровом рыцарском мече и, наконец, посмотрел в глаза хозяину квартиры. Тот без труда выдержал эту дуэль, и теперь уже Вадиму пришлось прятать глаза от его немигающего, будто бы змеиного взгляда. Но спрятав их, Вадим тотчас же наткнулся на другой, ещё более тяжёлый и серьёзный взгляд. И принадлежал этот взгляд... крупному чёрно-рыжему коту!

- Ну короче. У меня был брат-близнец, Игорь. – начал рассказ мужчина, откинувшись в кресле и расслабленно положив одну ногу на другую, - Это был талантливый пацан, медик, художник. Он институт закончил, жениться собирался, ну чо, как все чтобы. А потом ночью его какие то козлы ножичком почикали у подъезда… Вот я сейчас и хочу с ним побазарить. Скучаю, типа, сильно! По братану. А ты, говорят, шаман, – гость неопределённо обвёл рукой помещение, - и что мне братана с того света позвать можешь.

Шаман смотрел на горящую в пиале ароматическую траву и молчал. Молчал и гость. Кот, развалившись на огромном кожаном диване, лениво жмурился от ярких лучей солнца и, казалось, улыбался каким то своим, кошачьим мыслям. И только старинные часы-ходики равнодушно тикали на стене, не давая тишине стать окончательно звенящей.

- Вы мне многое не договариваете, – глядя будто сквозь собеседника, сказал Александр. - Я вам помочь не могу. И не хочу. Кем был покойный брат?

- Слышь! Тебе-то какая разница? – начал психовать Вадим. – Ты мне Игорька сюда вытащи, а я денег отстегну. Много денег. А остальное не твоего ума дело, понял?

- Вадим! Мне очень не нравится, когда меня пытаются использовать. Либо вы рассказываете всё как есть, и я думаю над этой просьбой, либо сразу уходите отсюда, – в голосе шамана послышались стальные нотки.

- Ну хорошо, – неожиданно быстро согласился Вадим и, барабаня пальцами по поручню кресла, заговорил доверительно, старательно подбирая слова и избегая жаргонизмов.

- Я хочу у брата спросить имена его убийц, найти их, выследить и сдать мент… полиции. Чтобы типо зло было наказано. А то что же это получается? Братана черви точат, а злодеи ходят по кабакам и девчонок там жмут вволю? Куда только Бог смотрит?! Или шаманы в него не верят?

- Шаманы в принципе не верят, шаманы знают, – поправил его Александр, – знают многое. Что же касается зла и добра, то это просто колебания системы. Влево или вправо, вперёд или назад, к злу или к добру, это не так уж и важно для Вселенной. Пока система колеблется, она движется, развивается, а значит, и живёт. Как только она сбалансируется, то остановится и замрёт. Как камертон. И жизнь остановится. Впрочем, вам ведь это не интересно, вы о зле знаете не понаслышке. Ведь вы уже убили троих из тех, кто зарезал вашего брата.

Вадим попытался вскочить и выхватить нож, но получилось только нелепо дёрнуться и завалиться вниз лицом на стол. Витиевато выматерившись и вдоволь надёргавшись, парень затих, уткнувшись лицом в столешницу. Александр наклонился вперёд и ехидно поинтересовался у него:

- Сложно угрожать, когда лежишь безвольной куклой? - потом поднялся, обошёл вокруг стола и усадил гостя вертикально. – Ваш брат не был художником. И медиком он тоже не был. Это ложь. Он был преступник, киллер экстра-класса. Но однажды показал тайник с деньгами и этим подписал себе приговор. Но вот беда, тайник был пуст, а исполнители затребовали денег не только за убийство, но и за молчание. Троих вы сразу убили, а потом вспомнили про перстень, что был у брата всегда на пальце, но исчез после убийства, так? И решили разыскать. Только зря. Проклят тот перстень, а брат это знал и был его жрецом. Четвёртый из убийц, тот, что сумел сбежать, уже и сам мёртв. А если вы найдёте перстень, то тоже умрёте. Перстень не просто убивает, он собирает души убийц. Теперь можете убираться отсюда вон, я не стану звать вашего брата из глубин Нижнего мира.

Вадим нерешительно пошевелил пальцами, затем рукой, затем медленно и аккуратно поднялся из кресла, придерживаясь за его спинку.

- Вы меня ментам сдадите, да? - спросил он у шамана.

- Нет, – пожал тот плечами, – это не моё дело. Никто не умирает не своей смертью. Каждый уходит в своё время. Так что карать вас я не собираюсь, однажды это сделает судьба. А сейчас уходите!

Вадим, шатаясь, побрёл к выходу из комнаты, затем испуганно вернулся, положил на кресло конверт с деньгами, глянул на неподвижное лицо Александра и, вынув из кармана ещё горсть мятых купюр, не считая, бросил их рядом с конвертом. Затем кивнул своим мыслям и как мог быстро покинул квартиру шамана, едва не упав на пороге.

Кот не спеша спрыгнул с дивана, подошёл к креслу и, встав на задние лапы, обнюхал деньги.

- От них пахнет кровью и порохом! – внятно подумал он. – Опять все в детдом унесёшь?

- Да, – подумал ему в ответ шаман, – а у тебя есть другое предложение?

- Есть. На первом этаже живёт мать-одиночка. Купи ей швейную машину, она будет на еду портняжить.

- Куплю, тут всем хватит, – улыбнулся уголками губ шаман. – А ты за последние сто лет стал мудрее, да и в размышлениях о дверях и границах есть зерно разумного.

Кот демонстративно фыркнул, закатил глаза и вернулся на диван, обернув вокруг себя огромный пушистый хвост.

© Copyright: Тимофей Клименко

Глава 2

Люди всегда к чему-то стремятся. Чего-то хотят, добиваются, движутся. И будто бы не осознают, что их движение конечно. Что когда-то они остановятся навсегда. Что однажды в череде дорог и дверей они встретят свою последнюю дверь. Ту, после которой уже не будет других. Но они откроют её и переступят свой последний порог. У кого-то она будет вести в жилище, а у кого-то, наоборот, из жилища, но суть не в этом, а в том, что она последняя. Но что бы изменилось, если бы осознавали? Скорее всего, научились бы ценить своё время, свою жизнь и свой путь. Научились бы наслаждаться жизнью, идти по ней не спеша и смакуя каждый шаг, каждый путь, опять же каждую дверь… Но люди этого не понимают, оттого и спешат, и торопятся, и падают, как снежинки на ладонь: навсегда и не заметно для других.

Трое мужчин быстрым шагом поднялись по ступеням и остановились на площадке так, что один оказался перед дверью в квартиру, а два других блокировали собой ступени вверх и вниз соответственно. Стоящий перед дверью сделал предостерегающий жест, и все трое одновременно замерли. Выждав несколько секунд и убедившись, что вокруг нет никого кроме них, мужчина кивнул своим спутникам и занёс руку вверх, чтобы постучаться. Но дверь в ту же секунду распахнулась, и в образовавшемся проёме перед ними предстал сам хозяин квартиры.

- Проходите, – его голос звучал одновременно и устало, и саркастично. Но гости, не дожидаясь разрешения, уже вбежали в квартиру и, на ходу достав оружие, тотчас осмотрели помещение. В небольшой, тускло освещённой прихожей остались только хозяин квартиры и тот из гостей, что хотел постучаться в дверь. Он явно был главным и всем видом показывал собственную значимость и силу. Продемонстрировав чёрный короткоствольный пистолет, он качнул дулом в сторону двери. В это же время подельники вернулись после осмотра в прихожую и, не обнаружив никого постороннего, доложили об этом коротким и ёмким словом «Чисто!». Хозяин, мужчина неопределённого возраста, в тёмном свитере и таких же тёмных неприметных брюках, удивительно гармонировал с прихожей, будто бы растворяясь в ней. Он был гораздо выше своих гостей и, пользуясь этим, смотрел на них слегка свысока. С улыбкой закрыв входную дверь на несколько оборотов, мужчина картинным полупоклоном указал на дверь в конце коридора. Грабитель так же картинно поклонился в ответ и кивнул, чтобы мужчина шёл первым. Сам он пошёл следом. Главарь был молодым, крепкого телосложения парнем, которого можно было бы назвать даже вполне привлекательным, если бы не шрам от левого угла рта и почти до самого уха. За ними шли подельники. Это были люди из той породы, для кого атрибутика важнее сути. Их наколки были сделаны не в тюрьме, а в тату-салоне, а золотые фиксы, что они установили в районной поликлинике вместо здоровых зубов, служили исключительно для имиджа. Но это не мешало двум круглолицым розовощёким братьям считать себя авторитетами уровня Дона Корлеоне.