Клименко Тимофей – Шаман 3 Deus vult, Alexandere. (страница 13)

- Ну почему же не могут? Ещё как могут. Смерть, - это ещё не повод прощать обидчиков, отец Михаил! Вот ты же собираешься убить убийц, чтоб отомстить за убийство. Так? – перешёл на ты Александр.

- Так, – с напускным равнодушием ответил Михаил.

- Вот! - удовлетворенно отметил шаман. - Но самая главная месть уже свершилась. Ты ответил за смерть Сапожковых, поп! И даже твой сын считает это справедливым!

- Нет! Нет! - закричал Михаил.

- Прими это, прими! Твоё прошлое догнало тебя, и ничего с этим не поделать. Ведь именно по твоей вине умер от жажды младший Сапожков, а старший из-за этого застрелился на его могиле.

- Но откуда ты всё это знаешь, шаман?

- Твой сын и рассказал. А ему рассказали Сапожковы. И я им верю, потому что у покойных не принято обманывать. Враки и ложь это - всё-таки удел в живых. Прими это, поп! Ведь именно ты запустил цепочку событий, убив Виталика. Смерть твоего сына, - это и есть месть.

- Виталька умер случайно! Мы не хотели его убивать! - Закричал исступлённо Михаил и бросился к шаману. Встав напротив Александра, он схватился руками за край стола с такой силой, что столешница лишь жалобно заскрипела.

- Михаил! Сядь и расскажи, как всё это видишь ты, не надо ломать мне стол!

Священник послушно опустился в кресло и, покачав головой, начал рассказывать. Иногда он прерывался на полуслове и замирал, словно боясь шевельнуться и этим отогнать воспоминания, а иногда так спешил рассказать, что съедал окончания слов.

- Что тут рассказывать... Я был бандитом. Братком, как принято говорить сейчас. А мой одноклассник Витька Сапожков стал бизнесменом. Коммерсом, как мы тогда говорили. Я не помню, как появилась эта идея, но она появилась и прочно засела в головах у меня и моих дружков. Мы решили украсть Витиного сына и стрясти с папаши солидный выкуп. Но всё сразу пошло не так. Вмешался прохожий, и нам пришлось его убить, прямо в людном сквере, а потом привязать к скамейке, будто он дремлет. У мальчишки с собой оказалась карта с очень приличной суммой, и малец пытался ей откупиться от нас. Сказав пароль, он надеялся, что его отпустят. На эти деньги мы купили дури, водки и позвали женщин, решив так отметить начало прибыльного дела.

С Витькой мы на связь не выходили, решили дать ему время самому сломаться, отчаяться и быть готовым согласиться на любые условия. Несколько дней прошли как в дыму, мы наслаждались жизнью, забыв обо всём и всех. Про Витальку мы тоже забыли, закрыв его в погребе на моей даче, где и гуляли. А он в это время попросту умер от жажды. Мы залепили ему рот скотчем, надели тёмные очки и так сфотографировали. Деньги Витька передал все и сразу, просил только сына не обижать. Тело мы подкинули на крыльцо отцовской фирмы следующей ночью.

А вскоре я ушёл из бригады, потому что мне везде где стал мерещиться Виталька в тёмных очках. Врачи, водка, дурь... Ничего не помогало. А вот молитвы держали покойника на расстоянии. Так я попал в церковь.

***

- Где болит, родной? Где? Что? Где болит?

- Тише, Нинок, тише! Это не раны, а заряд бодрости. И я им сейчас поделюсь! Что это за порталы?

- Дальний - мумии, она в него хотела уйти, но не успела, а в ближний её дядя Андрей заманил, они там сейчас... Не ходи! Слышишь!

- Тише, роднулечка, детей не разбуди! - с недоброй улыбкой проворковал бывший комиссар, водя руками над порталом. - Что за тупость? Так уже лет пятьсот никто не делает! Защиты, как говорится, кот наплакал! А я же не плачу совсем! Ладно, сейчас сбегаю по-молодецки, Рэю-скарабею пособлю и вернусь быстренько!

Но даже попасть в портал Дима не успел, потому что оттуда в этот миг выскочило Умертвие и сбило его с ног. Следом вышел Рэй в очень помятых доспехах и без одного меча. Его подожженная эспаньолка воинственно топорщилась, добавляя суровому облику некроманта лёгкую комичность.

- Вернись, гнилушка, бой не окончен! - потребовал чернокнижник, загораживая духу путь к созданному ранее порталу. Ведьма ухмыльнулась и ударила ярким пульсаром в пол.

От этого удара Рэя и Диму отбросило в противоположные углы комнаты, а Нина отлетела к девочкам, за барьер, где она очень сильно ударилась головой о стену.

«Была бы живая - сейчас бы умерла!» - с досадой подумала девушка, глядя на умертвие. А оно засмеялось каркающим смехом, прыгнуло в свой портал и там исчезло. Но почти сразу же вновь появилось перед ним и по инерции снова прыгнуло в искрящийся контур. И снова появилось в полуметре и снова вернулось в портал. С каждым разом прыжки становились всё быстрее и быстрее, а зловещий смех стал больше похож на завывание.

- Что ты сделал с порталом, Димочка? - Нина растерянно смотрела на бесконечный и бестолковый бег ведьмы.

- Закольцевал, - пожал плечами бывший комиссар, - ибо нефиг! Видишь, с каждым разом она входит в портал всё быстрее и быстрее, и выйти из этого забега сама не сможет, пока не разрушится портал. Да, я люблю всё-таки с мышкой поиграть! Привычки, они ведь как блохи: заводятся легко и незаметно, а выводятся долго и мучительно…

- Хороша мышка, ничего не скажешь! Она же чуть не убила тебя! - возмутилась Нина, но наткнулась на удивлённый взгляд любимого.

- Ну и что? Ведь не убила же!

Нина, ища поддержки, посмотрела на Рэя, но тот лишь меланхолично пожал плечами, выражая тем самым солидарность с Димой, и кивнув на портал, спросил:

- Что будем делать с этим духом? Я предлагаю сначала жестоко допросить, а потом милосердно убить. Так будет спокойнее и надежнее. Не люблю, знаешь ли, возвращаться к одним и тем же вопросам по несколько раз.

***

- Но неужели за столько лет служения я не искупил своей вины, Саша? – со священника окончательно слетела маска равнодушия, и он с надеждой посмотрел на шамана.

- Нет, Михаил, нет. Ты, конечно, совершил много действительно добрых дел, но сделал это не от души, а чтобы было чем торговаться с совестью. Ты не другим желал добра, ты хотел его купить для себя. Так не бывает, Михаил, не бывает! Да и Виктор тебя проклял капитально, - будничным тоном пояснял Александр жадно ловящему каждое его слово Михаилу. – Нет, не тебя персонально, а всех причастных к смерти сына. Проклял и застрелился. Прямо на могиле. Поверь, родительское проклятие, усиленное кладбищем и кровью - это оружие, всегда бьющее без промаха.

- Так что же? Витька отомстил за своего сына, а я не могу? Ему можно, а мне нет? - вспылил Михаил, резко вскакивая из-за стола, но Александр лишь спокойно кивнул.

- Ему можно, а тебе нет. Угомонись, Михаил. Ведь две смерти тебе уже аукнулись, а ты хочешь новых. Не нужно никого убивать, сейчас ты закрыл свой счёт, не открывай новый!

- Я послушаюсь тебя, Саша, но прошу, молю тебя! Узнай, простил ли меня сын? Узнай, для меня это важно… Или, может быть, ты пустишь его душу в своё тело, чтобы я мог поговорить с ним сам? Я сложу с себя сан, я готов погубить душу, я сделаю всё, что ты скажешь! – Михаил жалобно смотрел на шамана, а тот скривился, будто бы от зубной боли, и замахал рукой.

- Стоп, стоп, стоп! Тело, - это не машина, нельзя пустить порулить! Да и жертвы твои ни к чему, от общения со мной ты не станешь плохим. Ты стал им задолго до этого, и теперь лишь можешь стать хорошим. Если захочешь! А у твоего сына я и так спрошу. Только немного подожди, и я вернусь с ответом!

Александр прикрыл глаза и, поймав миг между ударами сердца, перешёл прямиком в Нижний мир. Сын Михаила и оба Сапожковых его уже ждали. Получив ответ и заручившись благодарностью духов за помощь посредника, шаман решил не спешить домой, а сначала проверить, как дела у Димы. Благо, что разное течение времени в мирах играло ему на руку.

***