Клим Ветров – Щит Империи - Вторжение (страница 31)

Но мне пришлось его разочаровать.

— Бежать будем, и чем быстрее, тем лучше!

— Поня-ятно… — Разочаровано протянул тот.

А я посвятил себя управлению шагоходом. Неровная дорога — если этот заваленный камнями участок можно назвать дорогой, требовала повышенного внимания, тем более что за спуском намечался подъём. Пока мы внизу, нас не видно, поднимемся, будем как на ладони. Ладно хоть далеко.

«Есть опознание! Как слышите? Приём!» — динамики внезапно завопили голосом Семёнова.

— Слышу хорошо, не томи! Приём. — Тут же отозвался я, предвкушая хорошие новости. Если чужие машины опознались, значит это не ящеры, что уже хорошо.

«Беркут» и «Орёл»! Остальных пока пока не видно! Приём!' — эмоционально прокричал ротмистр.

Отлично, даже если гости окажутся враждебно настроены, воевать со «своими» куда проще чем с ящерами. Машины слабее, опыта меньше, а может и совсем нет, плюс с нашей стороны мандража меньше будет. Но это если враждебно, а если всё же нет?

Переключившись на выделенный канал, я спросил Семёнова куда направляются чужие шагоходы.

«Курс не меняли, пока направление так же к лагерю» — ответил тот.

Ну вот, значит либо подкрепление к бандитам — хотя я слабо представлял союз армейской элиты и отбросов общества, либо идут за тем же за чем и мы.

— Отходим за гору и ждём там! Как поняли? Приём. — Скомандовал я, и дождавшись подтверждения, снова переключился на ротмистра.

— Если начнут бить по лагерю, покажись, и попробуй связаться, если окажется что они заодно, тогда просто наблюдай. Прием.

Ответив что всё понял, Семенов ускорился и повёл свою машину под ближайшую горную гряду, где его маленький робот — а в этом «походе» он сел за пульт единственной нашей легкой машины, будет практически незаметен.

Мы же отошли ещё дальше, заняв позиции за огромной скальной насыпью.

— Кто это может быть? — послушав переговоры, спросил Виктор. После увиденного в первом лагере он преимущественно молчал, если и «оживая», то только по делу.

— Гадать не берусь, подождём немного, тогда и узнаем. — Уклонился я от ответа.

— И всё же? Есть ведь у тебя какое-то предположение? — продолжил настаивать он.

— Предположений нет, скорее домыслы. Для меня так же непонятно откуда здесь взялось целых шесть машин.

— Может с академии?

После «инцидента» с прорывом ящеров, на территории академии не оставили ни одного шагохода, морем переправив их куда-то поближе к центру. Преподавательский состав тоже разъехался, потому как работы по их квалификации в городе не было, а имея за плечами такой опыт, идти куда-то в сферу услуг не хотел никто.

— Вряд ли. Возможно остатки каких-то соединений с границы, но это не точно.

Дальше разговор не пошёл, и следующие полтора часа мы просидели в полной тишине.

«Выстроились боевым порядком!» — нервно сообщил Семенов.

— Дождись когда начнут стрелять, и покажись! — тоже на эмоциях прокричал я. По сути, сейчас самый ответственный момент, как бы там ни было, кто бы не сидел за пультами незнакомых машин, враг у нас точно был один, оставалось теперь только общий язык найти.

Минуты томительного ожидания прервались очередным воплем из трещащих динамиков.

'Есть! Они лупят по ним! Лупят! — кричал ротмистр.

— Действуй по плану, если свяжешься, переключай на меня! — так же воодушевленно ответил я.

— А если они не смогут? — вмешался Виктор, заставляя меня вздрогнуть. Задумавшись, я совсем забыл о его присутствии.

Шесть машин против нескольких танков и кучи всякого разного, это очень серьёзно, поэтому в победе «наших» я нисколько не сомневался. Другой вопрос в том что будет с их оппонентами, но вряд ли те отделаются лёгким испугом, как было задумано в моём плане.

«Беркут», «Орел», «Фокс», «Буян» и пара «Скаутов»! — есть полное опознание!' — почти сразу сообщил Семёнов, и тут же, без паузы, заорал о появлении новых целей.

'Не определяются! Две метки на тринадцать часов! Удаление пять километров, направление движения юго-запад!

— Телеметрию передай! — оборвал его я, надеясь что это какая-то ошибка.

Но нет, появившееся через несколько секунд на дополнительном экране картинка не давала повода сомневаться, во фланг атакующим действительно шли два робота. Опознания не было, но по сигнатурам всё указывало на тяжелые или штурмовые машины.

«Союзники» тоже заметили появление гостей, но среагировали странно, вместо того чтобы перестроится, принялись неуклюже маневрировать.

— Картинка есть? Приём. — Щёлкнул я рацией.

— Работаю над этим. Приём. — Спустя минуту отозвался ротмистр, а я заметил как его юркая машинка полезла на гору.

Будь на его месте любой другой из наших шагоходов, шансов остаться незамеченным он бы не имел, но у машины Семёнова такие шансы были. Не сто процентов, но всё же.

Добравшись почти до вершины, маленький робот замер, из кабины «выпала» крошечная фигурка и побежала на самый верх.

«Вот ведь перестраховщик…» — С удовлетворением подумал я. — Пусть не так быстро получится, зато надежно. Расстояние небольшое, бинокль у него есть, посмотрит, запишет видео, и вернется.

Так и получилось. Ротмистр добрался до верха, и почти ползком выполз на вершину.

Наблюдал минуты три, не больше. Потом отполз, поднялся, со всех ног припустив обратно.

«Машины незнакомые, думаю ящеры» — добравшись до кабины сообщил он, и почти одновременно пришли переданные файлы.

Ну точно. Восьмидесятитонный «Пилигрим» и стотонный «Разрушитель». Два штурмовика. Если сравнивать с кем-то из наших, ровня разве что Пересвет, но он ещё долго будет подпирать потолок в доке. Моя машина не дотягивает, но из имеющегося наиболее близка по характеристикам, хотя отсутствие ракет играет не на пользу.

— Всем приготовиться! — скомандовал я, переключившись на общий канал, и дождавшись подтверждения, отключился.

— Что сейчас будет? — оживился Виктор.

— Не могу знать. Слишком много переменных.

Если плясать от математики, расклад очевиден, двое против шести — не считая нас, итог вроде бы ясен. Но это если считать по количеству без акцента на качество. А если добавить качественный коэффициент, не понятно еще что выйдет. Вряд ли наши «союзники» имеют богатый опыт боев с ящерами, да что там с ящерами, я так думаю что у них вообще с опытом боев туго. В лучшем случае стычки с китайцами, но принимать это за боевой опыт смешно.

Наша тройка — а машинку Семенова в этом раскладе можно не учитывать, тоже не может похвастать боеготовностью. У меня ракет нет, у Кота один лазер не действует, «Леопард» броней нормальной так и не обзавёлся, налепили что-то на скорую руку, так чтобы хватило бандитов гонять. В общем, тоже не слава богу.

— Владимир Андреевич, как слышишь меня, прием! — вновь переключился я на выделенный канал.

Какое-то время в эфире было тихо, но потом он всё же отозвался.

— Слышу хорошо, приём.

— Тебе все же придётся выглянуть, нам без картинки сейчас никак. Если стрелять будут, беги вниз. Как понял? Приём.

— Понял хорошо. Попробую дать картинку, жди. Приём.

— Хорошо. Только аккуратнее, конец связи.

Глядя в монитор как маленький робот вскарабкивается на самый верх, я невольно замер, ожидая что сейчас оживет сигнализация засвета. Но всё прошло спокойно, и вскоре я уже мог оценить как показания радара, так и визуальную картинку. Ракеты бы навести, было бы хорошо, но ракетная установка с заряженным боекомплектом только у Кота, да и то по-минимуму, в расчёте на пехоту и лёгкую бронетехнику. Ящерам от такого залпа слёзы, в лучшем случае краску подпалит.

Меж тем выбрав целью пятидесятитонного «Фокса», ящеры открыли огонь. Тот что левее, стрелял лазерами, правый разрядил автопушки.

И так как-то буднично это выглядело, что я даже не поверил сначала когда на месте где стоял Фокс, ярко полыхнуло, и в то же мгновение во все стороны полетели сдетонировавшие ракеты. Попасть с такого расстояния чётко в пусковую, это либо какое-то невероятное везение, либо нечеловеческая (даже в применении к ящерам) точность. Мне же хотелось склонятся к первому.

— Когда будем атаковать, начинайте с ближнего, того что с набалдашником на плече. Стрелять старайтесь по рукам, это у него самое слабое место. Плечи, локти, крепления орудий. — проинструктировал я на общем канале, и переключившись на Семёнова, дал ему задание связаться с «дружественными» шагоходами.

«Принял, попробую» — отозвался тот.

А схватка только разгоралась. Наученные опытом Фокса, «союзники», прячась за естественные преграды, стали отходить, стараясь вытянуть противника на открытое пространство. И вроде двигались достаточно уверенно, отстреливались по возможности, но всё равно в движениях машин было какое-то торможение. Этакая неторопливость там, где она вообще не к месту.

Вышедший из-за бугра «Разрушитель» поднял обе руки, медленно прицелился, и дал длинную очередь по ближайшей машине. Расстояние большое, звуки почти не долетают до нас, но тут получилось громко, и я отчётливо услышал свистящий вой раскрученных автопушек.

Попал почти точно, словно лезвием бритвы срезав руку семидесятитонному Беркуту, взял бы чуть левее, и у союзников было бы уже минус два. Хорошо что пока обошлось.

А вообще, как ни крути, всё-таки шансов у них нет, даже если вдруг решат атаковать, пока дойдут на дистанцию действенного огня, половину их машин разберут, остальных же добьют в ближнем бою. По-хорошему, помочь бы им, но без связи мы только усугубим положение.