Клим Ветров – Чужие степи 7 (страница 18)

А тут мотор хоть и простой, но вот электрика — отдельная песня. И без приборов, хотя бы тестера, собрать весь этот кошмар будет сложновато. По идее, по цветам можно попробовать, но судя по тому что я видел, цветовая гармония здесь давно уже не соблюдалась.

— Мне инструмент нужен. — опять подошёл я к «братьям». — Ферштейн?

Те переглянулись, но отвечать не спешили, переглядывались меж собой только, да бормотали что-то непонятное. Потом один куда-то ушёл, и очень долго отсутствовал. Разумеется, я его ждать не стал, а вернувшись к самолету, продолжил инспектировать повреждения.

Топливопровод — хвала святым, не тронут ни пулей, ни временем. Всё что нужно имеется, шланги не текут, хомуты на месте. Фильтр прочистить, и, думаю, на этом обслуживанием этого узла ограничусь. Может быть потом, как запущу всё, подачу топлива подстрою, такое ощущение что ответственный за это дело «болтик» кто-то уже выкручивал.

Пока ковырялся, не заметил как вернулся «брат», да не один, с ним был здоровяк и ещё какой-то незнакомый мне человек.

— Чего надо? — недовольно сверля меня взглядом, пропыхтел здоровяк. Не знаю от какого занятия я его отвлек, но выглядел он взъерошенным, и весьма огорченнымё

— Да много чего. Или ты думаешь что он волшебный? Сам полетит? — махнул я на самолёт.

Здоровяк «пожевал» губами недовольно, но агрессировать не стал.

— Вот тебе помощник, он немой, но всё понимает. Что нужно — к нему. А пока давай список, я пришлю всё что смогу найти. — с этими словами он протянул мне обломок карандаша и посеревший от времени листок бумаги.

Инструменты, провода, изоленту, генератор, паяльник, зарядку для аккумулятора, переноску, бензин, масло, мультиметр — вот далеко не полный перечень того что я изобразил на бумаге.

Здоровяк взял листок, прочёл, шевеля губами, хмыкнул, но говорить ничего не стал, и сразу ушёл. Я даже не понял, принесут мне что-нибудь, или не принесут.

Зато когда через пару часов подъехал старенький японский грузовичок, в кузове которого оказалось практически всё перечисленное, я только руками развёл от удивления. И от самого наличия такой техники, и от скорости с какой здоровяк отработал по списку.

Нет, телевизор в доме «вождя» и прочие признаки технологичности как бы намекали, но чтобы так…

В общем, как бы там ни было, теперь процесс починки самолета уже не казался настолько пугающим.

— Писать умеешь? — спросил я своего немого помощника, надеясь что он не только понимает, а ещё и грамоте обучен.

Но с этим вышло как-то неправильно, вместо того чтобы подтвердить, или опровергнуть, тот просто пожал плечами. Мол, сам не знаю.

Решив что он не расслышал вопроса, я повторил ещё раз, но с тем же результатом.

— Ну как скажешь… — совсем озадачился я. Самолёт, это хорошо, но перед тем как сбежать — а я твёрдо верил что мне это удастся, хотелось бы побольше узнать о моих пленителях.

То что это не аборигены, я уже и так понял, но и попаданцами назвать их язык не поворачивался. Говорят, опять же, не пойми на каком. Европейские языки отпадают, тут ничего общего, тюрские наречия тоже, в них я хоть и не дока, но слегка разбираюсь, непохоже. Может евреи, или арабы?

А помощник мой оказался достаточно грамотным. В инструментах не путался, задания понимал с полуслова, и, как мне показалось, со всех сил старался показать что не разбирается в технике. Хотя когда генератор подключал, делал всё сноровисто и без заминок.

— Ты давно здесь? — залуживая оборванные концы проводов, словно невзначай спросил я.

Помощник замешкался, словно решая — не тайна ли? Но секунду спустя кивнул.

Значит давно.

— А сам откуда?

Ответить на требующий неоднозначного ответа вопрос он не мог, но инстинктивно повернул голову на запад.

— Значит мы с тобой земляки. Я тоже оттуда… Там мой дом…

После каждой своей фразы, я внимательно смотрел на его лицо, стараясь уловить мелькавшие эмоции. Практически не реагирующий на вопросы о жителях городка, при упоминании дома он не смог сдержаться и поджав губы, тяжело вздохнул.

— Вот-вот… — подхватил я, — мне тоже тут не нравится…

Помощник «кольнул» меня взглядом, и сделав над собой усилие, вновь превратился в равнодушного болвана. Позже я ещё не раз пытался его «разговорить», но он вообще никак не реагировал на мои слова. Слушал, выполнял указания, но не более того.

А работа тем временем шла своим чередом. Разобравшись с проводкой, на что ушло почти три полных дня, я полностью обслужил всю рулевую часть машины, накачал стойки шасси, прочистил свечи, продул цилиндры, поменял масло в моторе, зарядил оба аккумулятора, и к концу оговорённого срока кукурузник был практически готов к взлёту. Я даже мотор заводил несколько раз, прогневал, гонял на высоких оборотах, но главное, конечно же, было ещё впереди.

Так-то, вроде, всё в порядке, с виду, но всё же самолет непонятно где был эти десять лет, и наверняка болячек повылазит ещё достаточно.

А на смотрины притащилась целая прорва народа. Сам вождь — куда без него? Десятка два из тех, с кем мне так или иначе пришлось общаться за эти дни, куча незнакомых, но судя по одежде и повадкам достаточно основательных товарищей, ну и здоровяк конечно, он тут и так мелькал постоянно, а сейчас важно усаживался в кресло второго пилота.

— Если что не так, пристрелю. — пригрозил он, демонстративно доставая тяжелый револьвер.

Но я не боялся. Убить пилота в воздухе — не самая лучшая идея. Да и не собирался я делать чего-то такого, за что меня нужно убивать. Бензина в баке на десять минут полета, только взлететь и сесть, ничего другого попросту не успеешь. Даже если удастся нейтрализовать здоровяка, куда потом? Километров двадцать, ну тридцать протяну, прежде чем сяду. И чего? Пешком далеко не уйду, через час, а может и раньше меня догонят. Нет, надо ждать подходящего момента…

Пока размышлял, руки сами выполняли привычную работу. Вот взревел мотор, чуть прогрелся, и кукурузник сначала нехотя, а потом всё быстрее и быстрее побежал по полю.

Делая всё по инструкции, я дождался необходимой скорости, и плавно потянул штурвал на себя.

— Мы летим⁈ — недоуменно крутя головой, хрипло воскликнул здоровяк.

Я промолчал, ответа на столь очевидный вопрос не требовалось. Он что-то ещё говорил, но сосредоточившись на управлении, я его не слышал. После автожира и дельтапланов ощущения от управления кукурузником были непередаваемы. Набрать высоту, выбрать курс, и можно расслабиться. Не то что на этих мелких скорлупках, на которых и летать-то можно только в хорошую погоду.

Поднявшись до трёхсот метров, пошёл на разворот. Время течёт незаметно, а топлива настолько мало, что стрелка уровня как лежала на нуле, так и лежит. А вообще интересно, откуда у них бензин? Когда вождь в очередной раз начал говорить про обучение его людей, я объяснил ему, что для этого потребуется много летать, и, соответственно, много бензина. Но тот только рукой махнул, мол не парься, всё будет.

Я, конечно, не парился, но сомневался. Ну а что, здоровый скептицизм, куда без него.

Развернувшись, повёл машину к городку, и только сейчас обратил внимание на его настоящие размеры. Когда меня притащили сюда, всё что я видел — забор, да торчащие из-за него здания. Но с высоты открывался совсем другой вид. Расположенный прямо на берегу, городок длинной змеей тянулся на несколько километров. И хоть времени на разглядывание у меня не было, — предстояла посадка, но кое-что я всё же успел ухватить.

Куча крыш всех форм и размеров — само собой разумеющееся, но было и ещё кое что, а именно огромная стоянка техники. Чего там только не было: Грузовики, всевозможные внедорожники, мотоциклы, легковушки, микроавтобусы. В общем, весьма разнообразный автопарк. Не понятно, правда, как мне пригодятся эти знания, но зато теперь я совершенно точно знаю что «приютили» меня отнюдь не дикари.

Шустро пробежав по полосе, кукурузник остановился и замер. Первый полёт прошёл успешно, и всё что мне оставалось, — ждать.

— Отлично! — хлопнув себя по коленям, воскликнул здоровяк. — Теперь-то мы им покажем!

С тем что полёт прошёл отлично, я был согласен, а вот про «покажем», не понял. Ан-два, конечно, имба в нашем случае, но всё-таки это больше грузовик, чем что-то иное.

Разве что в качестве бомбардировщика?

А снаружи нас уже ждали. Здоровяка пропустили, а вот меня, как главного бенефициара, подхватили под руки, и подтащили к вождю.

Ну точно еврей! — подумал я, очутившись прямо напротив довольного градоначальника, нацепившего на свой, почти лысый череп, шапочку-пришлепку. Не знаю как она называется правильно, но такие носят только евреи.

— Поздравляю! — чуть не расцеловал меня он. — Теперь-то мы им точно покажем!

Наверняка и остальные говорили про «точно покажем», только их я не понимал, на русский они не переходили. И узнать в чём же дело, тоже не удалось, меня протащили к телеге, и погрузив на неё, — в буквальном смысле, повезли обратно в город.

Правда там не оставили как обычно в комнате одного, а натащили целую кучу жратвы, оставив прислуживать молодую девушку из числа служанок. Она уже приносила мне еду, но поставив на стол, тут же удалялась. А сейчас, расставив тарелки, отошла в угол и застыла там немым изваянием.

Невысокая, хрупкая, темноволосая, — но белокожая, одета девушка была в приталенный балахон — типа платья, а на голове носила простую косынку.