Клим Руднев – Петли Сна (страница 1)
Клим Руднев
Петли Сна
Глава 1. Портал в подвале
Я проснулся на холодном бетонном полу и сразу понял, что напился вчера до состояния овоща. Голова раскалывалась так, что невозможно было ее повернуть, так еще и сушило во рту.
Открыл глаза. Вокруг темно, хоть глаз выколи.
— Бля… — выдохнул я и попытался встать.
Получилось хреново. Ноги подкашивались, руки тряслись. Я уперся ладонью в стену — штукатурка холодная и отваливалась кусками. Подвал. Я в подвале «Гравитона» — бара, где мы обычно пили. Как, нахер, я сюда вообще попал?
Вспоминал с трудом, по кусочкам. Бар. Макс рассказывал какую-то дичь про правительственные заговоры и контакты с пришельцами. Линда подливала пива и посылала нас обоих. Я пил. Много. Потом… потом что? Полез в подвал за чем-то? За сигаретами? За бутылкой? Хрен его знает.
Теперь я отчаянно пытался прийти в себя. Голова раскалывалась, во рту пересохло и саднило. Поднялся на четвереньки, потом встал, держась за стену. Да-да. Подвал «Гравитона». Знакомый до боли — ящики с пустыми бутылками, старые стулья со сломанными ножками, металлический стеллаж у дальней стены.
Только стеллаж стоял не там, где обычно.
Я моргнул, пытаясь сфокусировать зрение. Стеллаж был сдвинут в сторону, будто его кто-то недавно двигал. И за ним…
За ним была дверь.
Железная, ржавчина местами облупилась, ручка тоже была стертой. Я был здесь десятки раз, таскал ящики, помогал Линде с барахлом. Стена была сплошной, я готов был в этом поклясться.
А сейчас вдруг появилась дверь.
Я замер. Сердце колотилось так, что я слышал пульс в ушах. Ладони вспотели. Хоть убейся, не было здесь раньше никакой двери. Откуда взялась?
— Хреново дело, Ваня, — прошептал я себе. — Совсем хреново. Совсем свихнулся от алкоголя.
Но любопытство оказалось сильнее страха. Или алкоголь еще не выветрился, притупив инстинкт самосохранения.
Я толкнул дверь. Она поддалась беззвучно, будто петли кто-то недавно смазал.
За ней оказалась лестница вниз. Крутая, узкая, ступени бетонные и неровные. Бетонные стены по бокам, ржавые трубы под потолком. Темнота внизу такая плотная, что казалось, она материальна.
Подвал под подвалом. Серьезно? В этом здании? Я не знал про этот уровень. Линда никогда не упоминала. Да что здесь происходит?
Я нащупал в кармане телефон, включил фонарик. Узкий луч света прорезал темноту, высветив неровные ступени, влажные от конденсата стены.
Спускался медленно, держась за холодные перила. Считал автоматически — раз, два, три… семнадцать. Последняя ступень.
Внизу луч фонарика уперся в еще одну дверь. Та была приоткрыта.
И в этот момент за ней что-то мелькнуло. Голубоватое свечение — на долю секунды, словно кто-то махнул фонарем с той стороны.
Я замер, прислушиваясь. Тишина. Только капает где-то вода и гудят трубы.
Я толкнул дверь, и она открылась без звука и сопротивления.
За ней была маленькая комната. Метра три на три. Голые бетонные стены в трещинах и разводах сырости. Пол неровный, кое-где проступала арматура. Пусто — ни коробок, ни мусора, вообще ничего.
Кроме этого.
Посреди комнаты висел… разрыв. Другого слова я не находил. Вертикальная трещина в воздухе. Края размытые, будто кто-то разодрал пространство тупым ножом и бросил. А за ним — темнота. Не просто черная, а глубокая, какая бывает в космосе на фотографиях. И по этой темноте бежали голубоватые вспышки, как молнии на грозовом небе, только беззвучные.
Я стоял в дверном проеме и не мог сдвинуться с места. Дышать стало тяжело — воздух будто сгустился, давил на грудь. От разрыва тянуло холодом. Таким сильным, что я почувствовал, как по спине побежали мурашки, а пальцы начали неметь.
В ушах зазвенело. Как в граваере, когда резко набираешь высоту и давление скачет.
— Это неправда, — сказал я вслух. — Я нажрался. Я сплю. Это глюки.
Голос прозвучал глухо, будто комната поглощала звук.
Разрыв не исчезал. Вспышки продолжали мигать внутри — медленно, с интервалом в пару секунд. Свет падал на стены, отбрасывал странные тени, которые двигались, хотя в комнате ничего не шевелилось.
Я сделал шаг вперед. Ноги подкашивались, но я заставил себя идти. Еще пара шагов…
Остановился в полуметре от разрыва.
Вблизи он выглядел еще страннее. Края мерцали, будто постоянно перестраивались — растворялись и снова собирались. Холод стал нестерпимым. Я поежился, сунул руки в карманы куртки, но это не помогало. Зубы стучали.
Протянул руку. Пальцы дрожали — не знаю, от холода или от страха.
Еще немного… еще чуть-чуть…
Коснулся края разрыва.
И сразу понял, что это была ошибка…
***
Гравитация едва не вывернула меня наизнанку. Желудок подскочил к горлу, перед глазами вспыхнули белые вспышки. Я не кричал — просто не смог, потому что воздух выбило из легких. Тело растянулось, сжалось, закрутилось в спираль. Кости трещали. Кожу жгло, будто я упал в кипяток. Во рту металлический привкус стал таким сильным, что я подавился собственной слюной.
Длилось это секунды четыре-пять. Но ощущалось как вечность.
А потом резко оборвалось.
Я рухнул на пол. Холодный, металлический, гладкий. Ударился коленями, локтями, головой. Боль пронзила тело, но я ее почти не почувствовал — слишком много других ощущений. Тошнота накатила волной, я перевернулся на бок и меня вырвало прямо на пол. Желчь, кислота, остатки вчерашнего пива.
— Бля… бля… бля… — выдавливал я между спазмами.
Лежал минуту, может, две. Дышал тяжело, судорожно. Сердце колотилось как бешеное. Голова раскалывалась еще сильнее, чем до этого.
Потом заставил себя открыть глаза.
И понял, что теперь я не в подвале «Гравитона».
Длинный узкий коридор с низким потолком. Стены темные, гладкие, будто отполированные, но это не металл — что-то другое, органическое, что ли. По стенам тянулись светящиеся полосы — биолюминесценция, наверное. Голубоватый свет был тусклым, но достаточным, чтобы видеть.
Я сел. Руки тряслись так, что еле удержался. Посмотрел на ладони.
Не мои.
Пальцы длиннее. Кожа… серая. Темно-серая, с синеватым оттенком. Четыре пальца вместо пяти. Длинные, гибкие, с тонкими суставами.
Я уставился на руки и не мог поверить. Перевернул ладонь, посмотрел на тыльную сторону. Та же серая кожа. Никаких волос. Ногти короткие, но острые.
— Что?.. — выдавил я. Голос прозвучал не так, как обычно. Ниже. С каким-то странным призвуком, будто я говорил из-под толщи воды.
Вскочил на ноги. Пошатнулся — центр тяжести другой. Ноги, что ли, короче? Тело ниже? Ростом я был сантиметров сто шестьдесят, не больше. Я, который вообще-то гордился своими метр семьдесят восемь.
Огляделся. Коридор пустой. Ни души. Только гудение где-то в глубине — низкое, монотонное, как работа огромных двигателей. Звук отдавался вибрациями под ногами.
Я не в подвале. Я не в Нео-Москве. Я не в своем теле.
— Охуеть просто, — прошептал я и засмеялся. Истерично и зло, потому что не знал, как иначе реагировать.
Сделал шаг вперед. Потом еще один. Ноги двигались нормально, хотя ощущения были странные: будто надел чужие ботинки, которые вроде подходят по размеру, но натирают. Дышалось даже как-то иначе. Легкие работали, но с непривычным усилием.
Дошел до конца коридора и увидел дверь. Круглую, без ручки. Я уставился на нее, не зная, что делать. Коснулся ладонью. Металл под кожей оказался теплым и от него исходила тоже легкая вибрация.
И дверь открылась. Просто так. Беззвучно, плавно, половинки разъехались в стороны.
Я шагнул внутрь.
Передо мной возникла большая овальная комната. Стены из того же материала, что и в коридоре. В центре — стол, если это можно назвать столом. Скорее консоль — голографическая проекция, светящиеся символы, которые я не мог прочитать. Вокруг стола стояли несколько… существ.
Таких же, как и наверняка я сейчас.