Клим Руднев – Магия крови: смертельный отбор невест (страница 1)
Клим Руднев
Магия крови: смертельный отбор невест
Пролог
Кабинет отца виделся Вениамину сегодня особенно неуютным. Хотелось побыстрее сбежать из него и подальше. Впрочем, как и от отца. Это казалось сейчас чем-то странным, ведь в детстве Вениамин очень даже любил проводить здесь время, наблюдая за тем, как его отец, Император, перебирает бесчисленные стопки бумаг, периодически ныряя с головой в одну из них. Принц же в те часы сидел тихо, повторяя за отцом все то же самое, только со своими книгами. Ему тогда грезилось, что быть Императором – это здорово. И что в будущем они обязательно будут работать вместе, в одном кабинете, хоть Вениамин и был не против иметь свой.
Так было, но давно. Сейчас же Принц старался меньше бывать во дворце и избегал как можно чаще того самого кабинета, где будто бы была заключена вся тяжесть императорского бремени, которая давила на любого, кто смел задержаться тут дольше, чем на минуту. Но несмотря на это, Его Величество умудрялся заманивать сына сюда с каждым годом все чаще и чаще, вовлекая его в дела государства все больше и плотнее.
Кто-то может посчитать, что принц не желал становиться Императором в будущем и вести Мордову к благополучию и процветанию и дальше. Но нет. Вениамин с малых лет активно обучался управлению государством, несомненно, демонстрировал успехи, помнил и выполнял сыновний долг, а повзрослев, всегда рвался защищать границы, умел блестяще урегулировать внутренние политические конфликты. Всегда был на стороне народа, был с ним единым целым, но в то же время избегал публичной похвалы и отказывался от наград. Отец и мать это хорошо знали, однако не позволяли ему пропускать хоть одно светское мероприятие, чтобы Принц мог сыскать любовь и у местной знати. Идти против императорских устоев Принц не смел, поэтому открыто от посещения мероприятий не отказывался.
У него была другая тактика. И заключалась она в том, чтобы использовать малейший повод покинуть дворец, а еще лучше – столицу. Так что не мудрено, что, если случалось какое-то событие, нарушавшее покой жителей Мордовы, Принц одним из первых отбывал, чтобы во всем разобраться. Такая уловка срабатывала всегда. Император об этом знал, но никак не мог воздействовать на сын. Ведь Принц не нарушал порядок, всегда оставался вежлив и галантен. И если уж присутствовал на каком-нибудь балу, то сверкал ярче всех звезд. Ни один уважаемый граф или генерал не оставался без внимания, ни одна знатная дама не уходила с этого мероприятия без комплемента. Так за ним закрепилась слава королевского ловеласа, хотя ни один приписанный ему роман не был подтвержден.
Еще Принца считали любителем пышных приемов и гуляний. Говорили, что денег он разбрасывает по модным ресторанам столицы столько, что можно, при желании, отстроить новую крепость у южных земель, которые постоянно находились в конфликтах с соседствующим рядом эльфийским королевством. Но доказательств, как и твердых заявлений на этот счет, не было. В общем, Вениамин был обычным наследным Принцем, от чего, по мнению высших чиновников и правителей других государств, было ни хорошо, ни грустно.
– Явился наконец, – строго, но не без тепла в голосе, отчеканил Император, войдя в свой кабинет и бросив быстрый взгляд на сына. Как будто хотел убедиться, что с ним все в порядке и на его безупречном лице нет ни единой царапины. Конечно, такое вряд ли могло случиться, ибо Принц к своим годам был достаточно сильным магом и мог залечить любую поверхностную рану в считанные минуты. Но как любящий отец Император всегда беспокоился о сыне. Хоть открыто виду не подавал.
Император проследовал к своему креслу и, с шумом выдохнув, опустился в него. Лишь на секунду Вениамин уловил в лице отца усталость. А затем тот взмахнул рукой, взлохматил ею свои волосы и будто бы этим жестом смел с лица все непрошенные чувства.
Все-таки Император Титомир II был человеком… Нет, не человеком, а
– Приветствую тебя, отец. Если не возражаешь, я бы хотел сразу приступить к делу, по которому ты меня и призвал. – Титомир II хотел было что-то ответить, но Вениамин перебил его, не боясь никакого наказания за такую непозволительную, а иначе и вовсе наглую, даже для сына, выходку. – Ты закрыл от меня свои мысли и воспоминания, не даешь себя прочесть, а это значит лишь одно: ты что-то задумал.
Император усмехнулся то ли раздраженно, то ли удовлетворительно, Вениамин не стал анализировать. Ему хотелось поскорее покинуть это место. Ведь все здесь: громоздкий и уставший дубовый стол, хоть и мягкое, но слегка скрипучее кресло под Вениамином и несуразного вида кресло Императора, которое выглядело так, будто в свое время принадлежало худому, но высокому великану, – все это не только давило, но и вызывало ощущение нелепости по отношению к человеку, который являлся владельцем этого места. Каждый раз, бывая здесь, Принц задавался вопросом: почему мать не настояла на своем и не сменила старую мебель на новую? Да и вообще, стены бы тоже можно было выкрасить в цвет помилее, а балконная дверь держалась на своем месте явно из последних сил. Казалось, коснись ее, и она тут же рухнет на тебя от усталости, которая должна была лечь на плечи самого хозяина кабинета. Странно, и в то же время забавно, было и то, что в кабинет допускались только члены императорской семьи. Различные заседания проводились в комнате попросторнее и совершенно отличающейся от этой по обстановке.
– Хорошо. Раз ты хочешь перейти сразу к делу, то отговаривать не буду, – произнес Император спокойно, отчего Вениамин только больше подобрался и, что было ему несвойственно, затаил дыхание. – Во дворце состоится императорский отбор невест. Жених – Принц. Его Высочество Вениамин I.
Император не улыбался. Но только внешне. Внутренне, а в этом Вениамин был уверен, он хохотал над ним сейчас до слез.
Глава 1
– Агата! – послышался голос Лидии, ее новоиспеченной двоюродной сестры, о существовании которой сама Агата узнала всего полгода назад. К слову, узнать об этом можно было и раньше и без всяких преград, просто нужды в этом Агата не испытывала. Все решил случай, а именно исчезновение ее матери – настоящей и довольно сильной ведьмы. Тогда-то ее отец, правитель эльфийского королевства Эфилион, Эмиль III и дал о себе знать. Когда Агата прибыла во дворец, выяснилось, что ее тут уже ждали. Знакомство с отцом и дальнейшее общение было гладким, чему оба были очень рады. Им обоим очень хотелось найти мать Агаты – Давину. Однако, несмотря на все силы, магию и возможности, сделать это легко и просто не вышло, и дело тянулось по сей день. Но в одном Агата была уверена: ее мать жива и, судя по ощущениям, чувствует себя хорошо.
«Где же ты, мама?» – каждый раз, думая об этом, грустно вздыхала девушка.
– Агата! – послышалось совсем уже близко, что пришлось поднять голову, ибо игнорировать сей окрик было уже грубо.
– Тебя слышно за несколько верст. Думаешь, я не услышала тебя с первого раза?
Лидия лишь довольно фыркнула и примостилась рядом с Агатой на пледе, который был расстелен среди кустов самых разных цветов.
Стоит отметить, что Агата и Лидия быстро подружились. И как считала местная прислуга, не забывая болтать об этом украдкой до сих пор, это было странно. Ведь отец Агаты сместил с престола бывшего Короля и своего родного брата Георга II, отца Лидии. И поместил его в темницу, пусть и самую светлую, и богато обставленную. Однако эти обстоятельства никак не повлияли на отношения между двоюродными сестрами. Лидия была девушкой образованной и под стать своему титулу – гордой, величественной и строгой, но вместе с этим в сердце ее было место мягкости и доброте. Своеобразная смесь получилась, конечно, тем не менее слуги свою госпожу просто обожали, а знать и слова поперек ей сказать не смела. Впрочем, не так ли все и должно быть?
К слову, именно Лидия помогла Агате освоиться во дворце, научиться этикету и обращению с прислугой. Отец второй, убедившись в способностях дочери и не забыв при этом добавить, что не сомневался в ней ни на минуту, представил ее высшему свету. Так Агата легко и без препятствий стала полноценным членом королевской семьи и частью дворца. Хотя и без хитростей не обошлось.
Лишь одного взгляда на Агату будет достаточно, чтобы понять, что девушка она необычная. А если знать, что мать ее – ведьма, а отец – эльф, то пазл складывался сам собой, и выражение «эльфийская ведьма» приходило на ум молниеносно. И это плохо. А что в этом плохого?
Эльфийская ведьма считалась явлением редким, даже невозможным. Ранее у ведьм и эльфов не рождались дети, природа об этом позаботилась. Да и союзов подобных почти не встречалось. А посему выходило, что Агата – единственный в своем роде ребенок ведьмы и эльфа. Еще и девочка с уникальными способностями, что ни одна ведьма не сравнится и ни один эльф не встанет рядом. Может, именно поэтому родители девочки были вынуждены разойтись? Этого Агата не знала. Мама об этом никогда не рассказывала. Они жили в общине ведьм, пока Агате не исполнилось семь. Потом им пришлось уйти подальше в лес. Как тогда думала сама девочка, их прогнали из-за нее, из-за ее происхождения и силы, которую, с одной стороны, считали опасной, а с другой, хотели заполучить. Только в тринадцать мама рассказала дочери, что сестры хотели их защитить, отправив в глубь леса, вокруг которого постоянно поддерживали защиту.