Клиа Кофф – Истина под кожей (страница 6)

– Подумай про родителей Стилсона, Стили.

– А по-твоему, про кого я думаю? Тот факт, что мы не хотим, чтобы это оказался он, не превратит труп в другого человека.

Джейн понимала, что Стили права. Она включила заднюю передачу и посмотрела через плечо.

Младший наклонился влево и поглядел, как пикап сдает задом по гравию, а потом отъезжает, увозя в себе двух женщин. Полицейская машина без опознавательных знаков по-прежнему стояла на месте, и парочка, приехавшая на ней – детективы, как он понял, – направлялась назад к участку, где человечки в костюмах-саунах огораживали место преступления желтой лентой и устанавливали тент. Никто из этих людей его не интересовал. Они были всего лишь служащими организаций, выдавших им жетоны, и, по его опыту, их мотивация определялась размерами зарплаты.

Проблему представляли двое в пикапе. Эти стояли за свое дело. Их мотивация шла изнутри. Может, она порождалась чувством вины, может, научным рвением, а может, им просто нечем было больше заняться. Обе бездетные и не замужем – это он помнил. Теперь и не выйдут. Как и он не женится. Никогда. Никаких подвенечных платьев. Никаких свадебных фото. Никаких беременных животов.

У них впереди только он.

4

Крейг Тёрнер встал из-за стола, чтобы приветствовать Джейн и Стили, которых помощник вводил в его кабинет. Джейн сразу же стало ясно, почему Скотт назвал своего начальника «величественным». Он был высокий и подтянутый, с пронзительным взглядом, и двигался так, будто все это место принадлежит ему.

Однако Скотт упоминал и о том, что Тёрнер не столько искушенный руководитель, сколько агент старой школы, просто переместившийся на руководящую должность, но сохранивший привычки «полевой» работы. Джейн сочла, что это объясняет, почему его стол из красного дерева со стеклянной столешницей смотрит не на панорамное окно углового кабинета, выходящее на крыши западного Лос-Анджелеса и просматривающийся вдали тихоокеанский берег, а на дверь. Тёрнер хотел все держать под контролем.

После представлений он пригласил их садиться за стол для переговоров. Пока эксперты шли через кабинет, Тёрнер обратил внимание на их пыльные ботинки.

– Побывали сегодня «в поле»?

Джейн ответила утвердительно. Его губы сложились в отдаленное подобие улыбки.

– Я ценю, что вы нашли время заехать к нам. – Он указал им на поднос, где стояли бутылки с водой и стаканы. – Угощайтесь.

Стили и Джейн расположились за столом, вытащив свои блокноты, и Тёрнер начал:

– Я хотел бы лично поблагодарить вас за помощь в деле Кинга. Насколько мне известно, ранение, которое вы получили, мисс Ландер, благополучно заживает…

Стили кивнула.

– Отчасти именно оно стало причиной нашей сегодняшней встречи, – продолжал Тёрнер. – Вам уже сообщили, что я заинтересован в подписании меморандума о намерениях между вашим агентством и моим отделением бюро. Вот здесь у меня проект.

Он открыл папку, лежащую перед ним.

– Я понимаю, что угроза, которой вы подверглись в деле Кинга, могла вызвать у вас опасения насчет подписания МОН. Спешу заверить вас, что бюро приложит все усилия, чтобы не допустить подобного в дальнейшем, и к проекту меморандума будут добавлены пункты о личной безопасности.

Джейн понравилось, как это прозвучало, и она сделала пометку в блокноте. Тёрнер тем временем говорил:

– Для этого мне нужно лучше понять, чем вы занимаетесь и каким образом работаете, чтобы мы могли пользоваться вашими услугами, не вовлекая вас в те процессы, которые могут вас, гражданских лиц, подвернуть опасности.

Стили вставила:

– Меня устраивает.

Тёрнер посмотрел на нее.

– Что касается дела Кинга: в первую очередь вы нам помогли, осмотрев человеческие останки. Но меня проинформировали, что ваше агентство занимается преимущественно пропавшими…

– С целью повысить вероятность опознания, если они будут найдены мертвыми, – подтвердила Стили.

– Любопытно… – Тёрнер сверился со своими бумагами. – У меня здесь написано, что вы составляете так называемый «судебно-медицинский профиль». Полагаю, он отличается от полицейского?

Джейн кивнула.

– Наши профили сосредоточены на особенностях тела – тех, что сохранятся после значительного разложения. Даже у скелета.

Стили добавила:

– Например, если в отчете о пропавшем упоминается шрам, мы связываемся с семьей, чтобы установить, как этот шрам появился, а потом определить, не оставил ли он следа на кости.

– И добываете рентгеновские снимки? – спросил Тёрнер.

– Да, и стоматологические карты.

Он прищурился.

– Внутренняя статистика показывает, что полицейские не всегда вносят стоматологические карты в Национальную базу данных о преступлениях. У них не получается кодировать эти данные нужным образом.

– Ага, – ухмыльнулась Стили. – Внешняя статистика это подтверждает. Вот почему мы занимаемся кодировкой вместо них.

Тёрнер задрал одну бровь.

– Делаете их работу…

Джейн посмотрела, как он что-то отмечает в своих документах; она испытывала гордость за то, что они со Стили организовали агентство, занимающееся идентификацией неопознанных тел.

На лице Тёрнера читался искренний интерес.

– И для этого вам не надо непосредственно осматривать трупы?

– Нет, – ответила Джейн. – Трупы – те, на которых сохранилась плоть – поступают в офисы коронеров. Проблема в том, что отчеты о пропавших написаны полицейским языком и цели у них полицейские, а отчеты коронеров – языком судебной медицины, который полицейским целям не соответствует.

Снова встряла Стили:

– К тому же мы занимаемся теми Джейн и Джонами Доу[3], которые давно были кремированы, потому что коронерам надо освобождать холодильники для… ну, новых трупов.

– Почему вы сосредоточены в первую очередь на неопознанных трупах? – Тёрнер посмотрел на них обеих.

Стили пододвинулась ближе к столу.

– Потому что их уже нашли. Остается только установить личность. Ни за кем не надо гоняться – это уже сфера полиции. И ваша. Вы расследуете.

Тёрнер откинулся на спинку стула и положил ногу на ногу, так что одно его колено выступило над столом.

– Значит, вы регистрируете Джонов и Джейн Доу как пропавших людей…

Внезапно Джейн поняла, что Крейг Тёрнер ей нравится. Даже очень.

– Именно.

Он на секунду задумался.

– А сколько всего по стране неопознанных тел?

– Около сорока тысяч, – ответила Джейн.

Он нахмурил брови:

– Так много? А сколько образцов ДНК по их делам?

– Никто не знает.

Снова вступила Стили:

– Многих Джонов и Джейн Доу кремировали до того, как процедура взятия ДНК стала обязательной. Но даже если удалось бы извлечь ДНК из всех неопознанных трупов, никто не даст денег на то, чтобы брать ДНК у членов семей – их же сотни тысяч, – чтобы найти совпадения. Мы берем ДНК у родственников, если те согласны, но не ДНК ложится в основу наших профилей. В этом нет смысла. Не для тех, кто десятилетиями оставался неопознанным.

Тёрнер покосился на бумаги перед собой, а потом захлопнул папку.

– По просьбе агента Хьюстона и агента Рамоса вы ездили на место преступления, но, судя по тому, что я услышал от вас сейчас, вам необязательно видеть тела, чтобы сделать свои выводы.

Стили развела руками:

– Слушайте, в вашем распоряжении целая лаборатория в Куантико.

– Судя по отчетам, которые я получил по делу Кинга, мои агенты с вами не согласились бы, мисс Ландер. То же самое касается и всей команды реагирования в критических ситуациях.

– «Критики»? – она улыбнулась. – Они будут благодарны, если про них скажут хотя бы, что они нормально справляются с работой.