Клеванский Кирилл – Сердце Дракона. Книга 14 (страница 7)

Лось не проходил в поисках не растущих здесь грибов. А олень не щипал кровавой, острой на вид травы.

Хаджар и державшаяся за его локоть прекрасная принцесса Тенед шли, как и сказал Син, по тропе белого солнца. Причем – в самом прямом смысле этого выражения.

Солнце, которое уже давно должно было скрыться за западным горизонтом, светило в лицо идущим. Вот только оно было не привычно золотого или оранжевого цвета, а нежно-белого. Как снег или только-только отполированное серебро, которое еще не держали в руках.

И так получалось, что свет этого мистичного объекта отражался от глади единственного ручья, который протекал через все эти безжизненные, безлюдные земли. Да и тот из-за какой-то странной магии, которую нельзя было ощутить ни в Реке Мира, ни при помощи истинного Слова, бежал под коркой прозрачной слюды, чем-то напоминающей лед.

– Как так случилось, Хаджар, что ты еще совсем юн, но твои волосы уже покрыты сединой? – вдруг спросила принцесса Тенед.

Некогда чернее вороньего крыла, сплетенный в длинную косу, теперь за спиной Хаджара качался наскоро и неумело обрезанный седой хвост, стянутый волшебной синей шелковой лентой.

– Моя принцесса, – вздохнул Хаджар, – прошу – давайте сохранять тишину. Мне не нравится этот лес.

– Он никому не нравится, – этого не было видно, но почему-то не возникало сомнений, что принцесса вновь улыбалась, – такова его природа. Он был таким создан. Чтобы отпугивать и отталкивать каждого, кто осмелится войти под его сени. Но если не нарушать правил, не сходить с тропы белого солнца, то он миролюбив и по-своему прекрасен… Порой мне кажется, что каждый из нас строит вокруг своей души такой лес. И может, поэтому раньше люди изображали духа смерти с мечом, а теперь – с косой. Потому что если раньше мы носили доспехи и смерти надо было сквозь них прорубиться, то теперь… теперь ей нужно косить заросшую травой тропу души.

Заросшую травой тропу души…

Проклятье – Тенед явно нашла бы общий язык с Эйненом. Тот тоже любил пуститься во всякие пространные философствования в самый неподходящий момент.

К примеру, когда его спутник всеми фибрами своей, без всякого сомнения, заросшей души ощущал надвигающуюся опасность. И давно уже такого не было, чтобы от подобного ощущения на спине Хаджара вдоль позвоночника волосы дыбом вставали. Будто у бродячего пса, чувствующего приближение волка.

– Расскажи мне, Хаджар, – принцесса все никак не могла замолчать. Может, она не ощущала того, что чувствовал Хаджар? При ее уровне развития – безымянной начальной стадии – вряд ли. Тогда просто делала вид, что не ощущает? Пыталась при помощи разговора унять нервы? Возможно… Хаджар не сомневался в том, что страна драконов обладала всеми ресурсами, чтобы поднять ступень развития будущей императрицы исключительно благодаря алхимии, тренировкам и особым ресурсам. Вот только в реальной ситуации грош цена была такому развитию. Сколь высоким оно ни было бы «на бумаге». – Как живут люди в семи империях?

Хаджар едва не оступился на идеально гладкой и ровной тропе. Он ожидал от принцессы Тенед всего что угодно, но только не такого вопроса.

– Прости, если вновь задаю вопрос, который задевает твои шрамы. – И дураку было понятно, что наследница Рубинового Дворца имела в виду вовсе не те шрамы, которые покрывали большую часть тела Хаджара.

– Зачем вам это знать, моя принцесса?

После этого пришел черед принцессы замолчать. Они продолжали путь по тропе белого солнца. И все это время Хаджар ощущал на себе пристальные взгляды, но стоило только повернуться в нужную сторону, как оказывалось, что ничего, кроме кровавых деревьев и голых кустарников, за ними не следило.

В какой-то момент Хаджар и вовсе начал подозревать, что это именно фауна была тем самым хищником, терпеливо ждущим, когда непрошеные гости допустят ошибку и отпустят ту спасительную ниточку, которую им любезно спустили в самый потаенный уголок ада.

Но нет.

Это было бы слишком банально и просто.

Трава и листья действительно выглядели острыми, наточенными клинками, но если они на самом деле были не живой фауной, а очередными изделиями из рубинов, Хаджар был бы сильно разочарован.

– Почти всю свою жизнь я провела во дворце, – неожиданно продолжила принцесса. – Наверное, это участь многих из принцесс – жить во дворце и смотреть с высокой башни на то, как мимо тебя проносится другая – настоящая – жизнь.

Почему-то Хаджар вспомнил Элейн. Так что да – в словах Элейн существовала своя правда.

Но, пожалуй, лучше так, чем…

Огненные волосы еще одной принцессы, которую знал Хаджар, пронеслись перед его внутренним взором и исчезли в ревущем пламени взорванной мануфактуры.

– Но даже до самой высокой башни донеслись слухи о том, что люди готовятся поднять восстание, а в их главе стоит какое-то чудовище по имени Белый Клык. И я даже не знаю – зверь это или человек.

Опять же – не стоило удивляться. Слухами, как говорится, земля полнится. Да и к тому же недавние события, а именно – слова Моргана, прозвучавшие на месте битвы Ласкана и Дарнаса, имели слишком большое значение, чтобы о них не судачили даже драконы.

– Они воюют, моя принцесса, – ответил Хаджар, – и нет ни одного дня за прошедшие эпохи, чтобы где-то в семи империях не умирали люди от чужой стали.

– Постоянная война? – Кажется, Тенед была глубоко шокирована и даже не особо верила словам Хаджара. – Но за что? Разве им мало земли? Мы, драконы, ютимся в этих горах, чтя традиции прошлого. Или, может, недостаточно ресурсов? Но мы забираем лишь десятую долю от каждой империи и…

– Лучшую десятую долю, – перебил Хаджар. – Что же до земель, то… это очередной сложный вопрос, моя принцесса. Но люди не могут жить в неволе. И пусть до недавнего времени они не знали о существовании Рубинового Дворца, но чувствовали его власть над своими судьбами.

– То есть ты думаешь, что, если бы драконы не правили регионом, люди бы не воевали.

Хаджару хотелось ответить, что «нет», но…

Он жил не только в безымянном мире. И в мире Земли не было ни драконов, ни пути развития, ни волшебных ресурсов или Реки Мира, а люди все равно воевали, и каждый день кто-то, где-то умирал от пули или ножа.

– Не знаю, моя принцесса, но…

Но договорить Хаджару было, как обычно, не суждено.

Глава 1226

Хаджар действительно видел за свою жизнь многое. Летающие города, реки, в которых плескались звезды, звезды, которые оказывались духами, поля и луга, на самом деле бывшие живыми существами, и многое другое, что у простого обывателя вызвало бы лишь уважение к фантазии враля, выдумавшего такое о своих путешествиях.

Но вот чего не видел в своей жизни Хаджар, что все это время он считал не более чем выдумкой, так это порезы на ткани самого мироздания. Так называемые порталы.

За время путешествия с бродячим цирком по землям Лидуса Хаджар узнал несколько сказок. К примеру, об Эстафе Удачливом. Эдаком рубахе-парне, который, сбегая от погони королевской стражи, упал в портал и очутился в городе, где обитали одни лишь самые красивые, молодые и жаждущие мужской плоти нимфы.

В итоге он возлег сто раз по сто раз с разными женщинами, а потом умер от истощения. Но ушел к праотцам с улыбкой на устах и отсохшим концом.

Как можно догадаться, эту сказку рассказывали обычно в трактирах пьяные мужики.

Или, к примеру, о Горшечнике и фее. Что когда-то странствующий по миру Горшечник заключил сделку с феей, что та откроет ему портал на Седьмое Небо, если тот сможет добыть ей плащ, сплетенный из воспоминаний ветра.

И Горшечник отправился на самый край бескрайнего безымянного мира, но так и не отыскал этот плащ, а когда вернулся, то фея рассмеялась ему в лицо и сказала, что плащ будет сшит лишь через многие эпохи тем, кто станет его злейшим врагом.

А когда Горшечник попытался поймать фею, та исчезла внутри золотого портала, ведущего на Седьмое Небо. Но тот был слишком маленьким, чтобы через него просунуть хоть мизинец, не говоря уже о том, чтобы пройти целиком.

Когда-то давно все это казалось Хаджару полными бреднями, но…

Теперь он знал, что Горшечник существовал на самом деле, и про Эстафа – Хаджар дважды побывал в предместьях Тир-на-Ног, в котором, скорее всего, и оказался Удачливый.

И вот теперь он и сам стоял на границе такого разреза. Будто кто-то невероятно могущественный, вооружившись иглой размером со стенобитный таран, пронзил ею само пространство – весь безымянный мир.

Тропа белого солнца заканчивалась в корнях самого высокого из местных деревьев. Настолько высокого, что корни его поднимались аркой над землей, а внутри этой арки кружился белоснежный вихрь. И становилось понятно, что это не солнечный свет создавал тропу. Да и вообще – под прозрачной слюдой текла вовсе не вода, а энергия.

Точно такая же, какую заключали по оной капле в схожую прозрачную слюду. Это была чистейшая эссенция Реки Мира – сути мироздания.

Хаджар с принцессой Тенед все это время шли по несметному богатству. Сколько времени минуло с тех пор, как они вошли под сени кровавого леса?

Пять, восемь часов?

Сколько километров они успели пройти? Двести, двести сорок? Сколько тонн этой драгоценной эссенции вытекало из портала?

– Одна капля в год, – вдруг произнесла за спиной Тенед.

Хаджар повернулся к ней. Шокированный и не верящий собственным глазам.