Клэр Сейджер – Поцелуй железа (страница 51)
Когда я вошла, Кавендиш стоял ко мне боком, задумчиво глядя на шахматную доску. Сегодня рукава его рубашки были закатаны, а верхние пуговицы расстегнуты, как будто он уже давно находился здесь вдали от посторонних глаз. Поджав губы, он потирал подбородок. Я ждала, не желая прерывать ход его мыслей.
Сильный, приторный аромат схватил меня за горло, заставив вздрогнуть. Обернувшись, я увидела на комоде вазу с гиацинтами. В голове промелькнул образ тела Лары – яркий и отчетливый.
Когда я отвела взгляд от цветов, то увидела, как Кавендиш наклонился, передвинул белую фигуру, заменив ею черную ладью, которую бросил на стол. Он удовлетворенно улыбнулся.
– Кэтрин, – сказал он, наконец повернувшись, – а вот и звезда моей шпионской сети, виновница торжества, новый посредник Сумерек.
От его похвалы я чувствовала себя не так уверенно, как обычно. Он был мной доволен, но… Может быть, дело в том, что в его взгляде осталось что-то хищное после партии в шахматы. Я покорно сложила руки и склонила голову в знак признательности.
Качая головой, он приближался ко мне с широкой, почти ослепительной, улыбкой на лице.
– И мне даже не пришлось предлагать вас – я слышал, как он сам попросил о вашем назначении, – его глаза сузились, когда он подошел ближе.
Но он не останавливался, заставляя меня отступать, пока я не уперлась в дверь. В горле застрял ком, дыхание участилось. Он снова собирался таскать меня за волосы? Я что-то сделала не так? Я неправильно поняла мое задание?
Кавендиш оперся рукой на дверь, выстави ее прямо над моим плечом. Я была в клетке.
Я могла бы проскочить под его рукой и сбежать, но что дальше? Я в его кабинете. Я работаю на него. Мне нужны его деньги. Нет, из этой клетки нет выхода.
– И мне интересно, почему? – он склонил голову на бок. Его бедро оказалось прижатым у меня между ног.
Я застыла. Я даже не была уверена, что дышу.
–
Он решил, что раз я уже переспала с Бастианом, то теперь настала и его очередь? Я вытерплю это. Я уйду в себя, позволив своему телу принять это. Вряд ли это будет хуже бестолковых поглаживаний моего муженька.
Вжавшись в стену, я отвела глаза от его лица, готовая в любой момент направить свой взгляд далеко отсюда.
И тут в нескольких дюймах от своего лица я увидела знакомое ожерелье.
Золотое, с семиконечной звездой, а в центре – тигровый глаз.
Адреналин хлынул в кровь, шипя и сверкая. Должно быть, это заставило мои мышцы задвигаться, потому что я схватила кулон и перевернула его. С обратной стороны на месте, где через петлю проходила цепочка, виднелось новое подвесное ушко.
Если это не тот же самый кулон, то тогда невероятно точная его копия, которая приделана к поломанной части.
Мое сердце заколотилось. Ожерелье лязгнуло в дрожащей руке.
Когда я подняла глаза на Кавендиша, он выжидающе смотрел на меня.
– Вы убили Лару. – Такая возможность приходила мне в голову, но… у меня же еще было время.
С печальной улыбкой он опустил голову.
– Я предупреждал вас, чтобы вы поторопились.
– Вы сказали – месяц. – Неужели он не хотел подождать еще немного, чтобы посмотреть, справлюсь ли я сама?
– У вас была прекрасная возможность, но вы ею не воспользовались. Я на блюдечке преподнес вам ее роман, но вы ничего не сделали. Мне не нравится, когда мои подарки так не ценят. – Его улыбка стала холодной. – И мне очень не нравится, когда меня заставляют ждать. Она могла бы сейчас жить, если бы вы просто сделали то, что вам сказали.
Он убил ее ради каких-то пары недель. Он убил ее, потому что я не справилась… потому что ослушалась.
По коже побежали мурашки, а внутри глаз и в горле нарастало ужасное напряжение. Если бы я сразу воспользовалась ее связью с Лэнгдоном, чтобы шантажировать и заставить уйти в отставку…
– Почему стража не арестовала вас? У нее в руке остался ваш кулон.
– Ах, моя дорогая Кэтрин, ну, что за вопросы? Неужели вы правда думаете, что они стали бы арестовывать королевского главу шпионов? На которого многие из них сами же и работают. Я просто убедил их, что это было подстроено, чтобы очернить меня и дестабилизировать обстановку при дворе.
Даже на стражу нельзя было положиться. Возможно, в этом не было ничего удивительного, но… Неужели нигде нет спасения от беспредела сильных мира сего?
Мое горло сжалось, не давая меня сглотнуть.
– А записка Бастиану? Для чего она нужна была?
– Мог бы подвернуться прекрасный случай, – пожал плечами глава шпионов. – Мне нужны его секреты, но еще больше я хочу, чтобы он совсем исчез. Его одержимость тобой – слишком удобное обстоятельство, чтобы им не воспользоваться. Если бы его обнаружили на месте преступления, то можно было бы легко вычеркнуть его из игры.
Я даже не знала, что сказать на это. Если бы он не говорил это так спокойно и расчетливо, я бы подумала, что он сумасшедший. Но нет. За каждым его словом стоял какой-то грандиозный и ужасающий план.
И если ожерелье принадлежало ему, значит, он отмечен эльфами, хотя я и не заметила на нем никакой метки. Должно быть, она скрыта под одеждой.
После затянувшейся паузы он откинул прядь волос с моего лица и провел линию по виску.
– Я уже начал сомневаться, действительно ли вы подходите, чтобы быть моим шпионом. Но вот вы здесь, посредник Марвуда и его любовница. – Кавендиш взял мое лицо в руки, торжествующе сверкнув зубами. – Я знал, что вам можно найти практическое применение, – сказал он, наклонив мою голову так, словно вот-вот поцелует.
Внутри меня все сжалось. Внешне – абсолютное спокойствие.
Я отстранилась от своего тела. Есть моменты, которые можно пережить только так.
Со стороны я наблюдала, как его пальцы согнулись в кулак и он наконец отступил. Я осталась прижатой к двери – уже собственным страхом.
Он вернулся к шахматной доске и задумался.
– Что касается следующего этапа вашей миссии… – продолжил он, но слова звучали отдаленно и искаженно, словно я находилась на дне озера, а Кавендиш на поверхности.
Но мне этого хватило, чтобы понять свои следующие действия. Использовать положение посредника. Укрепить доверие Бастиана. Взять его за горло и выжать информацию. Желательно, пока я буквально буду сжимать его член в руках… или в любой другой части своего тела.
Его прямота даже не шокировала меня – я была слишком далеко, чтобы как-то отреагировать.
Но на этом его указания не закончились. Найти что-то более интересное в покоях Бастиана, пока он будет спать, а если со сном у него возникнут проблемы… Кавендиш подошел к шкафчику, отпер его ключом и достал маленький бутылек с прозрачной жидкостью. Несколько капель в напиток – и крепкий сон ему обеспечен, так что я смогу спокойно шарить вокруг.
Находясь словно за миллион миль отсюда, я взяла бутылек и кивнула.
Такая покорная. И такая тихая. Черт возьми, мой отец мог бы мною гордиться.
– Вот и отлично, – Кавендиш улыбнулся и погладил меня по щеке. – Уверен, что мне больше не придется ждать.
С этими словами он отпустил меня.
Я выскочила из комнаты, бутылек обжигал мою ладонь.
Он убил Лару. Неудивительно, что она выглядела обескураженной, обманутой. Она думала, что королевский глава шпионов пришел, чтобы защитить ее, – ведь она тоже часть этого королевства.
Но… нет. Он думает совсем иначе, да?
Может, он и поклялся защищать Альбион и нашу королеву, но все остальные значили не больше, чем звери в лесу. Нас можно было просто использовать: в своем поместье я также держала уток, чтобы они несли яйца и охотились на слизней. Но мы могли и мешать ему, как эти же самые слизни и улитки, которых я давила. Вот как он нас видел.
В том числе и меня.
Мне нужно сбежать с этой работы. Мне нужно выбраться из ловушки, в которую он меня поймал. Работать на Кавендиша стало слишком опасно.
А ведь я считала, что это Бастиан представляет для меня самую большую опасность. Смех вырвался из меня, раскатившись по коридору. К счастью, рядом никого не было.
Если не считать пары слухов, Бастиан никого не убивал. Он защищал меня в тот день, когда мы нашли Лару. Он пытался вычислить убийцу. Да, возможно, он сливал информацию неизвестному источнику и зачем-то пробирался в комнаты Каэлуса, но других злодеяний я за ним не заметила.
А вот Кавендиш… Он был убийцей. Но он действовал от имени королевы, что даровало ему право на неприкосновенность.
Глядя в одну точку перед собой, я шла по коридорам, мысли спотыкались друг о друга. Грудь и горло сдавило, словно их кто-то сжал.
Я даже не могла рассказать Бастиану, что нашла убийцу. Тогда бы мне пришлось признаться, что я шпионка, а кто знает, как он на это отреагирует? К тому же, раскрытие информации о действиях Кавендиша будет считаться государственной изменой, а у меня и так хватает преступлений, за которые меня уже могут наказать.
Черт. Черт! Мне пришлось зажать пальцами рот, чтобы не выругаться вслух.
Я оказалась у окна, через которое когда-то смотрела на гуляющих Бастиана, Ашера и Лару. Прижавшись щекой к холодному стеклу, я позволила своему дыханию затуманить его. Прохлада вывела меня из оцепенения, и я прижалась ладонью к окну, приходя в себя.
Только богам известно, сколько времени я так простояла чуть ли не в обнимку со стеклом. В конце концов я моргнула, глубоко вздохнула и выпрямилась. Снаружи солнце заливало сады, но с этой стороны дворец отбрасывал глубокую тень. Нарядная стайка герцогов выехала на своих саблезубых кошках, вскидывая головы от смеха, словно в этой жизни их вообще ничего не беспокоило.