Клэр Макинтош – Личный мотив (страница 16)

В дверях кабинета Рея возникла Кейт. На ней были сшитые на заказ серые брюки и свитер в обтяжку, поверх которого она, готовясь выйти на улицу, накинула легкую куртку.

Рей встал и подхватил свою куртку со спинки кресла.

— Я пойду с тобой, мне полезно глотнуть немного свежего воздуха.

Обычно он ел в столовой или у себя за рабочим столом, но ленч с Кейт представлял собой заманчивую перспективу. К тому же на улице выглянуло солнце, а он не отрывал головы от бумаг с восьми утра, когда появился на работе. Он честно заслужил перерыв.

В «Гарри», как всегда, было многолюдно и очередь змейкой тянулась от стойки на тротуар. Это заведение было популярным среди офицеров полиции не только потому, что находилось оно рядом с участком; просто сэндвичи здесь готовили по приемлемым ценам и самое главное — быстро. А для голодного копа нет ничего хуже, если, пока готовится заказанный им ленч, уже нужно бежать на службу.

Они медленно двигались в общей очереди.

— Я могу принести ваш заказ в кабинет, если вы торопитесь, — сказала Кейт, но Рей покачал головой.

— Никакой спешки нет, — ответил он. — Я сейчас составляю планы по операции «Брейк», и мне полезно отвлечься. Давай поедим там, внутри.

— Хорошая идея. А «Брейк» — это что-то, связанное с отмыванием денег, да?

Кейт говорила тихо, помня о людях вокруг, и Рей кивнул.

— Точно. Если хочешь, я потом могу показать этот файл, чтобы у тебя было представление, как там все устроено.

— Классно, спасибо.

Они заказали сэндвичи и уселись на высоких табуретах, поглядывая одним глазом на Гарри, который уже через пару минут поднял над головой два бумажных пакета с их бутербродами. Мимо окна прошли несколько знакомых офицеров в форме, и Рей приветственно помахал им рукой.

— Мы тут как еще одно подтверждение, что «этот ОКР ни черта не делает», — сказал он Кейт с усмешкой.

— Да они и половины о нас не знают, — ответила Кейт, вытаскивая помидор из сэндвича и начиная его жевать. — Я еще никогда так напряженно не работала, как в деле Джейкоба Джордана. И все без толку.

От Рея не ускользнула нотка горечи в ее голосе.

— Все было не напрасно, и ты знаешь это. Однажды кто-то проговорится о том, что сделал, поползет молва, и тогда мы его найдем.

— Не самый лучший подход для полиции.

— Что ты имеешь в виду?

Рей не мог сказать, удивила его эта ее прямота или больше обидела.

Кейт опустила сэндвич.

— Это пассивная политика, а не проактивная. Мы не должны сидеть на месте, дожидаясь, пока информация попадет нам в руки. Мы должны сами шевелиться и искать ее.

Он словно слышал себя самого в бытность констеблем. Или, возможно, что-то подобное говорила ему Мэгс, хотя он не мог припомнить, чтобы она высказывалась так напористо и категорично. Сейчас Кейт уже снова жевала свой бутерброд, но даже это делала с какой-то бескомпромиссной решимостью. Рей про себя усмехнулся. Она говорила то, что думала, без всякой внутренней цензуры или раздумий по поводу того, что говорить и кому. Она еще наведет шороху в их участке, но Рей не видел проблем в такой откровенности. На самом деле он даже считал, что это вносит в работу свежую струю.

— Это по-настоящему задело тебя за живое? — спросил Рей.

Она кивнула.

— Меня бесит, что тот водитель сейчас на свободе и думает, что все сошло ему с рук. И я переживаю, что мать Джейкоба уехала из Бристоля, потому что решила, будто мы не будем особо стараться найти того, кто это сделал.

Она открыла рот, чтобы добавить что-то еще, но вдруг отвернулась, словно передумала.

— Что ты хотела сказать?

Она покраснела и вызывающе подняла подбородок.

— Я не перестала работать по этому делу.

За годы службы Рей несколько раз сталкивался с тем, что офицеры игнорировали изводившую их бумажную работу — из-за занятости или из лени. Но чтобы делать лишнюю работу и перерабатывать? Это было что-то новенькое.

— Я работала в свое свободное время. И не делала ничего такого, из-за чего у вас могут возникнуть проблемы с начальством, гарантирую. Я еще раз пересматривала записи с камер видеонаблюдения и по новой прорабатывала отклики на выход программы «Краймуотч», чтобы убедиться, что мы ничего не упустили.

Рей представил, как Кейт по вечерам сидит дома среди разложенных на полу бумаг по этому делу и упорно смотрит на крупнозернистое изображение записей с камер на экране своего телевизора.

— И ты делала это, потому что считаешь, что мы все-таки можем найти водителя?

— Я делала это, потому что не хочу сдаваться.

Рей улыбнулся.

— Вы сейчас скажете, чтобы я все прекратила?

Кейт закусила губу.

Именно это он и должен был сказать ей. Но она была такой увлеченной, такой целеустремленной… Кроме того, даже если она и не продвинется в расследовании, какой от этого может быть вред? Это был поступок, который в свое время он вполне мог бы совершить сам.

— Нет, — ответил он. — Я не скажу, чтобы ты с этим завязывала. Не скажу, главным образом, потому, что не уверен, что это на тебя как-то подействует.

Оба расхохотались.

— Но я хотел бы, чтобы ты держала меня в курсе того, что делаешь, и трудилась в разумных пределах в плане времени работы. И чтобы приоритет все-таки отдавала нашим текущим делам. Годится?

Кейт с благодарностью посмотрела на него.

— Годится. Спасибо вам, Рей.

Он скомкал бумажные пакеты из-под сэндвичей.

— Давай, нам уже пора возвращаться. Я покажу тебе папку по операции «Брейк», а потом мне нужно домой, иначе будут проблемы. Опять. — Он закатил глаза и скорчил мученическую гримасу.

— Я думала, что Мэгс не возражает против того, чтобы вы задерживались на работе, — сказала Кейт, когда они шли по направлению к участку.

— Не думаю, что у нас все гладко в последнее время, — сказал он и почувствовал угрызения совести, как будто предает жену. Он редко говорил о своей личной жизни с кем-то на работе, за исключением Стампи, который был знаком с Мэгс почти столько же, сколько и сам Рей. Но он не собирался жаловаться: это была всего лишь Кейт.

— Что значит «не думаю»? — засмеялась она. — В смысле, вы этого точно не знаете?

Рей криво усмехнулся.

— В данный момент я вообще уже ничего не знаю. Толком не пойму, в чем дело, просто… ох, ну, ты понимаешь… У нас проблемы с нашим старшим, с Томом. Он плохо адаптируется в новой школе, стал угрюмым и замкнутым.

— Сколько ему?

— Двенадцать.

— Похоже на нормальное поведение в таком возрасте, — сказала Кейт. — Моя мама рассказывала, что я в эти годы была вообще кошмар.

— Ха, могу себе представить… — фыркнул Рей. Кейт в шутку замахнулась на него, и он рассмеялся. — Я понимаю, о чем ты говоришь, но, честно говоря, для Тома такое поведение очень необычно, да и перемены произошли буквально мгновенно.

— Думаете, его затравили в школе?

— Эта мысль приходила мне в голову. Правда, мне не хотелось слишком уж расспрашивать его, чтобы он не подумал, что я его донимаю. В этих вопросах у Мэгс получается гораздо лучше, однако даже ей не удалось ничего выведать. — Он вздохнул. — Детки… Поймешь, когда у тебя будут свои.

— Нет, это не для меня, — сказала Кейт, когда они подошли к участку.

Она провела через щель терминала карточкой своего электронного пропуска и открыла боковую дверь.

— В ближайшее время, по крайней мере. Слишком хлопотное удовольствие.

Кейт усмехнулась, и Рей почувствовал, что завидует ее простой и беззаботной жизни.

Они вышли на лестницу. Дойдя до площадки третьего этажа, где размещался ОКР, Рей взялся за ручку двери и остановился.

— Насчет работы по делу Джордана…

— Это между нами. Я понимаю.

Она усмехнулась, и Рей внутренне вздохнул с облегчением. Если начальница узнает, что он выделяет ресурсы — пусть даже неоплачиваемые — на дело, которое она недвусмысленно приказала закрыть, то даже не удосужится рассказать ему, что думает по этому поводу. Он вылетит патрулировать улицы еще до того, как она положит трубку телефона.