Клэр Макинтош – Кто не спрятался (страница 67)
— Сука! Как ты могла так поступить?!
— Я ничего такого и не сделала. Решение принимала ты. Это ты позволила Кейти подвергнуть себя опасности — хотя и знала об угрозе. Как
— Ты… — Я осекаюсь. Мелисса меня не заставляла. Она права. Это я отпустила Кейти. Это все моя вина.
Я не могу даже посмотреть на нее. В груди нарастает боль, становится трудно дышать. Кейти. Моя Кейти. Кто этот мужчина? Что он делает с ней?
Я стараюсь сохранять спокойствие. Холодный рассудок.
— Ты могла бы завести детей. Усыновление, искусственное оплодотворение…
Я смотрю на экран, но дверь подсобки или складского помещения, что бы это ни было, все еще закрыта. Почему никто ничего не замечает? Повсюду люди. Я вижу сотрудницу метро в форменном жакете. Может быть, она откроет эту дверь? Услышит крики Кейти? Что-то предпримет? Остановит то, что происходит внутри?
— Нейл отказался. — Мелисса отворачивается, и я не вижу выражения ее лица. Не знаю, отражаются ли на ее лице эмоции или в нем тот же лед, что и в голосе. — Сказал, что ему нужны только его дети, а не чьи-то еще. — Она горько смеется. — В этом есть определенная ирония, учитывая, сколько времени мы приглядывали за твоими детьми.
На экране все идет своим чередом: люди толпятся у турникетов, ищут проездные, бегут, чтобы успеть на электричку. Но для меня мир замер.
— Ты проиграла, — спокойно говорит Мелисса, будто мы просто играли в карты. — Время платить по счетам. — Она сжимает нож и задумчиво проводит кончиком пальца по лезвию.
Нельзя было отпускать Кейти, что бы там Мелисса ни говорила. Я думала, что так у моей девочки будет шанс спастись, но сама подвергла ее опасности. Мелисса попыталась бы убить нас, но получилось бы у нее совершить задуманное, если бы мы сопротивлялись вдвоем?
А теперь она все равно меня убьет. Я и так уже мертва в душе, и какая-то часть меня просто хочет, чтобы все поскорее закончилось, чтобы исчезла эта тьма, объявшая меня после ухода Кейти, заполонившая мою душу. Эта тьма готова захлестнуть меня с головой.
«Ну же, Мелисса. Убей меня».
Я замечаю подставку для карандашей на столе Мелиссы — когда-то эту подставку сделала для нее Кейти, — и меня охватывает ярость. Кейти и Джастин обожали Мелиссу. Они видели в ней вторую мать, человека, которому можно доверять. Как она смела предать нас?
Наконец мне удается взять себя в руки. Если Кейти умрет, кто поможет Джастину? Я опять напрягаю запястья, кручу руками, находя извращенное наслаждение в боли, — она отвлекает меня от горестных мыслей. И я все еще смотрю на экран, будто одной только силой воли могу заставить эту дверь открыться.
Может быть, Кейти не погибла. Может, ее изнасиловали или избили. Что, если меня не будет рядом в тот момент, когда я буду нужна ей больше всего? Я не могу позволить Мелиссе убить меня.
И вдруг я чувствую, что часть скотча отклеилась.
Я могу сорвать его. Могу высвободиться.
Я лихорадочно размышляю, что же делать. Голову я опускаю на грудь, чтобы Мелисса подумала, будто я сдалась. Мысли вихрем носятся у меня в голове. Обе двери заперты, окна в кухне — только в потолке, мне туда не дотянуться. Есть только один способ остановить Мелиссу, не дать ей убить меня. Убить ее самой. Эта мысль настолько смехотворна, что у меня голова идет кругом. Как я докатилась до такого? Как я превратилась в человека, способного убить кого-то?
Но я способна убить Мелиссу. И убью. Мои ноги связаны куда крепче, их мне не высвободить, а значит, я не смогу двигаться быстро. Мне удалось ослабить давление скотча на запястье и осторожно вытащить одну руку, следя за тем, чтобы не шевелить плечами. Я уверена, что мои намерения сейчас написаны у меня на лице, поэтому упрямо таращусь на экран, уже не надеясь увидеть Кейти. Но все же, может быть, эта дверь в конце концов откроется?
— Странно. — Я даже не задумываюсь, не стоит ли мне держать свои наблюдения при себе.
— Что? — Мелисса всматривается в экран.
Теперь я уже высвободила обе руки, но держу их сцепленными за спиной.
— Вон тот знак. — Я подбородком указываю на верхний левый угол экрана. — На площадке над эскалатором. Его не было там минуту назад.
Желтый знак «Осторожно, скользкий пол!». Кто-то что-то разлил. Но когда? Я не заметила, как он появился.
— Значит, кто-то выставил там этот знак. — Мелисса пожимает плечами.
— Нет. Он просто появился.
Я знаю, что знака там не было, когда Кейти поднималась на эскалаторе, потому что он был бы прямо перед ней. А когда он появился… я не уверена, но я не отводила взгляда от экрана дольше чем на пару секунд после исчезновения Кейти, и всякий раз, когда я видела сотрудника метро, я следила за ним, отчаянно надеясь, что он войдет в комнату, где сейчас удерживают мою дочь.
Мелисса озабоченно хмурится. Она наклоняется к экрану. Нож — все еще в ее правой руке. Теперь обе мои руки свободны, и я медленно опускаю правую, не сводя глаз с Мелиссы. Как только она поворачивает голову, я возвращаю руку на место, но уже слишком поздно. Она краем глаза заметила движение.
Пот заливает мне глаза.
Не знаю, почему Мелисса смотрит в сторону кухонного стола — но она сразу понимает, что я сделала. Видит стойку с ножами. Считает ножи, замечает, что одного не хватает.
— Ты играешь не по правилам, — говорит она.
— Как и ты.
Я наклоняюсь, сжимая в ладони рукоять ножа. Острие царапает мне лодыжку, когда я достаю его из ботинка.
«Вот оно, — думаю я. — Мой единственный шанс».
Глава 38
Патрульный автомобиль с включенной мигалкой несся по Мэрилебон-стрит, едва разминувшись с автобусом на перекрестке неподалеку от Музея мадам Тюссо. Полицейские на передних сиденьях, перекрикивая рев сирены, обсуждали футбольный матч, проходивший сегодня на стадионе «Олд Траффорд».
— И как только Руни мог проворонить тот мяч? Я не понимаю. Если бы я кому-то платил по три сотни тысяч в неделю, я бы уж постарался, чтобы этот футболист бил куда надо.
— В стрессовой ситуации у него просто нервы сдают, вот в чем проблема.
На перекрестке перед Юстон-сквер на светофоре загорелся красный, и водитель посигналил, включая сирены на полную громкость. Машины впереди разъехались в стороны, пропуская полицейский автомобиль. Они свернули налево, добравшись до района Блумсбери, и Келли включила рацию, ожидая новостей. Ответ она получила, когда они доехали до Вест-Энда. Свифт закрыла глаза и откинулась на спинку сиденья.
Все кончено. Для Кейти Уолкер, по крайней мере.
Келли подалась вперед.
— Можете уже не торопиться, — сказала она.
Водитель тоже услышал новости по рации и как раз выключал мигалку, переходя на более подходящую для городской черты скорость. Теперь спешить уже не надо. Спасать некого.
Добравшись до Лестер-сквер, водитель высадил Свифт перед ночным клубом «Ипподром». Она помчалась к станции метро, предъявила значок скучающей барышне-контролеру у турникетов и оглянулась: на станцию она вошла не с той стороны, с которой собиралась, и теперь ей нужно было сориентироваться.
Вон.
На двери в подсобку, поцарапанной внизу, где ее открывали ногами, был наклеен старый, потрепанный плакат с просьбой пассажирам сообщать о подозрительных пакетах. Еще на двери красовался знак: «Вход воспрещен».
Постучавшись, Келли вошла. Хотя она знала, что увидит внутри, сердце у нее все еще выскакивало из груди.
В подсобке было темно, с одной стороны стоял стол с металлическим стулом, с другой были сложены стопкой таблички с объявлениями. В углу виднелось желтое ведро на колесиках, наполненное грязной серой водой. Рядом с ведром на пластмассовом ящике сидела девушка, баюкавшая в руках чашку чая. Кейти… Свифт сразу узнала ее, даже без «утиной» улыбочки, бросавшейся в глаза на фотографии на веб-сайте. Светлые мелированные волосы разметались по плечам. В массивном пальто девушка казалась крупнее, чем была на самом деле.
Рядом с Кейти, прислонившись к стене, стоял широкоплечий темноволосый мужчина. Увидев Свифт, он подался вперед и протянул руку:
— Джон Чендлер, Британская транспортная полиция.
— Келли Свифт. — Она подошла к девушке. — Привет, Кейти, меня зовут Келли, я одна из следователей по этому делу. С вами все в порядке?
— Наверное. Я за маму волнуюсь.
— Туда уже едет полиция. — Свифт протянула руку и сжала предплечье Кейти. — Вы отлично справились.
После сообщения детектива-констебля Чендлера о том, что Кейти в безопасности, поступила информация, подтвердившая подозрения Келли: Зоуи удерживала в заложниках Мелисса Уэст, владелица сети кафе в Лондоне, в том числе кафе «Эспресс-О!».
— Это было ужасно… — Кейти посмотрела на Джона. — Я не знала, верить вам или нет. Когда вы начали шептать мне на ухо, я уже собиралась бежать. Я думала: «А вдруг это вовсе не коп под прикрытием? Что, если это просто выдумки?» Но я знала, что мне нужно довериться вам. Я боялась, что Мелисса навредит маме.
— Вы великолепно сыграли, — подбодрил ее Чендлер. — Я бы не задумываясь вручил вам «Оскар».
Кейти попыталась улыбнуться, но Келли видела, что ее все еще трясет.