Клео Никко – Двойственность (страница 10)

И его эмоции можно понять. Еще утром у него была куча забот, включая раненого волка, но он даже не подозревал, что ему придётся организовывать группу. Интересно, что он пообещал Нике?

Да и сам я, стоя вчера у его двери, в мыслях не держал, что могу встретить ту, про которую почти забыл, стать частью её группы, узнать, что хорошая девочка, которую забирает принц на коне, и плохая, угоняющая коней, - это одна и та же девочка.

Надо было ехать с ней на базу, посмотреть, что там, помочь с уборкой. Или поехать домой, выселить временных жильцов, что третий месяц забывают платить, навести порядок, и себя привести тоже в порядок.

Надо вызвать такси. С чего и на какие шиши? Где я мог посеять рюкзак? Надо вспомнить.

***

— Ты как тут? — отвлёк от размышлений Миша. — Чай, кофе? Или приготовить что-нибудь?

— Такси и денег на него. Я всё верну. После того как попаду домой.

— Могу отвезти.

Глава 10

Поддавшись очередной эмоции, Ника мотнула головой. Резинка соскользнула с её волос, и мягкие пряди рассыпались по плечам. На секунду она повернулась к стеклу, и внутри все оборвалось. В очередной раз захотелось вынести к хренам дверь этого долбанного бокса, обняв её, вывести оттуда, утешить, пообещать, что ни одна тварь её больше не обидит.

Но остановило понимание, что никто её там не обижает, хотя бы потому, что её брат тут же открутит голову этому камикадзе. Что это работа, и она выполняет её во всю силу своих возможностей. Хорошо выполняет, надо заметить. Переживает каждую линию сюжета, каждое слово пропускает через себя. Хоть и слышала, что не стоит этого делать, что чрезмерная эмоциональность не есть хорошо, но в творческой деятельности без этого никак.

***

И новый материал уже не такой мрачный и более осмысленный. Писали общими усилиями. А старый, как и предполагал Лёша, весь приватизировал Фараон. И, как предполагал Миша, Фараон неистово блефовал, собираясь податься в таксисты.

На фоне этой выходки бывшего товарища Алексей с Виталием, вынесли из студии всё, что хоть как-то напоминало им о вышеупомянутом гражданине и прошлом формате группы: все мрачные декорации, сценические костюмы, остатки грима, которые не унёс Фараон, хотели даже делать ремонт. Но остановил Миша.

При том, что первая версия уборки казалась ему недостаточной, и чтобы он так не волновался, ему даже показали фото базы до всех манипуляций.

Но на капитальный ремонт не было времени, нужно было придумывать новое название группы, писать тексты, музыку.

Мог ли я, сидя в своём кабинете с черным петухом и бутылкой над очередным очень дорогим кому-то системным блоком, представить себе, что вдруг стану частью любимой группы? Теперь получается, что уже не той группы, но главное Ника. И Лёха с Виталиком классные ребята. И Миха.

***

Успокаивая себя в очередной раз, просто смотрю на неё. Такая светлая, чистая, невинная, что иногда страшно выпускать её за пределы этой студии. Стоп. Что-то я не о том сейчас. И запереть её здесь или где-то ещё я не могу и не имею никакого права. Самому нервы лечить пора, похоже. Слишком впечатлительный стал от чего-то, не иначе внезапное потепление действует или полнолуние, будь оно неладно.

Допев очередную песню, Ника отошла от микрофона, подняла с пола соскользнувшую резинку. Ожидая реакции от коллег, собирает волосы в хвост. Не надо, Ник, оставь так, в студии же тебе они не мешают и с распущенными волосами тебе лучше.

— Сегодня все идеально, — крикнул Миша. — Можешь отдыхать. Серёга, чеши в бокс, хватит медитировать. Серый, твою дивизию! Мне почтовым голубем тебе приглашение высылать?

— Что?

— В бокс иди, говорю, — Барсов, видимо, хотел ответить иначе, не забыв вставить пару определений из русского бранного, но поймал на себе взгляд Алексея. — Сам же вчера переписываться просился, кричал, что первая версия тебе не нравится. Советую поторопиться, пока Виталик добрый.

— Говорил, — взяв гитару, потопал в бокс.

Пересекся взглядом с вышедшей Никой, на секунду замерев, повернулся. Ника же, взяв полотенце, пошла умываться. Не знаю, что это за странный ритуал, или она действительно так переживает сюжет каждого произведения, что после записи ей нужно освежиться, прийти в себя. Но поступает она так после каждой записи. И, что удивительно, вообще не использует никакую косметику. Или это Лёша до сих пор бурно реагирует на переизбыток грима.

— Серый, очнись, — Виталий подошел совсем близко, пощелкал перед лицом пальцами. — Я всё понять могу, но чтобы это не сказывалось на моих планах на вечер.

— Иду я. Задуматься нельзя.

Закрылся в боксе, сделал там небольшую перестановку, чтобы было удобнее и ничего не отвлекало от процесса. Действительно, надо в реальность вернуться, пока совсем голову не снесло. На вокалистку начал засматриваться. Надо же было такое придумать. И вообще мне по статусу не положены эти сопливые нежности. Это за мной бегать должны.

Кстати, неплохо бы сейчас о музыке подумать, а то ведь такими темпами второй вариант еще хуже первого может получиться. Тогда мужики меня разорвут за то, что понапрасну у них время отнимаю и нервы им мотаю. А чувства подождут до лучших времен. К тому же и не чувства это, а минутное помутнение. Еще бы графинчик холодной воды на голову. Кому-то после записи надо освежиться, а мне — до. Особенность организма. Закрыли тему. Как говорится, первым делом самолеты.

— Можно, — крикнул Алексей. — Только там не усни.

Переключившись на гитару и музыку, в этот раз записался с одного раза. Мужики аплодируют стоя. То ли издеваются, то ли действительно понравилось. Но Виталий поднял вверх большой палец. Если уж он не хочет сейчас меня прибить, значит, все получилось. Но надо будет потом самому послушать, чтобы быть уверенным.

Довольный проделанной работой, вышел из бокса, уступив место Лёше. Сам ушел в угол, именуемый местными кухней, захотелось выпить чего-нибудь, лучше сока, но из-за его отсутствия пришлось ограничиться чаем. Там же обнаружил и Нику, которая решила догнаться двойной порцией кофе. С чего бы? Раньше за ней такого не замечал. Да и не присматривался особо. Не хватало еще, чтобы она этой бодягой голос и сердце садила.

Но объяснять и доказывать долго, лениво и слушать лекцию она даже не станет.

Просто забрал со стола кружку с кофе и вылил в раковину, ополоснув водой из-под крана, поставил туда, где взял. Поймал на себе, мягко говоря, вохмущенный взгляд. Порадовался, что особо крепкие выражения в её лексику не входят, и, как бы она сейчас не силилась что-то такое завернуть, у неё ничего не получится.

Но я совсем забыл, что она умеет материться взглядом. Сам додумал, кто я есть после этой выходки, вспомнил точное количество литров черной жижи, выпиваемое мной за рабочий день. Нет, ну там у меня причины были, иначе мозг не запускался, а сейчас я его почти не пью.

— Серёж, ты обалдел? — наконец-то спросила она. — Мне и пить нельзя?

— Эту гадость нельзя.

— Понятно, — Ника махнула рукой. — Что ничего не понятно. Обойдусь.

— Да подожди ты, — остановил её у двери. — Могу за соком сбегать. Какой хочешь?

— Уже никакой. Обойдусь как-нибудь.

Ника все же вышла, возможно, предпочла находиться с более адекватными людьми. А что, надо было разрешить ей травиться настоем из окурков и дорожной пыли? Остальные, скорее всего, разрешили бы, но я не смог. И опять крайним остался. Может, жажда её мучает? Но не кофе же. Вон чай есть, какао. Да простая вода есть.

Теперь придется всем чай заваривать, чтобы никто не обиделся, и Ника не отказалась. Или лучше за соком сбегать? В студии сейчас как в бане, в боксе — парилка, еще и кипятком их добить?

Сбегав до ближайшего супермаркета, купил пару коробок сока. Себе и Нике апельсиновый, её любимый, остальным — виноградный, у них на апельсиновый, по их словам, стойкая аллергия, хотя апельсины с мандаринами едят только шум стоит. Разлил сок по бокалам, поставил все на найденный в шкафу поднос.

— А вот это ты удачно зашел, — из бокса вышел гитарист. — Поморщившись, глянул на бокал с оранжевой жидкостью. — Лучше этот возьму.

— Ник, угощайся.

— О! Спасибо.

Леша решил, что на сегодня работать хватит, а остальное можно и завтра записать. Хотя больше верится, что это Виталий сильно упрашивал отпустить его пораньше. Не важно.

***

Выбежав на стоянку, Сергей догнал Нику.

— Что еще? — с опаской спросила девушка. — Кто-то передумал и хочет еще поработать?

— Нет. Может, тебя до дома подвезти?

— Не нужно. Я же на своём коне, — Ника кивнула в сторону байка. — И здесь оставлять не логично.

— Не логично. До завтра тогда.

— До завтра.

***

Нашел, что предложить. Вот если бы прогуляться предложил, в этом хоть какая-то логика была. Совсем маленькая. Вот зачем мне с ней гулять, например? Что у меня своих дел нет? Так у неё, наверно, что-то запланировано. Вот и Миша оседлал свой байк и тоже уехал.

— Расслабься, — Алексей подошел сзади, положил руку на плечо. — Наша Ника уже дружит. Да не важно, с кем. Крепко и взаимно. Вмешиваться категорически не советую.

— А что я? Подвезти просто предложил. Одному скучно, могу тебя до дома доставить.

— Можешь, — гитарист улыбнулся. — Только тебе потом обратно пилить в два раза дольше. Со скуки позеленеешь. Я сильно за городом живу.

— Садист.