Клементина Бове – Ужель та самая Татьяна? (страница 78)
И слишком впечатлительной малышкой.
Когда мы юны так и одиноки,
Любой легко взломает наше сердце
И, внутрь войдя, пожар устроит или
Посеет хаос…
Нет!
Хозяйкой быть своих страстей и истин —
Татьяною владеет страсть одна,
Она весь век останется верна
Искусству, отвергая мир корысти.
Там, в Сан-Франциско, обрести ей суждено
Друзей, каких ждала она давно;
Такие же учёные фанаты
И тем же вдохновением объяты, —
А сколько юных аспирантов там,
Красивы и умны не по годам.
Одна любовь другой сменяется без скуки, —
Да и препятствие ли это для науки?..
Ушёл один… и вот уж новый аспирант
В восторге шепчет ей: «О, вы такой талант!»
Внимать ей будут так, как слушают поэта:
Да, будет всё по первости занудно —
К американской жизни, говорят, привыкнуть трудно;
И одиноко без Евгения…
Пройдёт
Лишь несколько недель – жизнь прежняя уйдёт,
И вот однажды там, в музейном зале белом,
Один такой ей скажет между делом,
Что любит… очень… и хотел бы жить…
С ней вместе… как тогда ей быть?
Коллега, друг, партнёр по штудиям искусства —
Как не ответить на такое чувство?
Он близок, свой, ведёт такой же труд научный,
Он конструктивный, нежный и не скучный…
Тут-то вздрогнула Татьяна,
Доставая из кармана
свой мобильник – тот трещит как пара кастаньет…
То Евгений
незабвенный
безответный шлёт привет.
Всё Татьяну раздражает,
ходит хмура и строга,
будто гвозди вылезают
Из подошвы сапога.
Отвечать ему не хочет.
Может он ей помешать…
Как давно она хлопочет,
А пора уже решать.
Преодолеть океан —
не начало ли тут обновленья?
Фосфоресцируя, море зовёт – и прощай, сожаленье
Плыть, взбивая до пены мусс вод,
чтобы сердце запело!
Ну так плыви же, плыви,
снаряжённая в путь каравелла.
Да вот ведь незадача.
Уже несколько недель
она не может забыть слов Евгения;
они всегда с ней
так и бегут
трусцой впереди
трусцой позади