Клайв Льюис – Хроники Нарнии. Вся история Нарнии в 7 повестях (страница 26)
– Потому-то она такая злая, – добавила миссис Бобриха, – от кончиков волос до кончиков ногтей.
– Истинная правда, – подтвердил мистер Бобёр. – Насчёт людей может быть два мнения – не в обиду будь сказано всем присутствующим, – но насчёт тех, кто по виду человек, а на самом деле нет, двух мнений быть не может…
– Я знавала хороших гномов, – сказала миссис Бобриха.
– Я тоже, если уж о том зашла речь, – отозвался её муж, – но только немногих, и как раз из тех, кто был меньше всего похож на людей. А вообще послушайтесь моего совета: если вы встретите кого-нибудь, кто собирается стать человеком, но ещё им не стал, или был человеком раньше, но перестал им быть, или должен был бы быть человеком, но не человек, – не спускайте с него глаз и держите под рукой боевой топорик. Вот потому-то, что колдунья получеловек, она всё время настороже: как бы в Нарнии не появились настоящие люди. Она поджидала вас все эти годы. А если бы ей стало известно, что вас четверо, вы оказались бы в ещё большей опасности.
– А при чём тут – сколько нас? – спросил Питер.
– Об этом говорится в третьем предсказании, – сказал мистер Бобёр. – Там, в Кэр-Паравале – это замок на берегу моря, у самого устья реки, который был бы столицей Нарнии, если бы всё шло так, как надо, – стоят четыре трона, а у нас с незапамятных времён существует поверье, что, когда на эти троны сядут две дочери и два сына Адама и Евы, наступит конец не только царствованию Белой колдуньи, но и самой её жизни. Потому-то нам пришлось с такой оглядкой пробираться сюда: если бы она узнала, что вас четверо, я бы не отдал за вашу жизнь и волоска из моих усов.
Ребята были так поглощены рассказом мистера Бобра, что не замечали ничего вокруг. Когда он закончил, все погрузились в молчание, которое прервала Люси, вдруг воскликнув:
– Послушайте… где Эдмунд?
Они с ужасом поглядели друг на друга, и тут же посыпались вопросы:
– Кто видел его последним?
– Когда он исчез?
– Он, наверное, вышел?
Ребята кинулись к дверям и выглянули наружу. Все это время не переставая валил густой снег, и ледяная запруда покрылась толстым белым одеялом. С того места посредине плотины, где стояла хатка бобров, не было видно ни правого, ни левого берега. Все трое выскочили за дверь, ноги их по щиколотку погрузились в мягкий, нетронутый снег. Ребята бегали вокруг хатки, выкрикивали имя брата, пока не охрипли. Бесшумно падавший снег приглушал их голоса, и даже эхо не звучало в ответ.
– Как всё это ужасно! – сказала Сьюзен, когда наконец, отчаявшись найти брата, они вернулись в дом. – Ах, лучше бы мы никогда не попадали в эту страну!
– Не представляю, что нам теперь делать, мистер Бобёр, – сказал Питер.
– Делать? – отозвался тот, успев к этому времени надеть валенки. – Делать? Немедленно уходить отсюда. У нас нет ни секунды времени!
– Может быть, лучше разделиться на группы, – сказал Питер, – и пойти в разные стороны? Кто первым его найдёт, сразу вернётся сюда и…
– На группы, сын Адама и Евы? – удивился мистер Бобёр. – Зачем?
– Чтобы искать Эдмунда, зачем же ещё?
– Нет смысла его искать!
– Как это нет смысла?! – воскликнула Сьюзен. – Он ведь где-то недалеко, и мы должны его найти. Почему вы говорите, что нет смысла его искать?
– По той простой причине, – сказал мистер Бобёр, – что мы уже знаем, куда он ушёл!
Все с удивлением взглянули на него.
– Неужели вы не понимаете? Он ушёл к
– О, что вы!.. Что вы… Он не мог этого сделать! – воскликнула Сьюзен.
– Вы так думаете? – с сомнением произнёс мистер Бобёр и пристально поглядел на ребят.
Слова замерли у них на губах, потому что в глубине души каждый из них вдруг почувствовал, что так именно Эдмунд и поступил.
– Но как он найдёт дорогу к ней? – сказал Питер.
– А он был уже в Нарнии? – спросил мистер Бобёр. – И один?
– Да, – чуть слышно ответила Люси. – Кажется, да.
– А вам он рассказывал, что тут делал?
– Н-нет…
– Тогда попомните мои слова: он уже встречался с Белой колдуньей, встал на её сторону, и она показала, где её замок. Я не хотел упоминать об этом раньше, ведь он вам брат и всё такое, но как только увидел его, сказал себе: «На него нельзя положиться». Сразу было видно, что он встречался с колдуньей, отведал её угощение. Если долго поживёшь в Нарнии, это нетрудно определить по глазам…
– Всё верно, – с трудом проговорил Питер. – Всё равно мы должны пойти искать его. В конце концов, он наш брат, совсем ещё ребёнок, хотя и порядочная свинья.
– Пойти в замок к Белой колдунье? – удивилась миссис Бобриха. – Неужели ты не видишь, что ваш единственный шанс спасти его и спастись самим – держаться от неё подальше?
– Я не понимаю, – проговорила Люси.
– Ну как же? Ведь она ни на минуту не забывает о четырёх тронах в Кэр-Паравале. Стоит вам оказаться у неё в замке – и ваша песенка спета. Не успеете вы и глазом моргнуть, как в её коллекции появятся четыре новые статуи. Но она не тронет вашего брата, пока в её власти только он один, – попробует использовать его как приманку, чтобы поймать остальных.
– О, неужели нам никто не поможет? – расплакалась Люси.
– Только Аслан, – сказал мистер Бобёр. – Мы должны повидаться с ним. Вся наша надежда на него.
– Мне кажется, мои хорошие, – добавила миссис Бобриха, – очень важно выяснить, когда именно ваш братец выскользнул из дому. От того, сколько он здесь услышал, зависит, что он ей расскажет. Например, был ли он здесь, когда мы заговорили об Аслане? Если нет – всё ещё может обойтись благополучно, она не узнает, что Аслан вернулся в Нарнию и мы собираемся с ним встретиться. Если да – она ещё больше будет настороже.
– Мне кажется, его не было здесь, когда мы говорили об Аслане… – начал Питер, но Люси горестно прервала его:
– Нет, был, был… Разве ты не помнишь, он ещё спросил, не может ли колдунья и Аслана обратить в камень.
– Верно, клянусь честью, – промолвил Питер, – и это так похоже на него.
– Худо дело, – вздохнул мистер Бобёр. – И ещё один вопрос: был ли он здесь, когда я сказал, что встреча с Асланом назначена у Каменного Стола?
На это никто из них не мог дать ответа.
– Если был, – продолжил мистер Бобёр, – она просто отправится туда на санях, чтобы перехватить нас по дороге, и мы окажемся отрезанными от Аслана.
– Нет, сперва она сделает другое, – возразила миссис Бобриха. – Я знаю её повадки. В ту самую минуту, когда Эдмунд ей о нас расскажет, она кинется сюда, чтобы поймать нас на месте, и если он ушёл больше получаса назад, минут через двадцать будет здесь.
– Ты совершенно права, миссис Бобриха, – сказал её муж, – нам нужно отсюда выбираться, не теряя ни секунды.
Глава девятая. В доме колдуньи
Вы, конечно, хотите знать, что же случилось с Эдмундом. Он пообедал вместе со всеми, но обед не пришёлся ему по вкусу, как всем остальным ребятам, ведь он всё время думал о рахат-лукуме.
А что ещё может испортить вкус хорошей простой пищи, как не воспоминание о волшебном лакомстве? Он слышал рассказ мистера Бобра, и рассказ этот тоже не пришёлся ему по вкусу. Эдмунду всё время казалось, что на него нарочно не обращают внимания и неприветливо с ним разговаривают, хотя на самом деле ничего подобного не было.
Так вот, он сидел и слушал, но когда мистер Бобёр рассказал им об Аслане и о том, что они должны с ним встретиться у Каменного Стола, Эдмунд начал незаметно пробираться к двери, потому что при слове «Аслан» его, как и всех ребят, охватило непонятное чувство, но если другие почувствовали радость, Эдмунд почувствовал страх.
В ту самую минуту, когда мистер Бобёр произнёс: «Когда начнёт людское племя…» – Эдмунд тихонько повернул дверную ручку, а ещё через минуту – мистер Бобёр только начал рассказывать о том, что колдунья не человек, а наполовину джинша, наполовину великанша, – вышел из дома и осторожно прикрыл за собой дверь.
Вы не должны думать, будто Эдмунд был таким уж дурным мальчиком и желал, чтобы его брат и сёстры обратились в камень. Просто ему очень хотелось волшебного рахат-лукума, хотелось стать принцем, а потом королём, и отплатить Питеру за то, что тот обозвал его свиньёй. И вовсе не обязательно, чтобы колдунья была уж так любезна с Питером и девочками и поставила их на одну доску с ним, Эдмундом. Но он уговорил себя – вернее, заставил себя поверить, – что колдунья не сделает им ничего дурного. «Потому что, – сказал он себе, – все те, кто болтает о ней всякие гадости, – её враги, и, возможно, половина этой болтовни – враньё. Ко мне она отнеслась что надо, уж получше, чем все они. Я думаю, она законная королева. Во всяком случае, лучше она, чем этот ужасный Аслан». Так Эдмунд оправдывался перед самим собой. Но это было не очень честное оправдание, потому что в глубине души он знал, что Белая колдунья злая и жестокая.
Когда вышел за дверь, Эдмунд увидел, что идёт снег, и только тут вспомнил о шубе, которая осталась в доме. Понятно, нечего было и думать вернуться и забрать её. А ещё он увидел, что наступили сумерки: ведь они сели обедать около трёх часов дня, а зимние дни коротки. Он совсем не подумал об этом раньше, но что теперь можно было поделать? Эдмунд поднял воротник куртки и побрёл по плотине к дальнему берегу реки. К счастью, из-за выпавшего снега идти было не так скользко.