Клайв Касслер – Циклоп (страница 61)

– Если подтвердятся наши худшие опасения, что тогда?

– Лично я больше всего боюсь того, что их передовые электронные установки окажутся достаточно мощными, чтобы перехватывать телефонные и радиосигналы, а после этого задерживать сигнал, чтобы с помощью компьютерных синтезаторов нового поколения имитировать голоса звонящих и вести разговор от их имени. Вы бы очень удивились, если бы знали, как легко можно манипулировать вашими словами по телефону, а тот, кому вы звоните, даже не догадается, что говорит не с вами. К слову, наше Агентство национальной безопасности использует такое же оборудование на кораблях.

– Значит, русские догнали нас, – подытожил Броган.

– Возможно, их технологии пока что не настолько проработаны и обкатаны на практике, как наши, но вдруг они обошли нас и расширили возможности этих технологий до еще больших масштабов?

Женщина из ЦРУ повернулась к Питту:

– Вы сказали, что запасы на остров доставляют на подводной лодке?

– Со слов Рэймонда Лебарона, – сказал Питт. – Но я и сам не заметил на берегу чего-нибудь, похожего на пристань, хотя не так уж и много там видел.

Сэндекер крутил в руках одну из сигар, не зажигая ее. Затем направил один ее конец на Брогана:

– Кажется, Советы приложили небывалые усилия, чтобы сбить со следа твою разведку на Кубе, Мартин.

– Во время допроса я понял, что они боятся разоблачения, – сказал Питт. – Великов постоянно твердил, что мы агенты, состоящие у вас на зарплате.

– Ничего удивительного, – ответил глава ЦРУ. – Ваше появление там кого угодно могло повергнуть в шок.

– Дирк, не могли бы вы описать людей, находившихся на вечеринке в тот день, когда вы туда попали? – спросил мужчина в свитере в ромбик, похожий на ученого.

– По-моему, там было приблизительно полтора десятка женщин и двадцать пять или около того мужчин.

– Женщин?

– Да.

– Какого типажа? – спросила единственная женщина в зале.

Питту пришлось переспросить:

– В каком смысле?

– Ну, знаете, жены, просто приличные одинокие дамы или, может быть, проститутки? – серьезно спросила она.

– Точно не проститутки. Большинство было в военной форме, наверное, они из окружения Великова. У некоторых имелись обручальные кольца на пальцах, должно быть, они жены кубинских гражданских чиновников и военнослужащих, которые присутствовали там.

– О чем Великов думает, черт возьми? – пробурчал Броган себе под нос. – Зачем приглашать кубинцев с женами на сверхсекретную базу?

Сэндекер задумчиво смотрел на стол.

– А я понимаю… Возможно, Великов использует Кайо-Санта-Мария для чего-то еще, кроме электронного шпионажа.

– На что вы намекаете, Джим? – спросил Броган.

– Остров мог бы стать идеальным местом, откуда можно начать свержение правительства Кастро.

Потрясенный директор ЦРУ посмотрел на него:

– Почему вы так считаете?

– Президент ввел меня в курс дела, – с важным видом ответил Сэндекер.

– Я так и думал.

По Брогану было прекрасно видно, что такого он и предположить не мог.

– Слушайте, я, конечно, понимаю, что все это очень важно, – перебил их Дирк, – но каждая минута, которую мы тратим на разговоры, приближает Джесси, Эла и Руди к смерти. Я надеюсь, что ваши люди сделают все возможное, чтобы спасти их. Вы можете начать с послания русским сообщения о том, что вы в курсе насчет пленников, потому что я сбежал и все вам рассказал.

Требование Питта было встречено странной тишиной. Все, кроме Сэндекера, отвели от него свои взгляды. Сотрудники ЦРУ, казалось, вообще избегали его глаз в те секунды.

– Простите, – с каменным выражением лица произнес Броган. – Но я не думаю, что это был бы грамотный ход.

В глазах Сэндекера внезапно загорелся огонек ярости.

– Следите за словами, Мартин. Я понимаю, что у вас в голове сейчас развернулся сценарий в лучших традициях Макиавелли. Но позвольте предупредить вас, мой друг. Вы пригласили меня помочь, а я не из тех, кто бросает друзей в беде.

– В этой игре ставки очень высоки, – возразил Броган. – Для нас лучше всего пока что позволить Великову оставаться в тени.

– И пожертвовать несколькими жизнями ради вашей игры? – резко сказал Питт. – Ну уж нет.

– Пожалуйста, выслушайте меня, – терпеливо произнес Броган. – Я согласен вбросить в свет информацию, будто мы знаем, что Лебароны и ваши люди из НУПИ все еще живы. Далее, мы обвиним кубинцев в том, что они держат их под стражей в Гаване.

– Вы рассчитываете, что Великов клюнет на эту чепуху?

– Я не рассчитываю на то, что он клюнет. Он не кретин. Он заподозрит неладное и будет гадать, что еще мы можем знать об острове. Гадать – это все, что он может сделать. А мы еще сильнее замутим воду заявлением, будто у нас есть фотографическое доказательство того, что вашу надувную лодку выбросило на главный остров Кубы. Это должно снять напряжение с наших пленников и заставить Великова переключиться на другие проблемы. А вишенкой на торте станет новость о том, что тело Питта нашел один багамский рыбак.

– Что за чертовщину вы пытаетесь предложить? – недовольно спросил Сэндекер.

– Я пока что и сам это не обдумал, – признал Броган. – Но основная мысль заключается в том, чтобы Питт пробрался обратно на остров.

Как только беседа закончилась, Броган вернулся в его кабинет и поднял трубку телефона. Звонок прошел вне очереди, президент ответил почти сразу:

– Пожалуйста, побыстрее, Мартин. С минуты на минуту я уезжаю в Кэмп-Дэвид.

– Мы только что закончили допрос Питта.

– Он рассказал что-нибудь интересное?

– Питт совершил огромный разведывательный прорыв, его мы и обсуждали.

– Он узнал, где штаб-квартира Великова?

– Он привел нас прямо к их золотой жиле.

– Отличная работа. Твои люди могут начинать операцию по внедрению туда. Я думаю, что сейчас будет уместно принять более твердое решение.

– Вы имеете в виду нейтрализовать их угрозу, рассказав о ее существовании мировой прессе?

– Нет. Я имею в виду: нужно отправиться туда и уничтожить ее.

Сразу после прибытия в Кэмп-Дэвид президент решил позавтракать. Погода была теплой не по сезону, наступило бабье лето, поэтому он был одет в хлопковые брюки и в свитер с коротким рукавом.

Он сидел в большом кресле с подголовником, положив на колени несколько папок и изучая личные дела членов «внутреннего ядра». Прочитав последний документ, он закрыл глаза, обдумывая речь, которую должен сказать людям, ожидающим его в обеденном зале лагеря.

В кабинет вошел Хаген и тихо стоял, выжидая, пока президент откроет глаза.

– Все готово, ждем только тебя, Винс.

Президент медленно поднялся с кресла.

– Я готов.

Они ждали вокруг длинного обеденного стола, устроенного президентом. Охраны не было, впрочем, она и не требовалась. У этих почтенных людей не было ни малейшего намерения совершать преступления. Они уважительно встали на ноги, когда он вошел в комнату, но глава государства жестом попросил их садиться на места.

Их было восемь – генерал Фишер, Бут, Митчелл и Буше сидели за одной стороной стола, Эриксен, сенатор Портер и Дэн Фосетт – на другой. Хадсон сидел в дальнем конце, во главе стола. Отсутствовал только Рэймонд Лебарон.

Гости были одеты неофициально и расположились удобно, словно гольфисты в клубе. Они выглядели расслабленными, уверенными в себе и не проявляли никаких признаков напряжения.

– Доброе утро, господин президент, – с энтузиазмом поприветствовал сенатор Портер. – Чему мы обязаны такой честью – вашему столь загадочному приглашению?

Президент прокашлялся:

– Все вы знаете, почему я собрал вас здесь. Поэтому не будем ходить вокруг да около.

– Может быть, вы хотите наградить нас? – саркастично спросил Клайд Бут.