Клайв Касслер – Священный камень (страница 18)

—    Мы обнаружили «Акбар», — ответил Хэнли. — В паре ча­сов ходу от него. Я планирую провести штурм и освободить на­шего человека.

Кабрильо поглядел на индикатор сигнала и перешел на дру­гое место, чтобы связь стала получше.

—    Я на месте падения «Еврокоптера», — сказал он. — Тот за­гадочный вертолет его сбил. Пилот и пассажир мертвы, а мете­орита нигде нет.

—    Ты уверен? — спросил Хэнли.

—    Совершенно. Есть следы, ведущие к нему и обратно. Я про­шел по ним и нашел место посадки другого вертолета. Тот, кто сбил «Еврокоптер», забрал метеорит.

—    Скажу Стоуну, чтобы попытался обнаружить этот вер­толет, — сказал Хэнли. — Он не мог далеко улететь. Если это «Мак-Доннелл-Дуглас», то его дальность полета шестьсот кило­метров. Учитывая, что дозаправляться ему негде, то он должен находиться в пределах трехсот километров от твоего местопо­ложения.

—    Скажи Стоуну еще кое-что, — ответил Кабрильо. — Пре­жде чем метеорит украли, я успел его «попудрить».

«Пудрой» в «Корпорации» называли специальные «жучки» микроскопического размера, которыми Кабрильо успел посы­пать метеорит в пещере. Обычный человек счел бы их просто пылью, но они были в состоянии излучать сигналы, которые улавливала аппаратура на «Орегоне».

— Черт, ты молодец, — сказал Хэнли.

— Не слишком-то, если позволил другим забрать объект.

— Мы его выследим.

— Как только что-нибудь выяснишь, звони.

Закончив разговор, Кабрильо отправился обратно к пещере.

В ста тридцати километрах от «Акбара», на незримой для его радара яхте «Фри Энтерпрайз», все шло куда более спокойно. Здесь собрались люди, чья страсть не уступала мусульманам на «Акбаре», но они просто были лучше подготовлены и не при­выкли выставлять напоказ свои чувства. Светлокожие, ростом за метр восемьдесят, в превосходной физической форме, все они отслужили в армии США, и у каждого были личные мотивы участвовать в этой операции. И каждый был готов отдать свою жизнь в борьбе за общее дело.

Скотт Томпсон, командир группы на «Фри Энтерпрайз», находился в рулевой рубке и ждал звонка. Как только ему по­звонят, они начнут штурмовую операцию. Восток и Запад опять столкнутся, в глубочайшей тайне от всего мира.

«Фри Энтерпрайз» шла на юг сквозь густой туман. За по­следний час они миновали три айсберга, надводная часть каж­дого из которых была больше полгектара. Меньших было просто не счесть, они болтались в океане, как кубики льда в коктейль- ном бокале. Снаружи царил пронизывающий холод, ветер дул все сильнее.

— Активная маскировка включена, — доложил капитан.

Стоящие в верхней части надстройки «Фри Энтерпрайз» приборы начали улавливать радарные сигналы других судов и ретранслировать их с произвольной задержкой. Не имея четкого ответного сигнала, радары просто не видели яхту.

Судно стало призраком, скользящим по бурным черным во­дам.

В рубку вошел рослый, коротко стриженный мужчина.

—    Только что закончил анализировать информацию, — до­ложил он. — Судя по всему, Хьюзу крышка.

—    Тогда есть серьезная вероятность того, что тот, кто охотил­ся за ним, забрал метеорит.

—    Большой босс выследил вертолет через одну из его аэро­космических фирм в Вегасе.

—    И куда он летит?

—    Хорошая новость. Прямо к нашей цели.

—    Похоже, мы сможем одним выстрелом убить двух зай­цев, — сказал капитан.

—    Именно.

Адамс отлично умел пилотировать вертолеты, но темнота в сочетании с ветром заставили попотеть даже его. Вылетев с «Орегона», он летел исключительно по приборам. Вытерев взмокшие от нервного напряжения руки о летный комбине­зон, убавил обогрев кабины и поглядел на экран навигацион­ного компьютера. С нынешней скоростью он минует береговую черту через пару минут. Подняв вертолет повыше, поскольку впереди начинались горы, Адамс снова проглядел показания приборов.

При такой видимости ощущение было, как от прогулки с бу­мажным мешком на голове.

Кабрильо не был уверен, жив Акерман или уже умер. Время от времени ему казалось, что он чувствует слабый пульс. Кро­вотечение из раны прекратилось. Плохо. С того момента как Кабрильо вернулся в пещеру, Акерман не шевельнул ни единым мускулом. Глаза закрыты, веки не двигаются. Кабрильо припод­нял его так, чтобы рана была ниже уровня сердца, и прикрыл спальным мешком. Больше он ничего не мог сделать.

И тут зазвонил телефон.

—    Сигнал от метеорита движется в направлении «Акбара», — сообщил Хэнли.

—    Аль-Халифа, — с омерзением произнес Кабрильо. — Ин­тересно, как он пронюхал о нем?

— Я предупредил Оверхольта о возможной утечке в «Эшело­не», — ответил Хэнли. — Это единственный вариант.

— Значит, «Хаммади» пытаются сделать «грязную» бомбу, - сказал Кабрильо. — Но это не объясняет того, что за люди при­летели за ним первыми.

— Мы ничего не смогли выяснить относительно пассажира вертолета, но, полагаю, он мог быть связан с аль-Халифой, и они прокололись.

Кабрильо призадумался. Приемлемое объяснение, возможно, единственное, более-менее логичное, но у него было скверное ощущение.

— Думаю, мы узнаем об этом, когда заберем метеорит и ос­вободим эмира.

— Как и собирались, — согласился Хэнли.

— И тогда все закончится.

— В лучшем виде.

Ни Кабрильо, ни Хэнли не подозревали, что до завершения дела остался еще не один день.

— Пусть Хаксли мне позвонит, — сказал Хуан. — Мне нужна медицинская консультация.

— Сейчас позову, — ответил Хэнли.

На борту «Акбара» зажглись мощные лампы, освещая по­садочную площадку.

Стоя сбоку, двое арабов смотрели, как аль-Халифа выровнял вертолет, немного подал его вперед и аккуратно посадил. Как только посадочные лыжи коснулись палубы, мужчины тут же подбежали к вертолету и пристегнули их цепями.

Несущий винт замедлил вращение, аль-Халифа включил тормозное устройство. Когда винт окончательно остановился, он вылез из вертолета, обошел его и открыл дверь со стороны пассажирского кресла. Взяв коробку в руки, подошел к двери, ведущей внутрь яхты, подождал, пока ему ее откроют, и вошел. Оказавшись внутри, подошел к длинному столу и поставил на него коробку.

Когда он повернул ручку и открыл крышку, террористы собрались вокруг, молча глядя на зловещий предмет. Аль-

Халифа протянул руки, взял тяжелый шар и поднял его над головой.

—    Пусть умрет на миллион больше неверных, — величествен­но произнес он. — Пусть Лондон лежит в развалинах.

—    Хвала Аллаху! — воскликнули террористы.

—    Одна миля прямо по курсу, — доложил капитан «Фри Энтерпрайз». — Идет со скоростью пятнадцать узлов.

Девять мужчин, одетые в черные гидрокостюмы, столпились в рулевой рубке. Они были вооружены автоматическими вин­товками, пистолетами и гранатами.

«Фри Энтерпрайз» застопорила ход, и с борта у кормы начали спускать на воду большую черную надувную лодку с противопульной защитой. На ее носу и корме стояли пяти­десятимиллиметровые автоматические пушки, а на жестком стеклопластиковом днище был закреплен мощный бензино­вый мотор.

Лодка с плеском опустилась в воду.

—    Заходим с кормы, — сказал командир. — Нейтрализуем цели, забираем метеорит и уходим. Я хочу, чтобы мы вернулись обратно в течение пяти минут.

—    Там не будет гражданских? — спросил один из мужчин.

—    Один, — ответил командир и показал всем фотографию.

—    Что с ним делать?

—    Если будет возможность, не дать убить его. Но не ценой собственной жизни.

—    Оставляем его на борту?

—    Он нам без надобности, — сказал командир. — Пошли.

Мужчины вышли из рулевой рубки, дошли до кормы и спу­стились по лестнице, не разбивая строй. Когда все были на борту лодки, мотор которой уже работал на холостых, один из них встал за штурвал, двинул сектор газа и повел лодку в сторону от «Фри Энтерпрайз». При скорости в пятьдесят пять узлов на­дувная лодка очень быстро добралась до «Акбара».

Как только они подошли к корме яхты, стоящий у руля уба­вил газ, удерживая лодку рядом с задней платформой для купа­ния идущего полным ходом «Акбара». Солдаты один за другим залезли на платформу, и рулевой отвел лодку немного в сторо­ну, выдерживая одну скорость с яхтой. Восемь солдат начали медленно продвигаться наверх.

Пленный, находившийся в каюте «Акбара», ухитрился ос­вободить руки, но ноги освободить ему еще не удалось. Дополз до туалета, опорожнил мочевой пузырь, вернулся обратно на кровать и снова замотал себе руки. Если в ближайшее время никто не придет на помощь, придется делать все самому. Он проголодался, а в таком состоянии он становился очень раздра­жительным.