Клайв Касслер – Гнев майя (страница 6)

– Дальше, чем кажется. Его высота четыре тысячи метров, поэтому он и выглядит таким огромным. Вообще-то у нас и без вулкана дел хватит. Минут через двадцать будем у Тапачулы.

Реми, спустившись по ступенькам и нырнув под палубу, застучала в двери кают.

– Подходим к городу, – известила она.

Несколько минут спустя все уже сидели наверху и завтракали на скорую руку кофе, яйцами и фруктами. Взгляды каждого невольно привлекала полоса дыма, тянувшаяся от вулкана через полнеба. По мере приближения к городу становились видны и последствия землетрясения – полуразрушенные дома с грудами кирпичей у остатков выстоявших стен, длинные ряды поваленных столбов с проводами, лежащими на улицах и припаркованных машинах. По всему городу, который был как на ладони, там и сям горели небольшие огоньки на месте прорывов газовых труб. Врачи, экипаж и супруги Фарго один за другим вставали из-за стола и отправлялись готовиться к высадке на берег.

После посещения стольких разрушенных городов все действовали четко и слаженно. Врачи, заранее пополнив запасы лекарств в своих чемоданчиках, прихватили дополнительно каждый по два больших рюкзака со всем, что пригождалось ранее. Из-за пожаров добавили также средства от ожогов и обезболивающие, из-за обвалов – шины, шовный материал и, для самых тяжелых случаев, наборы для ампутации. Сэм, Реми и Хорхе выстроили на палубе ящики с едой и водой, погрузили в шлюпку генератор и канистры с бензином. Зная по опыту, что на берегу их будут ждать добровольные помощники и отчаявшиеся родственники, в первый рейс захватили также фонарики, аптечки первой помощи и инструменты для извлечения людей из-под руин и сооружения носилок.

В семь часов, пока еще шли сборы, у приблизившейся полосы прибоя уже стали собираться люди. В шлюпку, прежде чем спустить ее на воду, сложили все самое тяжелое, потом начали передавать по цепочке остальное. Лодка оказалась слегка перегружена, так что рассаживаться пришлось с большой осторожностью, чтобы суденышко не перевернулось.

Первым рейсом отправились врачи, Сэм и Реми. Мигель осторожно повел лодку, умело направляя ее под нужным углом к волнам – так, чтобы те подхватывали ее и несли вперед без крена. У берега он заглушил мотор и поднял винт. Нос скрежетнул по песку, и Сэм с Реми, выпрыгнув, вытянули шлюпку на сушу.

Местные жители были вне себя от радости, увидев, что внутри. Врачей немедленно окружили, наперебой предлагая помочь нести рюкзаки, и повели к больнице. Сэм, Реми и Мигель тем временем выгрузили остаток припасов на песок, столкнули лодку обратно в воду, и Мигель отправился за следующей партией воды и провизии и вторым генератором.

Супруги отправились с первым вслед за врачами. Установив и подключив его, они вернулись на берег за следующим, который как раз подвез Мигель и которому нашлось место в еще одной уцелевшей больнице на другом конце города.

Работа продолжалась весь день и бóльшую часть ночи. Раздавая припасы в разных кварталах, Сэм и Реми из первых рук узнавали, как горожане справляются с последствиями стихийного бедствия. Кто-то на тракторах и грузовиках, да и просто с лопатами расчищал дороги. Те, чьи дома устояли, принимали под свой кров других, потерявших жилье.

В течение следующих пяти дней активность в очаге землетрясения еще давала о себе знать отдельными толчками, сперва сильными и пугающе продолжительными, но с каждым разом они становились все слабее и случались все реже. Вечером шестого дня, когда Сэм, Реми и остальные возвращались к яхте, на корме их дожидался капитан Хуан с мрачным выражением лица.

Реми подтолкнула Сэма локтем.

– Кажется, у нас плохие новости.

Все собрались вокруг. Капитан помялся и прочистил горло.

– Днем пришла радиограмма от компании. До сих пор они проявляли терпение, но теперь хотят, чтобы мы немедленно возвращались в Акапулько.

– Но почему? – удивилась Реми. – Мы не отказываемся и дальше оплачивать аренду. Сама яхта в целости и сохранности.

– Не в этом дело, – объяснил Хуан. – Им не особо нравилось, что их шикарное судно используется для перевозки припасов, но они понимали, что это необходимо, да и заново навести лоск не проблема. Однако есть график – через четыре дня в Акапулько прибывают следующие клиенты, и яхта должна их уже ждать. Контракт, ничего не попишешь. – Он беспомощно развел руками.

– И сколько у нас еще времени? – спросил Сэм.

– Они требуют, чтобы мы отплыли сегодня же. Так останется еще день, чтобы надраить и привести в порядок палубы, обслужить двигатели и доставить на борт все необходимое. Прошу прощения, работа есть работа.

– Ничего, – утешил его Сэм. – Привезенное мы уже выгрузили, так что яхта здесь теперь особо и не нужна. Что скажешь, Реми? Плывем обратно в Акапулько и садимся на самолет до дома?

– Пока рано, – возразила та. – Думаю, нам стоит еще немного задержаться. Как я слышала, те, кто живет ближе к вулкану, все еще нуждаются в медицинской помощи и провизии.

– Хотите отправиться туда? – с сомнением спросил Хуан. – Это нелегкое путешествие. Не поймите меня неправильно – я видел, на что вы способны. Я сам уже буквально валился с ног, а вы еще продолжали работать. Знакомство с вами – честь для меня.

– Для всех нас, – подтвердил Хорхе.

– Мы тоже рады были встретиться с вами, – ответил Сэм. – Но теперь нам нужно помочь тем, кто живет в горах. Мы только соберем свои вещи, и вы сможете отправиться домой.

Доктор Мартинес откашлялся.

– Думаю, мне лучше вернуться в Акапулько на яхте, пока есть такая возможность. Я не могу так долго отсутствовать на своем рабочем месте.

Сэм кивнул и повернулся к остальным.

– Доктор Гарса?

– Мы остаемся, – ответила та за двоих. – И кстати, зовите меня Мария – мы через столько прошли вместе, что мне кажется, мы знакомы уже очень давно.

– А я – Кристина, – добавила доктор Таламантес.

Скоро все четверо уже вновь стояли на кормовой палубе с рюкзаками, готовые к отплытию. Хорхе и Мигель помогли им сесть в шлюпку и доставили на берег. Очутившись на суше, Сэм с Реми столкнули опустевшую лодку на глубину.

– Жаль расставаться с вами, – сказал Мигель.

– Нам тоже, – ответила Реми. – Так и должно быть между друзьями. Зато будет о чем рассказать, когда встретимся снова. Приключения ждут!

Шлюпка отправилась обратно к яхте. Сэм поднял рюкзаки, и супруги, пройдя берегом, зашагали по улице к школе, служившей временным убежищем для лишившихся крова.

– Ты в курсе, что мы теперь робинзоны? Наш корабль ушел.

– Робинзонить в приморском тропическом городке вдвоем с любимым? – улыбнулась Реми. – Нашел чем пугать.

– После нескольких дней с лопатой в руках, засыпая трещины в дороге асфальтом и гравием, ты еще способна на романтику? Надеюсь только, приключения, о которых ты говорила Мигелю, того стоят.

Встав на цыпочки, жена чмокнула Сэма в щеку.

– Все будет отлично, а вдобавок мы совершим доброе дело. К тому же иначе мы торчали бы дома, путались под ногами у электриков и плотников, и ремонт никогда не закончился бы.

– Ты права. Пойдем посмотрим, найдется ли для нас местечко в школе. Позвоним Сельме, чтобы не волновалась, и завтра же начнем формировать спасательную экспедицию.

Глава 4

К полудню следующего дня Сэм и Реми уже жарились вместе с десятком других добровольцев под палящим солнцем на платформе безбортового грузовика, трясшегося по ухабистой дороге. Рядом сидели Кристина Таламантес и Мария Гарса, вдоль другой стороны – жители города, которых они узнали за последнюю неделю. Среди них были два брата – Рауль и Пабло Мендоса, выросшие в деревне неподалеку от вулкана, – и высокий, невозмутимый Хосе Санчес, владелец тапачульской адвокатской конторы, от которой остались одни развалины. Из-за густых усов никто не мог сказать – улыбается он или, наоборот, чем-то недоволен.

Машина удалялась от города. Впереди на мили и мили тянулись возделанные поля. Реми не отводила глаз от встававшего на горизонте синего треугольника вулкана.

– Дыма больше не видно, – взглянув туда же, заметила Кристина. – Может быть, он все же уснул на ближайшие лет сто?

– Или копит силы, а потом взорвется и похоронит нас под лавой и пеплом, – откликнулся Хосе. – Не зря его название на языке майя означает «Дом огня».

– Будем надеяться, на сей раз он его не оправдает, – сказал Сэм.

Еще через час изматывающей езды они добрались до поселка Унион-Хуарес. Два небольших кирпичных здания вдоль главной улицы стояли полуразрушенные, еще с двух домов осыпалась черепица. Остановив машину на центральной площади, водитель и другие добровольцы из Тапачулы вышли переговорить с собравшимися местными жителями. Фарго держались поближе к Кристине, которая служила им переводчицей. Коротко расспросив супружескую пару с индейскими чертами лица, она повернулась к Сэму и Реми.

– Дорога через семь километров кончается.

– А дальше как же? – спросил Сэм.

– Придется пешком. Женщина говорит, там есть главная тропа, от которой отделяются другие, поуже, ведущие к горным деревням.

– Она не сказала, чего там стоит ждать? – поинтересовалась Реми.

– Предупредила, что может быть холодно. Как-никак четыре тысячи метров.

– К этому мы готовы. Я даже могу кое-чем поделиться. На яхту я брала с собой несколько плотных футболок и рубашек – в океане бывает прохладно ночью, особенно если ветер сильный.