Клайв Касслер – Гнев майя (страница 32)
Сэм поднялся:
– Я на минутку.
Выйдя в туалет, он убедился, что рядом никого нет, и набрал номер в Сан-Диего.
– Сельма?
– Да?
– Мы нашли ее. Запускай всё, через пятнадцать секунд пойдет живое видео. Пока не закончим, поговорить больше не получится.
– Поняла. Подключаю все четыре камеры.
– Все, мне надо идти.
Вернувшись, Сэм вполголоса промурлыкал Реми:
– Милая, у тебя, наверное, глазки устали. К чему это глупое тщеславие?
Оба надели свои очки со скрытыми камерами и снова вернулись к первой странице, чтобы передавать цифровое видео в онлайн-режиме. Копия была выполнена Лас Касасом с невероятной точностью. Он не пытался воспроизвести цвета оригинала, но все остальное воспроизвел один в один. Листы, как и в кодексе, были разграфлены по линейке на шесть или, изредка, восемь колонок. Номера страниц не проставлялись, но Сэм и Реми могли сказать по памяти, что по крайней мере около тридцати первых находились на месте.
– Вижу все четко, – прозвучал голос Сельмы из крошечных динамиков, вмонтированных в дужки очков. – Двигайтесь дальше.
Дойдя до последней страницы, Фарго начали листать обратно, делая фото каждого разворота с помощью объективов, спрятанных в часах. Закончив, Сэм снял очки и положил в карман пиджака.
– Что-то я притомился. Давай-ка вернемся в номер.
Вернув книги, они забрали сумочку Реми и кейс, который сегодня принес с собой Сэм, поблагодарили библиотекаря и вышли из здания. Время было уже к вечеру. Спускаясь по ступенькам, чтобы повернуть на ведущую к отелю улицу, Сэм напомнил жене:
– Что бы сейчас ни случилось, не пугайся. Помни, главное – чтобы очки и часы остались при нас.
Открытое пространство главной площади, куда они вышли, заполняли сотни людей, шагавших в разных направлениях. Сэм и Реми, похоже, были здесь единственными туристами. Достигнув середины, они вдруг услышали сзади низкий, утробный гул мотоцикла, вывернувшего откуда-то из-за угла. Звук нарастал, становясь все ближе. Реми дернулась оглянуться, но Сэм придержал жену за плечо, шепнув на ухо:
– Не спугни.
Он резко развернулся, только когда мотоцикл оказался прямо за ними. На обоих седоках были шлемы с зеркальными стеклами, закрывавшими лица. Водитель попытался на скорости выхватить кейс Сэма, но тот, не отпуская, потянул его назад. Соединенные усилия человека и двигателя его транспортного средства, разумеется, победили, однако Сэм еще сопротивлялся, продолжая бежать следом. Тут в борьбу вмешался второй седок, обеими руками рванув чемоданчик к себе. Тот остался у него, и мотоцикл, взревев, промчался вдоль площади, свернул на узкую, петляющую между высокими домами улочку и исчез.
Сэм продемонстрировал Реми свои пустые ладони.
– Они украли твой новый кейс!
– Скорее, я подкинул им один маленький инженерный фокус, – улыбнулся тот.
– О чем ты говоришь?! Нас ограбили! Нужно вызвать полицию!
– Незачем. Это те двое, которых мы видели неделю назад у Сан-Грегорио. После я тоже несколько раз их замечал. Слишком усердно притворялись, что они здесь просто так. Поэтому я купил кейс и немного с ним поколдовал.
– То есть ты специально им его отдал?
– Я ведь уже так и сказал, разве нет?
– Хватит морочить мне голову. Объясни, в чем фокус.
– Слышала про специальные сумки с ловушкой, которые подсовывают в банках грабителям?
– Те, которые взрываются, разбрызгивая несмываемую краску? Как тебе удалось пронести взрывчатку на самолет?!
– Я ее не использовал. Там всё на пружинах. Первая, стоит отпереть замок, откидывает крышку, а вторая выстреливает вверх, как чертик из коробочки, нажимает поршень и окатывает открывшего струей чернил. И чемоданчик, и «начинку» я купил здесь.
– А если бы библиотекарь решил внутрь заглянуть?
– Твою сумочку он открыть не пытался, с чего бы ему трогать кейс?
– Так что бы с ним случилось?
– Походил бы с ярко-синим лицом.
– Не лучше было просто проследить за этими людьми, без дурацких выходок?
– Я проследил и кое-что приметил. Между собой они говорили по-английски, но один из них общался с местными на испанском, причем свободно – все его понимали. Зачем кому-либо ходить за нами хвостом и ничего не предпринимать несколько дней? Ответ один – их наняла Сара Эллерсби.
– Зачем ей это? Кодекс ведь у нее, на что ей копия?
– Видимо, она хочет знать, чем мы заняты и каких результатов добились.
– И?
– Скорее всего, ей уже все понятно. После того как ее люди доложили ей, что мы в Вальядолиде, она не могла не догадаться зачем. Я мог сделать только одно: добиться, чтобы в следующий раз, встретив ее подручных, мы могли безошибочно распознать их.
Быстрым шагом добравшись до своего отеля, они загрузили фотографии с миниатюрных камер на ноутбук и на всякий случай отослали в двух вариантах Сельме. Пока шла передача, Реми заказала билеты на ночной самолет, вылетавший через четыре часа. Они с Сэмом заканчивали укладываться, когда зазвонил телефон.
– Привет, Сельма, – взяла трубку Реми. – Все снимки достаточно четкие? Отлично. Тогда мы отбываем домой. – Пауза. – Потому что тут одна парочка украла кейс Сэма, и когда они его откроют, то у них возникнет непреодолимое желание нас убить. Если оно не осуществится, жди нас завтра к вечеру.
Глава 18
Рассел в ванной своего номера ожесточенно тер синее лицо ваткой, смоченной в ацетоне. Запах средства для снятия лака прошибал чуть ли не до самого мозга. Если учесть, что до этого были перепробованы также изопропиловый спирт и скипидар, маленькое замкнутое пространство превратилось просто в камеру пыток. Взгляд в зеркало…
– Тоже не помогает… Господи, какая же вонь!
– Может, еще потереть, посильнее? – предложил Руис. Он видел, что подбородок Рассела и так уже пошел под синевой сыпью от раздражения, но ему совсем не улыбалось мотаться по городу в поисках новых вариантов.
Рассел сунул пузырек напарнику в руки и смыл ацетон водой с мылом.
– Принеси что-нибудь другое.
– Это всегда работало, – возразил Руис. – Помнишь, несколько лет назад мы так чеки подделывали? Пара минут, и поле для суммы чистое, пиши что хочешь.
– Это не бумажки, а мое лицо! – рявкнул Рассел. – Стой, ты подал мне идею. С чеками там ведь тоже был фокус – для чернил на полярной краске и растворитель нужен полярный, спирт или ацетон. Мы попробовали – не помогает. Значит, надо неполярный, вроде толуола.
– Толуола? – переспросил Руис. – Он как-нибудь еще называется?
– Метилбензол.
– И где его искать?
– В магазине для художников должен быть. Спроси что-нибудь, чтобы разводить краски. Возьми все, что у них есть. Если увидишь химчистку, тоже зайди. Скажи, что пролил чернила на диван, пусть дадут состав, который они используют для выведения таких пятен.
– Но я хочу есть, – взбунтовался Руис.
– Так купи себе чего-нибудь по дороге! Я не могу в таком виде расхаживать по магазинам, а от запаха меня тошнит, так что все равно ничего в горло не полезет. Просто принеси то, что поможет свести эту дрянь, и побыстрее.
Руис взял куртку со стула и прошел по коридору к узенькому, похожему на клетку лифту. Скрежетнула, открываясь, дверца. Рассел еще раз ополоснул лицо и посмотрел в зеркало. Кожа горела – если бы не синева, уже все покраснело бы. Ловушка сработала, стоило открыть замок. Одна пружина откинула крышку, другая вытолкнула дно цилиндра с чернилами, прикрытого сверху только вощеной бумагой. Окатило и лицо, и грудь.
Вот гад этот Фарго! И как только в голову такое пришло! Однако получается, он заранее предполагал, что кейс кто-нибудь попытается украсть. Но Рассел не мог засветиться. Может, Руис где-то прокололся по глупости? Не носит же чертов инженер с собой такую пакость в каждой зарубежной поездке…
Рассел намазал лицо и шею кольдкремом, пытаясь унять зуд, и набрал номер на спутниковом телефоне.
– Алло, – раздался голос Сары Эллерсби.
– Это я. Мы прибыли в Сан-Диего и проследили объекты до аэропорта. Они вылетали в Испанию, в Вальядолид. Отсюда сейчас и звоню.
– Что им там понадобилось?
– Мы вели наблюдение несколько дней. Сперва они просто осматривали достопримечательности и каждый вечер отправлялись в новый дорогой ресторан.
– Что, все до одного обошли? За столько-то времени…
– Практически. Восемь дней подряд ходили в местный университет как на работу. Похоже, правда очень интересуются всякими старыми зданиями в городе. Но приехали все-таки не просто так – определенно искали какую-то информацию.