Клаудия Грэй – Потерянные Звёзды (страница 7)

Сиена знала, почему ее друг стремится покинуть эту планету. Ее саму ничто не гнало отсюда. Она любила суровую красоту Джелукана, родство жителей долины. Все это казалось ей прекрасным. Тем не менее она без сожаления оставит родной мир.

Она ни от чего не убегает. Она преследует мечту стать имперским пилотом, радостно бросившись в космос.

День, когда Тейн покинул Джелукан, казался… идеальным. Словно он ничего не нарушил, словно все созвездия наконец выстроились, чтобы вести его. Родители попрощались с ним дома и не позаботились подбросить до космопорта. Да и прекрасно.

Посадка на корабль до Корусанта была еще лучше, потому что там была Сиена, хотя она так долго обнимала родителей у трапа, что капитан пригрозил ее оставить. Они с Тейном стали командой, чтобы поступить в Академию; и было правильно, что они должны прибыть туда вместе. Лучше всех был момент, когда корабль вошел в гиперпространство — их первый опыт скорости света — и они оба с восторгом улыбнулись друг другу.

Затем они прибыли на Корусант, и тот ошарашил их, как оплеуха.

Тейн всегда знал, что Джелукан был окраиной мира. Голограммы рассказали ему, что Галактика много больше и сложнее всего, что он мог видеть ранее. Поэтому он думал, что подготовлен. Но, сойдя с корабля и увидев Корусант в первый раз…

Здания по высоте спорили с горами Джелукана. Хотя солнечный свет проходил через различные стеклянные конструкции, общий эффект порождал клаустрофобию. Земля была невероятно далеко внизу, а небо словно нарезано на тонкие ленточки. Сотни небольших кораблей летели или зависали между небоскребами в беспосадочном гуле голосов и двигателей. Каждый человек направлялся по делам, чувствуя себя как дома в этой огромной металлической клетке, этом городе, проглотившем целый мир. Тейн, однако, старался больше не смотреть в окна, потому что вид оттуда только подчеркивал его крошечность.

Сначала он подумал, что Сиена будет чувствовать себя еще более подавленной. Ее детство прошло в открытых долинах, в домах чуть менее примитивных, чем палатка. Конечно, это было слишком для нее.

Но девушка пришла в восторг.

— Вот где все происходит! — выдохнула она, когда они шли по коридорам космопорта, а дроиды-маркеры плыли впереди, как маяки, ведя их к челноку Академии. — Это как электричество, невероятная энергия вокруг. Чувствуешь?

— Определенно, — отозвался Тейн. — Совершенно электрическая.

Сиена посмотрела на него:

— Эй, ты в порядке?

Но тут они дошли до челнока вместе с группкой новых курсантов и окунулись в водоворот деятельности, назначенной на первый день: собирали чипы со всей необходимой информацией, узнали о назначенном на тот же день сборе для всех курсантов, знакомились с курсантами из других миров. Имперские офицеры, прямые и строгие в своей униформе, сопровождали их. Когда корабль влился в головокружительный поток воздушного транспорта Корусанта, Тейну пришлось сдерживаться, чтобы не вздрагивать каждый раз, когда другой борт приближался почти вплотную. Но на этой планете-метрополии пилоты явно привыкли к таким опасным сближениям.

Напряжение лишь усилилось, когда они добрались до самой Академии. Когда новые курсанты вышли из челнока, Тейн понял, что сюда прибыли уже сотни людей. Еще сотни, казалось, вылились из других челноков, стоявших рядом. Все время он чувствовал себя так, словно потерялся. Когда он посмотрел в сторону Сиены, то увидел, что она улыбалась еще ярче. Вскоре толчея людей, пытавшихся сориентироваться, разделила их.

Чип данных Тейна сообщил ему расположение его комнаты в общежитии и информацию о двух его соседях. «Они не могут оказаться хуже Дальвена», — подумал он, решив выжать все лучшее из ситуации.

Тем не менее, поднимая руку, чтобы позвонить в дверь, Тейн чувствовал себя невероятно маленьким.

Дверь со свистом открылась, представляя стройного черноволосого парня с узким лицом и прямой осанкой — настолько правильной, что Тейну потребовалось мгновение, чтобы понять, что в комнате не было куратора-офицера и это его сосед.

— Ты с этого, как его, Джелукана?

Когда Тейн кивнул, парень фыркнул:

— Зачем звонить в собственную комнату? Это нелепо.

— Очаровательно, не так ли? — сказал другой парень, самый высокий из троих, худой, с узким лицом, длинными каштановыми волосами, узлом собранными на затылке. У него был аристократичный выговор и заразительная улыбка. — Мистер Личность здесь Вед Фосло, уроженец Корусанта…

— Конечно, — встрял Вед, вздернув подбородок. — Мой отец, генерал Фосло, работает в центральной разведке.

— …который умудряется первому встречному рассказать о папе-разведчике в первую же минуту.

Вед нахмурился, а высокий парень подошел ближе, протягивая руку Тейну:

— А я Нэш Виндрайдер с Алдераана. Мой отец — ковроткач. Все еще впечатлен?

— Очень. — Тейн понял, что улыбается. — В шахтах грешат двойной бухгалтерией.

— Полезный навык, — сказал Нэш. — Никогда не знаешь, когда потребуется подделать записи. Заходи и чувствуй себя как дома — ну, насколько это возможно на нижней койке. Две лучшие мы уже заняли.

Нэш, как оказалось, посетил уже больше дюжины миров и несколько раз был на Корусанте. Он даже не спросил Тейна, испугался ли тот сперва; он предполагал, что в первый раз такое происходит со всеми.

— Стоило бы выдавать на космодроме респираторы, — сказал Нэш, когда они коротали время, растянувшись на кроватях в ожидании церемонии и ужина тем же вечером. — Или транквилизаторы. Что-то, чтобы помогло бы людям справиться.

— Не понимаю, что такого странного на Корусанте. — Вед оставался все таким же напряженным, но в целом это было, похоже, не так уж и плохо. — Разве ты действительно никогда раньше не бывал в настоящем городе? Или вообще на других планетах Ядра?

Тейн уже знал, что лучше всего отвечать честно.

— Нет. — Он растянулся на койке под Ведом, пытаясь привыкнуть к жесткому матрасу. — Не был даже в городе крупнее родной Валентии. Полагаю, все население Валентии заполнит примерно семь уровней этого здания.

Нэш заложил руки за голову:

— Ты привыкнешь к нему, Тейн. Вскоре мы все будем имперскими офицерами, ты будешь путешествовать по сотням миров и, когда вернешься домой, станешь таким же пресыщенным, как сын мистера Генерала.

Вед одарил Нэша грозным взглядом, но Тейн не смог удержаться от смеха.

Сиена верила, что ей понравятся новые соседи и прием, ведь до сих пор день превосходил все ее лучшие ожидания. Она стояла перед зеркалом, поражаясь своему отражению в форме курсанта. Черные ботинки, темные брюки, темная куртка — все это походило на видение из сна.

— Ненавижу эти ботинки, — сказала ее соседка по комнате Кенди Идель, хмуро разглядывая свою обувь. — Вообще ненавижу обувь, и точка. Когда вырастаешь в тропическом мире, больше всего любишь ходить босиком.

— Ты скоро привыкнешь к ним, — пообещала третья соседка по комнате Джуд Эдивон. В отличие от миниатюрной Кенди она была высокой и бледнокожей, Кенди была темнокожей, как и Сиена. — Босые ноги прекрасны на Илохе, но на Корусанте? Твои ноги будут быстро пачкаться. Плюс царапины, порезы и высокая вероятность подхватить инфекцию. Не то чтобы уровень гигиены здесь оставлял желать лучшего, но сам размер поселения предполагает…

— Опять собираешься сыпать статистикой? — застонала Кенди.

— Быть фанатом науки нормально, — сказала Сиена. — Говори о статистике, сколько тебе нравится, Джуд. Мы с Кенди в конце концов к ней привыкнем.

Веснушчатое лицо Джуд озарилось улыбкой.

— Мы, кажется, вполне совместимы как личности. Думаю, что мы с тобой очень хорошо поладим.

— И мы тоже, — пообещала Кенди. — Не обращай внимания, когда я сварливая. Это все перелет, усталость и попытки заплести эти проклятые косы.

Сиена заплетала волосы в тугие косы в течение многих лет, с тех пор как узнала, что это обязательно для всех длинноволосых курсантов.

— Позволь мне. — Темно-зеленые волосы Кенди были прямыми и шелковистыми в отличие от жестких кудрей Сиены, но она решила, что коса и есть коса. — Ты действительно никогда их не заплетала?

— Ни разу. Я думала, что это будет легко! — вздохнула Кенди. — Спасибо, кстати.

— Нет проблем.

Джуд наклонилась ближе:

— Ты можешь просто обрезать волосы, как я. Это обеспечит оптимальную эффективность.

Кенди скорчила гримасу:

— На Илохе только маленькие дети носят короткие волосы. Длинные волосы означают, что ты действительно взрослый. Я их ни за что не обрежу.

— Ты скоро научишься плести косы, — пообещала Сиена. — Тебе придется, потому что я не буду заплетать твои волосы каждое утро.

— Даже если я пообещаю заправлять твою кровать до проверки?

— Нет.

Каким-то образом они успели на церемонию вовремя, и униформа их была в идеальном состоянии. В классе Сиены оказалось больше восьми тысяч студентов — ошеломляющее для нее количество народу. Но больше всего поразило осознание, что все они носят имперскую форму, связаны общей целью, общей мечтой. Все эти курсанты прилетели сюда из сотен миров, чтобы стать офицерами. Они пришли сюда, чтобы служить Империи, сделать всю Галактику лучше. Сердце Сиены переполнял такой восторг, что она прижала руки к груди.

Лучше ли сейчас Тейну? Должно быть. Она поискала его в толпе, но из-за униформы было трудно узнавать людей.

Она вознамерилась найти его, как только выдастся свободная минутка, но сейчас началась речь президента Академии.