Клаудия Грэй – Голос крови (страница 49)

— Если помощники сенатора Органы так запросто тебе наливают, видно, ты здорово с ними сдружился. Да и немудрено, раз ты в последнее время с ними по всей Галактике мотаешься.

Джоф пожал плечами, но тут же понял, что в лежачем положении это глупо.

— Сама знаешь, как это бывает, Зари. Сенаторы отдают приказы, ты делаешь, что сказано, они к тебе понемногу привыкают, и ты оказываешься по уши в их делах.

— Да, обычно все именно так. — Зари прислонилась к его тележке, скрестив руки на груди. — Ты явно в курсе, что происходит.

— Спроси об этом сенатора Органу, — посоветовал Джоф, старательно изображая беззаботный тон, хотя сердце у него забилось чаще.

Если его товарищам-пилотам станет слишком уж любопытно, куда он летает, а главное, зачем, то поползут слухи и миссия на Сибенско провалится, не начавшись.

Тут снова вступил в разговор Ледени:

— Ну, чем бы ты там ни занимался, похоже, это интереснее, чем выступать на авиашоу.

Джоф уставился в электронные потроха истребителя. Может, если сделать вид, что он полностью погружен в работу, разговор сам собой сойдет на нет…

— Хм-м… — протянул он. — Это смотря что считать интересным.

— Странствовать по Галактике, выполнять задания, — с завистью произнесла Зари. — Это ведь означает заниматься серьезным делом.

— Уж точно посерьезнее, чем авиашоу, — звучным басом добавил Илло Эсти.

«Они не просто подозревают, — вдруг понял Джоф, — они знают: что-то затевается. И хотят участвовать».

Первым его побуждением было придумать какой-нибудь предлог, какой угодно, и срочно унести ноги из ангара. Но разве он сам на их месте отступился бы так легко? Если бы почуял, что где-то рядом ждут приключения и настоящее, нешуточное дело? Да ни за что!

Джоф не мог взять и позвать товарищей в команду, которая полетит на Сибенско. У него не было на это права, а кроме того, чем больше людей знает тайну, тем больше вероятность провала. Да и вообще, в этот подводный город даже четверым людям и одному дроиду будет непросто проникнуть, куда уж тащить туда целую толпу…

Но если воины-амаксины и правда так опасны и имеют таких щедрых спонсоров, как считают принцесса Лея и сенатор Кастерфо, однажды, чтобы противостоять им, понадобятся еще пилоты. И сейчас в ангаре находилось несколько возможных добровольцев.

— А мне нравится выступать на шоу, — сказал Джоф. Он продолжал ремонт, ни на кого не глядя. Кому надо, поймут все по его интонации. — Что может быть интереснее… верно?

— Не для меня, — тихо сказала Зари.

— И не для меня, — добавил Ледени.

Остальные поддержали разговор. Джоф поболтал с товарищами еще немного, мысленно составляя список. В ближайшее время надо будет обсудить этот список с принцессой Леей. Может пригодиться. Никогда ведь не знаешь, как дело повернется…

Вообще-то, стаж Рэнсольма Кастерфо в Галактическом сенате был слишком мал, чтобы инспектировать войска. При обычных обстоятельствах такая возможность появилась бы у него только спустя два срока. Однако ничто не запрещало сенатору более высокого ранга пригласить его принять участие в инспекции. Именно так и поступила Лея Органа, и вот они вдвоем уже шагают по белым коридорам транспортного корабля «Рикан». Вдоль стен стояли навытяжку офицеры, кто-то явно нервничал, кто-то имел деловитый вид, а кого-то инспекция слегка забавляла.

На корабле все было в полном порядке, все по уставу. Но на вкус Рэнсольма, картине в целом не хватало некоторой доли блеска. Форменные брюки и куртки выглядели слишком буднично, шлемы застегивались под подбородком обычным кожаным ремешком. Разве могут такие солдаты внушать священный трепет? Разве они могут защищать других, когда сами так беззащитны? Подобающая броня, как у имперских войск, выглядела бы более уместно. Штурмовики в своих белых шлемах, должно быть, чувствовали себя непобедимыми…

— Знаешь, Рэнсольм, — сказала Лея, когда они шли на мостик, — если подумать, кажется странным, что ты не выбрал карьеру военного.

— Я думал об этом. Но ограничился тем, что отслужил два года в силах планетарной безопасности Риосы, когда мне исполнилось восемнадцать. — Он улыбнулся, вспомнив свой юношеский восторг: его первый в жизни истребитель, первый бластер. — Я воображал, как буду каждый день преследовать контрабандистов и работорговцев, что меня ждут сплошные битвы, одна другой красочнее.

Лея заложила руки за спину и искоса взглянула на него:

— А на деле?

Рэнсольм вздохнул:

— На деле пришлось не столько воевать, сколько зачитывать правила выполнения посадки и стыковок.

Лея рассмеялась, но сказала:

— Перестань. И в силах планетарной безопасности порой случаются погони и перестрелки.

— Они случались, но не часто. После того как Империя выжала все возможное из фабрик Риосы, производство пришло в упадок. Природные ресурсы были истощены, карманы пусты. Никто не пытался ничего украсть в нашем мире, потому что воровать-то было и нечего.

Они дошли до поворота, за которым прямой коридор вел на мостик. За поворотом офицеров вдоль стен уже не было, и Рэнсольм вздохнул с облегчением. Хоть он и не стыдился бедственного положения своей планеты, ему было проще говорить об этом с Леей наедине.

— К тому времени, когда передо мной встал выбор подписать следующий контракт с силами безопасности или перейти в армию Новой Республики, я решил, что Риосе нужны не столько солдаты, сколько политическая и экономическая поддержка.

— Так ты отказался от мечты во имя долга, — мягко сказала Лея.

Рэнсольм посмотрел ей в лицо:

— А ты?

— Я — не отказывалась. Мне с детства говорили, что мой долг — служить людям, сначала в качестве члена королевской семьи, потом на посту сенатора. Когда мне исполнилось пятнадцать, уже зарождался Альянс Повстанцев и я знала, что хочу быть одной из них. — Ее улыбка была печальной, даже тоскливой. — Так что мне так и не довелось обзавестись мечтой, у меня всегда был только долг.

— А какой она могла бы быть, твоя мечта? — порывисто спросил он.

И впервые увидел, как Лея не может подобрать слова:

— Я… Кто знает? Тогда, в юности, все выглядело совсем иначе, чем я вижу теперь, оглядываясь назад.

— Попробуй все же представить. Или спроси себя, чем бы ты хотела заняться сейчас, если бы была свободна от своего долга?

Улыбка Леи стала искренней.

— Я бы летала с мужем по Галактике.

Рэнсольм, конечно, был наслышан о знаменитом Хане Соло, но ему было трудно представить себе Лею замужем за бывшим контрабандистом.

— Хочешь сказать, ты присоединилась бы к его гоночной команде?

— Может быть… — В ее карих глазах появилось проказливое выражение. — А может, мы стали бы профессиональными игроками. Нажили бы состояние игрой в сабакк.

— Охотно верю, памятуя, как ты сорвала банк на Бастазе. — Они рассмеялись, и Рэнсольм порадовался, что его вопрос не увел разговор в сторону слишком личных вещей, которые было бы неуместно обсуждать во время инспекции.

Но он знал, что Лея была не против такого поворота. Рэнсольм подумал, что их отношения, хоть и начались неудачно, наверняка переживут и расследование делишек Риннривина Ди, и воинов-амаксинов. Больше того, эти отношения уже переросли в настоящую дружбу. Рэнсольм с детства привык скрывать свои чувства. И пусть у него не было недостатка в знакомых, близко он мало кого подпускал.

Но перед Леей Органой не может устоять ни одна преграда.

— Нам пора попрощаться с капитаном и направляться к выходу, — сказала она. — Однако, с другой стороны, мы же еще не осмотрели машинное отделение.

— Если бы я знал тебя не так хорошо, подумал бы, что ты ищешь предлог, чтобы увильнуть от основной работы.

— И был бы прав. — Заметив удивление Рэнсольма, Лея пояснила: — Думаю, вечернее заседание сената станет точкой невозврата.

— Но ты же наверняка согласилась, чтобы популисты выдвинули тебя кандидатом на пост Первого сенатора, еще когда сенат решил провести выборы. Сегодняшнее официальное выдвижение в сенате — просто формальность.

Лея расправила плечи, словно шла на битву:

— Я согласилась, и ты прав: выдвижение — формальность. Но, как я уже говорила, я бы с радостью уступила кому-нибудь эту честь.

— Ты подходишь для этого поста больше, чем любой другой популист, — возразил Рэнсольм. Они стояли вдвоем в коридоре со сводчатым потолком, и казалось, будто они одни на всем корабле. — А учитывая, что центристы так и не договорились, кто будет кандидатом от них, ты можешь выиграть даже без голосования.

— Не напоминай.

Они снова двинулись в сторону мостика, и Рэнсольм продолжал успокаивающим тоном:

— Взгляни с другой стороны. До конца дня сенаторы только и будут делать, что восхвалять тебя. Припомнят каждую битву, каждое твое достижение. Разве не весело? Попробуй расслабиться и немного понежиться в лучах славы, а?

Лей вздохнула:

— Знаешь, мне уже легче. Спасибо.

— Рад помочь.

Рэнсольм все еще пребывал в задумчивом настроении, когда они завершили инспекцию, «Лунный свет» отстыковался от корабля и понес их назад, на поверхность Хосниан-Прайм. Лея отправилась к Вариш Вицли на званый обед в честь ее близкого выдвижения, а Рэнсольм сразу вернулся в здание сената, чтобы подготовиться к заседанию. Рассеянно размышляя о том, оставит ли Лея «Лунный свет» в качестве своего официального корабля после выборов, Рэнсольм вошел в свой кабинет…