Клас Экман – Способные люди (страница 4)
Анна хихикнула, увидев выпуклость на трусах Юхана. Ей хотелось видеть ее более твердой, непристойной, почти пугающей, чтобы она от этого зрелища забыла обо всем на свете. Но неприятные мысли не отпускали. И когда она залезла на кровать и снова бросила взгляд на Юхана, у нее задрожала нижняя губа, и, несмотря на все усилия, ей не удалось сдержать слезы. Вопреки ожиданиям, эти выходные могли стать очень тяжелыми для обоих. Она не знала, кого из них больше мучила совесть – Юхана или ее саму. Они оба лгали, и Анна боялась разрушить свои собственные мечты о будущем. Те самые, где она и Юхан вместе сидели на диване, пили вино и разговаривали так же, как когда-то они это делали с Магнусом.
По взгляду Юхана Анна поняла, что он абсолютно неправильно истолковал ее слезы и считал теперь, будто это он сделал что-то не так.
– Нет, нет, все идеально, – сказала она и жестом позвала его к себе. – Я не знаю, откуда они взялись. Я действительно очень хочу тебя.
Он лег на кровать рядом с Анной и обнял ее. Но в результате она разрыдалась еще сильнее. Если бы она только могла остановить время, то сделала бы это ни мгновения не задумываясь, а потом осталась бы в его объятиях навечно.
Настроение стремительно портилось, но она собиралась поднять его любой ценой. Анна не могла позволить себе, чтобы неуправляемые эмоции разрушили прекрасные мгновения долгожданной встречи.
Она вытерла слезы рукой и заставила себя рассмеяться, пытаясь разрядить атмосферу.
– Это, наверное, из-за климакса, – сказала она, и Юхан чуть заметно улыбнулся.
Она ужасно чувствовала себя, ненавидя собственную судьбу за то, что приходилось делать. Но им некуда было спешить, худшее могло подождать до завтра.
– Как все прошло у детского психолога? – спросил Юхан и крепче прижал ее к себе.
Анна тяжело вздохнула, вспомнив о разговоре.
– Черт, извини, было так глупо с моей стороны спрашивать именно сейчас! – выпалил он. – Я просто немного беспокоился.
Отношение Юхана к сыну и дочери Анны строилось исключительно на ее рассказах о них. А они практически не сходили у нее с языка. Она знала, насколько сильно Юхан переживал из-за отсутствия собственных детей, и порой боялась говорить слишком много о Сири и Сикстене. В итоге она наконец решилась и спросила, не слишком ли эта тема для него болезненна, и тогда он ответил, что, наоборот, с удовольствием говорит с ней о детях. А еще он надеется с ними когда-нибудь познакомиться.
– Мы сможем поговорить об этом как-нибудь в другой раз, – сказала Анна. – Теперь я хочу просто лежать здесь, и чтобы ты обнимал меня.
– О’кей. Я не хотел ничего портить.
– Все нормально, мы просто больше не будем говорить об этом. Во всяком случае пока.
Она вся задрожала от удовольствия, когда он еще крепче прижал ее к себе. И пусть он не был половым гигантом, каким, конечно, хотел бы себя чувствовать, как, впрочем, все мужчины, не избалованные женским вниманием на стадии взросления, Анна никогда не осмелилась бы разочаровывать его на сей счет. В годы учебы, еще до Магнуса, она успела получить свое и знала толк в любовных утехах, но Юхан обладал чуть ли не магической способностью умиротворяюще воздействовать на ее тело и душу. Анна почти ничего не знала о хилерах, ауре и прочих эзотерических штуковинах, но когда он прикасался к ней, ее тело покидали напряжение и усталость. Всего через несколько секунд она уже чувствовала себя совсем другим человеком.
Как и сейчас.
Давление в груди, мучившее ее, наверное, уже несколько дней, почти полностью исчезло. Она снова могла глубоко дышать. Мистика какая-то. У нее не находилось других слов.
Никогда, ни с одним мужчиной Анна не чувствовала себя настолько приятно расслабленной и одновременно в полной безопасности, как с Юханом, особенно когда он обнимал ее. Нечто подобное она испытывала только тогда, когда впервые прижимала к своей груди Сири и Сикстена, а теплая волна окситоцина разливалась по телу, даря необыкновенные ощущения. Тогда ее захлестнули столь сильные эмоции, что она испугалась за свою жизнь, посчитав это ненормальным и, возможно, связанным с какими-то проблемами со здоровьем. Однако, когда Анна обратилась за помощью к медсестре, женщина лишь серьезно посмотрела на нее и сказала: «Добро пожаловать в мир матерей, вы только что получили одно из самых незабываемых переживаний в своей жизни».
– О чем ты думаешь? – спросил Юхан обеспокоено. – Ты выглядишь немного грустной.
– Ни о чем, – ответила Анна и свернулась калачиком рядом с ним. – Я стараюсь вообще ни о чем не думать. Помимо того, что я сейчас здесь с тобой.
– Это точно?
– Конечно.
Они молча лежали какое-то время. Анне пришлось прикусить губу, чтобы снова не дать волю слезам.
– С тобой точно все нормально?
Юхан всегда замечал, если ее что-то мучило. Чуть ли не читал ее мысли. Раньше Анна, честно говоря, считала, что только женщины владели такими способностями, и это имело какое-то отношение к белому веществу в мозгу, развитому у них лучше, чем у мужчин. Или за это отвечало серое вещество? Какое-то различие между ними в любом случае существовало, об этом ей даже рассказал Магнус после очередного экзамена.
– Причина во мне? Или что-то все-таки произошло у психолога? – спросил Юхан.
«И в том, и в другом», – подумала Анна и повернулась к нему.
– Не все так просто с Сикстеном. Подержи меня так немного, и, обещаю, все будет хорошо.
– С удовольствием, – ответил Юхан.
Анна надеялась, что сможет взять себя в руки. Эта ночь должна была, нет, просто обязана стать идеальной. Так она решила для себя. И именно мысли о ней поддерживали ее все последние дни.
Глава 4
Юхан стоял на солнце перед входом в отель и курил, пока Анна принимала душ. Они собирались отправиться в обратный путь только в пять часов, и он старался с максимальным удовольствием использовать оставшееся время. Он пытался прочувствовать всем телом каждую затяжку, которую делал сейчас. Собирался даже запомнить автомобили, проезжавшие по дороге. Синий, красный и зеленый. Черный. Все имело какое-то значение, во всяком случае так ему казалось. Все вокруг представлялось ему невероятно прекрасным, и он считал необходимым фиксировать каждую мелочь, чтобы потом выудить этот день из памяти при первой необходимости. Ведь именно сегодня начиналось что-то новое, какая-то совершенно другая жизнь…
Он не осмелился спросить Анну о том, как обстояло дело с Магнусом, ему, конечно, не нравилось, что она еще не подняла вопрос о разводе. Но он не хотел давить на нее. Зато, пожалуй, ему следовало подумать о новом жилье для себя, хотя он пока и не собирался покупать собственную квартиру. Все равно через несколько месяцев они съедутся с Анной и будут подыскивать уже что-то действительно просторное. Насколько он понимал, она хотела обосноваться где-то вместе с детьми, прежде чем они начнут налаживать совместную жизнь. Во всяком случае она говорила именно так.
«Все будет хорошо», – сказал сам себе Юхан и посмотрел на проезжающий мимо серебристый автомобиль. Ему следовало больше обращать внимание на детали, на всякие приятные мелочи, например на то, как блестит на солнце только что промчавшаяся по дороге машина, ценить то, что дарит ему жизнь. Куда ни кинь взгляд, везде можно найти что-то красивое, и сейчас, когда у Юхана появился шанс начать новую жизнь, ему нужно было научиться обращать внимание на такие вещи. Не заниматься самокопанием и не забивать голову всевозможными проблемами, а стараться находить во всем что-то хорошее. А еще следовало начать посещать тренинги, где учат, как сделать свою жизнь счастливой, и заниматься прочими приятными вещами, о которых обычно болтала на работе София, когда, конечно, осмеливалась открыть рот.
Он погасил окурок в установленной немного в стороне от входа пепельнице и решил сразу же достать еще одну сигарету.
По привычке он с опаской поглядывал по сторонам, когда курил. Марта просто взбесилась бы, если бы застала его за этим занятием.
Он заметил, как на протяжении всего утра Анна то и дело погружалась в свои мысли и выглядела обеспокоенной. Скорей всего, это было как-то связано с Сикстеном. Юхан успел хорошо узнать ее и понимал, что стоит подождать, пока она первой не заговорит об этом. Анна предпочитала сама справляться с трудностями, и это ему в ней очень нравилось, именно с таким человеком он хотел бы разделить свое будущее. Ему вряд ли стоило опасаться постоянных бурных ссор из-за мелочей и неконтролируемых эмоциональных взрывов со всеми вытекающими из них последствиями. Юхан не любил конфликтов. Он всегда чувствовал себя виноватым, о чем бы ни шла речь.
Анна была прекрасным человеком. По-настоящему прекрасным. Она всегда заботилась о других. Относилась к тому типу людей, с которыми можно говорить обо всем на свете. Без исключений. Она умела слушать людей, а он умел слушать ее. В отличие от Марты, она, казалось, была целиком и полностью поглощена исключительно собственной внутренней жизнью. Ей никогда особо не требовалась компания, она часто с головой погружалась в свои мысли и могла, сидя на диване, долго смотреть в одну точку перед собой ничего не видящим взглядом.
Ему вдруг стало интересно, как же так у него все вышло с женой? Почему Марта стала столь безрадостной? Может, все опять из-за него? Или на ней так сказались неудачные попытки ЭКО? Как-то он попробовал поговорить об этом с женой и даже предложил ей сходить к психотерапевту. Но тогда она расстроилась и разозлилась, и с тех пор Юхан никогда больше не поднимал подобные темы. Отчужденность постепенно прописалась в их маленьком домике, незаметно они стали совершенно чужими друг другу, хотя и продолжали жить под одной крышей, но никто из них, казалось, не собирался решать возникшую в отношениях проблему. Сам Юхан начал заниматься бегом, пытаясь как-то успокоить мятущуюся душу. В результате его физическая форма улучшилась, и пусть это никак не отразилось на Марте, он почувствовал, что его собственное настроение пошло в гору. А потом он встретил Анну, как раз тогда, когда с горечью пришел к выводу, что любовь и страсть, о которых так много говорили другие, похоже, ему испытать не доведется. И что эти чувства, пожалуй, удел тех, кто изначально не умел владеть собой, короче говоря, конченых безумцев… А потом все изменилось.