Кларисса Рис – Жена тьмы (страница 16)

Вейн заметил мою реакцию на наказание раньше меня самой. Каждый удар целенаправленно причинял боль, но после шлепков я непроизвольно подкидывала заднюю часть тела в воздух, как будто просила большего. Он перестал осыпать попку ударами и положил руку на горящую кожу, лениво поглаживая нагревшуюся плоть.

Я попыталась подавить стон, когда почувствовала прикосновение его огромной руки. Я не хотела признаваться не себе, не, тем более, перед ним — какое влияние Дахар непроизвольно оказывал, но ощущения были слишком сильными. Я словно сгорала в этой головокружительной и такой волнительной порке. Он больше не шутил, он полностью сосредоточился и наказывал меня со всей страстью и силой, на которую был способен.

Дахар услышал мой всхлипы, и я почувствовала, как ему пришлось заставить себя подавить тяжелый вздох в ответ. Через зеркало я смотрела, как его рука скользила по покрасневшей попке, поглаживая округлости и впадинки. Крепко зажмурившись, стиснула зубы и попыталась держать себя в руках. Я даже не заметила, как шумно выдохнула от почти невесомого касания чужих пальцев к внутренней стороне бедра.

— Вам достаточно, мисс Майорад? — голос лился, словно расколоченная до бела сталь.

— Да, сэр… — невольно стон слетел с приоткрытых губ.

Уголки губ Дахара дернулись вверх. В его вопросе точно была какая-то уловка, на которую я так откровенно повелась. Не верю, что маг так просто откажется от этого представления, не попытается окончательно сломить меня и взять под свой контроль.

— Ваш ответ прозвучал неуверенно, — усмехнулся Вейн и огладил красные половинки, — пожалуй, мы еще не закончили, и ваше воспитание продолжится

— Полагаю, это зависит только от вашего решения, сэр, — я все никак не могла понять, в какую игру он играет.

Вейн сдержал смешок и еще раз медленно и чувственно погладил мои обхоженные бедра и ягодицы. Меня едва не трясло от переизбытка ощущений и чувств. Все слишком сильно закручивалось, и эта тонкая грань между болью и наслаждением начала стираться. Не позволяя мне цепляться за спасительную ниточку трезвого рассуждения.

— Я не уверен, что для вас это наказание, — хищно оскалился принц, и его ноздри затрепетали. — Вы же знаете, что вам не должно это нравиться, не так ли?

— Вовсе нет, сэр! — о Боги, неужели это так очевидно?

— Не обманывай меня, девочка, — злой рык заставил меня подавиться воздухом. — Если только мое обоняние меня не обманывает, то тебе очень нравится.

Глаза расширились от осознания, что именно он только что сказал. Черт! Мне и в голову не могло прийти, что он так легко может уловить реакцию разгоряченного тела. Он словно ищейка с его чертовым огромным даром! Проклятье! И что мне теперь делать? Если начну сопротивляться, то он только больше раззадорится, и я уже не смогу списать все это на неопытность.

Неожиданный поворот событий вскружил Дахару голову или максимально близко подвел его к этому состоянию. Глаза мужчины заволокло пеленой возбуждения, а сквозь ткань парадных брюк я почувствовала всю ярость, которую он готов был вложить в наказание. Не только меня начало потряхивать от пережитого унижения или очень извращенного наказания, но и сам мучитель неожиданно начал проникаться тягучей атмосферой всего происходящего.

— Ах, да. Я вижу, как в вашей голове кружатся мысли, когда вы пытаетесь понять, как лучше всего объяснить реакцию своего тела, — кровожадно облизнулся он и провел пальцами по горящей плоти. — Как насчет того, чтобы хоть раз ответить честно? И, может быть, тогда я сделаю вам снисхождение. Скажите мне правду: вам понравилось лежать у меня на коленях?

— Да, — ответ я могла выдохнуть только тихим, едва различимым шепотом.

Шлепок! И я едва не падаю в пропасти отчаяния и томительного возбуждения. Шлепок! И его хриплый стон заставляет меня дрожать. Шлепок! И я уже сама вторю ему, не сдерживая бурю эмоций, что беспощадно разрывают меня на части. Шлепок! И голова становится ватной, мысли пропадают, и я больше не могу скрывать реакции на этого властного хищника.

Из горла вырывается испуганный вскрик из-за внезапной боли на воспаленных ягодицах. Его пальцы с силой сжимают пострадавшую кожу, стараясь доставить еще больше боли, еще сильнее унизить. Но вместе с этим клубок возбуждения непрерывно стягивается сильнее.

— Громче! — приказ режет слух. — И вы будете обращаться ко мне: сэр!

Лицо вспыхнуло от смущения. Но я немного успокоилась, подумав, что, по крайней мере, этого Дахар не видит из-за густой пелены растрепавшейся укладки. Глубоко вздохнув, я нашла в себе силы и ответила уже громче:

— Да, сэр, — с замиранием сердца я ожидала очередной шлепок.

Вейн только торжествующе ухмыльнулся и погладил обнаженную спину, поднимаясь до самой макушки. Еще мгновение, и мои волосы резко тянут мужские пальцы, заставляя выгнуться и поднять лицо к зеркальной поверхности.

— Что ж, кто бы мог подумать, что некромантка-недоучка окажется такой сладкой мазохисткой? Я должен был догадаться раньше. Или как еще можно объяснить вашу дружбу и покорную работу в бюро добрых дел? Там же невозможно находиться, это почти рухнувший клоповник. И такое отчаянное согласие убить меня? Нет, моя дорогая, с вами точно не все в порядке.

Я закусила губу, не поддаваясь на столь жесткую провокацию. Ухмылка Дахара стала еще шире. Он поднес руку к упругим ягодицам и медленно огладил уже и так горевшие огнем полушария. По бедрам побежали мурашки, принц почувствовал, как я мелко задрожала на его коленях.

— Видите? — прошептал мне на ухо мучитель. — Оказывается, не так уж трудно говорить правду. Давайте попробуем еще раз, хорошо?

Борясь с собой, я попыталась мысленно подготовиться к следующему вопросу. Неважно как, но я должна с достоинством вынести все, что он может со мной сделать. Я с достоинством смогу вытерпеть все и доказать этому мерзавцу, чего стою.

— Скажите мне, мисс Майорад, чем именно вы собирались заняться с моим братом? — этот вопрос заставил щеки покраснеть и дернуться в мертвой хватке мужчины.

— Я не уверена, сэр, что… — он сразу почувствовал мое напряжение и сильнее надавил на поясницу, заставляя почувствовать степень его напряжения.

Вейн позволил своим пальцам лениво блуждать по моей заднице, вырисовывая на алой коже причудливые, одному ему понятные рисунки. От каждого такого прикосновения по мне пробегали миллионы крошечных искорок электрических разрядов.

— Вы надеялись, что станете с ним такой же мокрой, как сейчас? — я слышала легкую иронию в его грубом голосе.

— Да, сэр, — стараясь отвечать коротко и честно, надеялась побыстрее от него избавиться.

Он был впечатлен моей откровенной и такой безразличной честностью. Я все еще старалась говорить правду. Дахар хотел проверить, как далеко я смогу зайти. Как долго мне хватит сил сдерживаться и не сломаться.

— Вы мастурбируете, мисс Майорад? — его лицо приблизилось вплотную к моей щеке.

Разве я должна отвечать на столь бестактный вопрос? Но если промолчу, то он получит в свои руки новый шанс наказать меня. Сделать мое положение еще более неустойчивым и подчинить, наконец, своей воле. А этого я не хотела.

— Да, сэр, — наконец, выдавила сквозь сжатые зубы.

— И вы хотели, чтобы мой брат трогал вас так, как вы трогали сами себя? — он медленно провел пальцами по моему позвоночнику до самой впадинки над тазом.

Дахар с горящим взглядом наблюдал, как мое тело продолжало реагировать на такие дикие ласки. Бедра машинально задвигались против моей воли, когда он начал рисовать пальцами причудливые узоры на покрасневших ягодицах. Его движения сводили с ума, а контраст между ласками и жестокостью убивал.

— Я не уверена, сэр, — набрав в легкие побольше воздуха, словно в ледяную воду прыгнула.

— Хотите сказать, мисс Майорад, что в вас никогда не входили пальцы какого-нибудь развратного бабника? — брови Вейна поднялись вверх в издевательском жесте.

Мне натурально захотелось разрыдаться. Ну, почему тело так предавало меня? Почему я на это согласилась? О чем я только думала? Лучше бы он бросил меня в темницы и забыл там. Тогда бы у меня появился шанс выжить и сбежать из лап этого монстра в человеческом обличии.

— Нет, сэр, — кое-как смогла разлепить сведенные судорогой губы.

Его пальцы наискось скользнули к моим бедрам, пробегая по талии, и остановились совсем рядом с лобковыми волосами. Таз двигался против моей воли, возбуждение пыталось найти выход. Пылающее тело хотело большего, не прислушиваясь к голосу разума. Я чувствовала прохладное дуновение ветерка с балкона на своей влажной и теплой коже.

Он внимательно наблюдал за мной, оценивая реакцию и каждый вздох. Взгляд Дахара вспыхнул от вожделения, когда я выгнулась под его рукой, а ноги раздвинулись в откровенном призыве. Он задел самыми кончиками пальцев темные волоски, которые оказались уже мокрыми. Я вздрогнула, услышав, как кто-то сказал «пожалуйста», а затем в ужасе поняла, что это был мой собственный голос, молящий о большем.

В зеркале я четко видела, как на его скулах заиграли желваки, а ухмылка исчезла с лица. Вейн буравил взглядом мой затылок. Я только что умоляла его о большем! Его ищущие пальцы сдвинулись к маленькому бугорку. Непроизвольно снова раздвинула ноги, на сей раз еще шире, и он отчетливо услышал мое жалобное хныканье. Мужской палец отклонился в сторону, найдя чувствительный участок кожи там, где бедро встречалось с тазом, и ласково погладил мою горящую кожу.