Кларисса Рис – Крах фальшивых богов (страница 24)

— Я без камеры, обещаю никаких снимков, — тут же поднял руки наш гость.

— Подождите, несколько минут мне осталось только подвести губы, — крикнула из ванной комнаты Алексис.

— Не стоило так утруждаться ради меня, — мальчишка аж порозовел от неожиданности.

— Вы что предпочитаете вино, чай или кофе? — отыгрывая роль радушного хозяина пригласил его к столу.

— Пожалуй если не сложно, для начала кофе, а там видно будет, — туманно изрек собеседник, явно не желая раскрывать сразу все козыря.

— А что же вы еще не садитесь, — моя сожительница впорхнула в комнату, — ой, какая прелесть, это же из моей любимой кондитерской. Ну же, что все встали, словно на казнь собрались. Открываем вино, режим пироги и присаживаемся за стол.

— Не спорьте, это бесполезно, — печально вздохнув, с надрывом произнес я.

— Что вы, как я смею отказать в такой просьбе, — журналист мгновенно насторожился и цепко смотрела за всеми действиями Алексис.

— Вам, наверное, безумно интересно, что за такая скрытность и неожиданное приглашение в гости? — девушка ярко улыбнулась и выставила на стол заказанный ужин.

— Признаться честно, я до последнего думал, что ошибаюсь на ваш счет, — парень послушно взял в руки вилку и наколол овощи, пожаренные на гриле.

— Да будет вам, из этого никто и никогда не делал секрета, — немедленно отреагировала женщина. — Просто моему пока еще мужу, лучше не знать о моем точном месте проживания. Видите ли, мы и так уже прочувствовали всю полноту его заботы и любви.

— Проясните этот момент? — с любопытством смотрел на нас парень.

— Видите ли Золомей, по причине и обстоятельствам мне, к сожалению, неизвестным, удар по голове стер у меня огромный кусок жизни, — я пожал плечами и отпил из бокала. — Поэтому я и нашел столь интересный выход из сложившейся ситуации.

— У вас амнезия? — глаза журналиста расширились от удивления. — Полная или частичная? Нет, наверное, выборочная, раз она повлияла еще и на ваше поведение. Но как вы смогли скрывать нападение и это настолько долго?

— У меня генерализованная амнезия, — бросил я словно, что-то весьма очевидное. — Со мной остались только базовые навыки и знания. Остальное помахало ручкой. Врачи говорят случай тяжелый, повезло, что хотя бы настоящее не рассеивается и болезнь распространилась только на прошлые воспоминания, не затрагивая настоящее и будущее. Так что жить полноценной жизнью это не мешает, но вот собственного прошлого я совершенно не помню.

— Вы хотели встретиться со мной для того, чтобы поделиться этой информацией с миром? — настороженно протянул парнишка, словно пытаясь ухватить истину за ускользающий хвост.

— Увы, но не для этого, — отрицательно покачал я головой. — Боюсь проблемы начнутся колоссальные, если кто-то узнает о методах борьбы с любовниками. Так что этот вопрос мы опустим и сделаем вид, что никто и никогда его не задавал. Так каждому из нас будет спокойно и беззаботно и не придется в следующий раз соскребать собственные мозги с асфальта.

— Конечно, я все прекрасно понимаю и никогда не задавал вам подобных вопросов, — на лице собеседника мгновенно отразилось понимание всего сказанного. — Тогда позвольте узнать с какой целью вы сегодня пригласили меня.

— Я думала журналисты более сообразительные, — звонко фыркнула Алексис и запустила руки в корзинку со сладостями.

— Сейчас мне требуется помощь прессы в весьма любопытном ракурсе, я понимаю, что вы не можете самостоятельно принять подобное решение, но я вам обещаю, ваше издательство не пожалеет об этой сделке, — осторожно начал я приближаться к главной теме сегодняшнего ужина. — Обещаю дать вам несколько интервью и сенсаций в частном порядке, если вы сможете предоставить мне записи о последних пяти или десяти, сколько есть, годах моей жизни так, чтобы об этом никто не узнал. Надеюсь, ваш редактор готов обменять несколько файлов на вполне пригодный для заработка материал.

— Я думаю наш главный с радостью поможет вам в этом деле, — он ярко улыбнулся во все тридцать два зуба, — вы правы сам я не в праве решать такие вопросы, но один звонок может с легкостью решить эту проблему. Так что думаю мы договорились, и информация про ваше заболевание не выйдет за пределы этой квартиры. Обещаю, наше издательство прекрасно чует, откуда дует ветер.

— Раз с делами на сегодня покончено, предлагаю уже перейти к ужину и нормальной беседе, — Алексис улыбнулась и по второму кругу достала подогретый ужин из духовки.

Глава 36

Утро следующего дня наступило слишком неожиданно. Звонок представителя газеты показался чем-то нереальным. Ну не могли же они и в самом деле принять такое решение за те короткие часы, отведенные нам всем на сон. Я едва мог продрать слипающиеся от усталости глаза. Мы до начала третьего сидели и обсуждали что-то настолько незначительное, что этот разговор практически не отложился у меня в голове. А вот погружение шатающегося тела в транспортировочную карету для отправки по адресу проживания еще как. Такого цирка с клоунами я давно не припомню.

Журналисты, которые в порыве ревностного энтузиазма прыгали под окнами квартиры от шока даже замерли и круглыми глазами наблюдали за представлением. Букета цветов и корзины не наблюдалось в приделах досягаемости, так что вопросы у них только множились. Паренек, едва ли не клятвенно заверяя меня, что все будет организованно на высшем уровне никак не хотел от меня отлипать. Так что в четыре руки вместе с ночным извозчиком, мы едва упихали его в теплое нутро кареты.

После таких мероприятий половина дома таращилась в окно и сетовала на то, что я опять взялся за старое и начал устраивать из дома филиал ночного клуба. Конечно, репутация Димарида оставляла желать лучшего. Он на славу постарался ради того, чтобы окончательно превратить свое имя в образ полнейшего ничтожества, которое ничего не может, кроме как тратить родительские деньги и прожигать жизнь. Так что ночному спектаклю почти никто не удивился. Мне даже показалось что они с облегчением выдохнули, узрев отблески моего старого «я», которое неожиданно дало о себе знать таким образом.

Так что глаза я разлеплял с огромной неохотой. Но как бы я не пытался обратно заснуть, трясущая меня за руку девушка, мешала с неимоверной силой. Мне все же пришлось сесть и потянуться, пытаясь уловить, что же столь срочного она хочет мне рассказать. Поднять ни свет, ни заря настоящее кощунство, особенно после таких подвигов с моей стороны. Мне уже не двадцать лет, я старик на пенсии, дайте же выспаться по-человечески, а то в голове полный туман из неразберихи и вчерашних обрывков разговора ни о чем.

Только настойчивости моей сожительнице было не занимать, и я все же уставился более осознанным взглядом на лист бумаги, который болтался у меня перед носом. Свернутое и помятое послание от «Химора» я узнал практически сразу, как включился мозг. Вырвав из тонких пальцев изрядно скомканные инструкции, я постарался уже более внимательно вчитаться в написанные строки. Это могло дать нам очередную зацепку и возможность сыграть на опережение.

«Я и помыслить не мог о том, что человек, может не внемлешь милости божественной. Тебе уже должно быть известно, что бывает за ослушание. Так почему же я до сих пор слышу о том, что Алексис живет с мужем. Мне нужно чтобы ты немедленно уничтожил эту порочную связь. Никто не достоин быть рядом с таким человеком. Жалкий идиот потерял возможность удержать ее. Так надо было думать головой. Запереть ее в комнате с золотыми прутьями и не позволять покидать ее даже под страхом смерти. Бриллианты должны быть надежно спрятаны от жадных и грязных взглядов немытых свиней, которые порочат их чистоту.

Как тебе вообще могло прийти в голову выставить на всеобщее обозрение ваши отношения. Актриса, нанятая тобой, должна была отыгрывать роль святой, так нет же тебе этого показалось мало, и ты лично положил свои грязные лапы на божественную деву. Нет тебе прощения за этот проступок. Как только твоя роль в этом спектакле будет завершена я от тебя и мокрого места не оставлю. Ты посмел прикоснуться к моему драгоценному сокровищу и запятнать ее своим неуважением. Такого не должно было произойти!

Немедля передай мне Алексис и убейся сам, дабы не заставлять меня терять лишнее время и нервы на твою поимку. Я уже подготовил комнату, ей должно понравится. Там все из золота и розового шелка. К ее темной и холодной внешности будет идеально подходить. Девушка способная растопить лед пустынь, будет светить только для меня одного. Вы скот не должны даже думать в ее сторону. А тут оказывается, что она еще и спит с таким ничтожеством, как ты! Мало мне было ее идиота муженька, так теперь еще и ты.

Ты полностью потерял остатки моего доверия, так что с этого момента начинай замаливать свой грех перед господином. Я тот, кто займет престол архиепископа. Убить одного было непростой задачкой, а ты воспользовался моей добротой и вонзил нож в спину. Думаешь, мои люди не достанут тебя еще раз? Сомневаюсь, что хоть кто-то придет тебе на выручку в тот самый час, когда лимит моего золотого терпения перестанет считать.

Сегодня ты надеешься на толпу журналистов, которые считают, что милостью свое спасут тебя от моих кар. Но нет, ты слишком наивен и глуп для того, чтобы понимать весь масштаб игры. Это сражение между мной и Филураем, не лезь туда куда тебя никто не просит. Трофей уже почти у меня в руках, и никто не смеет отнимать мою законную добычу. Как только Алексис станет моей, я посажу ее на такой короткий поводок, что она даже вздохнуть без меня не посмеет. Это будет мой личный триумф и победа.