Клариса Фламель – Притчи (страница 8)

До слуха ветром донесло — «Иди, смотри» – звучала ода. Разверзлись тучи надо мной, Блеснула молний вспышка, И показался конь седой, На нем сидел мальчишка. В секунду оказавшись рядом Мор спрыгнул с жеребца скорей, И одарив серьезным взглядом Унес меня за семь морей. В том дивном саде очутившись Я изучал смертельный лик, И с участью своей смирившись Совсем от бед уже поник… Но всадник протянул мне руку, Возвысил в миг нас к небесам — Узрел я данную науку, Уверовал и чудесам. Я видел мир его глазами, Людей, что грешны в суете И упиваясь адскими грехами, Спасали жизни сами себе. – Добро ли это друг мой милый? Кто заслужил из них пощад? В них злости, варварства, насилий Поверь, на целый хватит ад… – Но ведь проучены уж вами, Так дайте им исправится теперь, Воспользоваться Божьими дарами Открыть другую, праведную дверь. Не слушал Всадник тех речей, И не взглянул он на меня ни разу, А произнес тихонечко «Убей» И вспыхнул мир, как по заказу. Я не нашел, что возразить ему, Но руку протянул мне Всадник снова: – Теперь начать придется одному, Тебе, посланнику Христову… Остался я среди полей, Почувствовав усталость и обиду, Сомкнул ресницы я своих очей, Не вспоминая больше эту битву.

Гордыня

Я жил всегда лишь для себя, своих целей, своего творчества. И ничто меня не касалось. Ничья судьба. Был только Я и никого больше…

Пришел час. И вот теперь, лишив себя жизни, Я предстал перед судом Господнем и должен покаяться во грехах своих, иначе пламенный ад поглотит мою душу.

Стоя среди зыбучих песков с одной стороны и дивного сада с другой, Я выбираю прекрасно цветущую яблоню и прохладный ручеек. Но только подумав об этом, узрел, как тот превратился в огненный дождь.

– Покайся! – Раздался голос, заставивший меня потерять равновесие и пасть на колени.

– Но в чем, – кричал Я в пустоту.

Ответом Мне стала гробовая тишина. Но, начав, Я не смог остановиться.

– Я прожил идеальную жизнь, ни разу не оступился. Но они, эти злые людишки, которые вечно недовольны собой, всегда принижали, оскорбляли, требовали и насмехались.

Они не признавали моих картин, разрывая полотна. Я не мог выносить подобных действий, а значит, спорил, доказывал и бросался в драку.

Они настаивали на том, чтобы Я менялся, и всегда учили, как надо. Но кто эти людишки такие, чтобы указывать Мне. Защищаясь, Я снова бросался в драку.

Я был великим художником, уникальным творцом и ждал одного – восхищения. Но вместо этого, они закидывали Меня оскорблениями.

Мне приходилось доказывать, спорить с толпой и идти по головам для того, чтобы возвыситься и получить заслуженную славу. Но ничего не получалось.

В один прекрасный миг Я сдался…

Моя голова опустилась, под ногами расступалась земля. Я утопал в жиже. Мгновенно поднявшись, Я бросился бежать, но зыбучие пески охватили всю территорию, поглощая Мое тело.

Я карабкался изо всех сил. И когда по пояс утонул, взмолился:

– Даруй мне прощение, Боже, рабу своему, тому, кто осознал свой грех…

– Каков твой грех? – Взвыл голос.

– Гордыня. – С трудом произнес в ответ.

В мгновение все испарилось. Я оказался на песчаном пляже у моря. Я лежал, принимая солнечные ванны, а надо мной кружили ласточки.

Впервые мне довелось познать истинное блаженство, коего ни разу не ощущал за все прожитые годы.

Не вам судить

Девочка проснулась, сощурилась на утреннее солнце и спрыгнула с кровати.

Ей было десять. Каждое утро она бежала в сад и собирала несколько маленьких букетиков.