Клара Рутт – Все дороги ведут… (страница 8)

一 Вот не смешно!

一 Какой вопрос, такой и ответ, 一 отозвался Андрей с наигранной обидой. 一 Довольны счетом?

一 А?

一 Ну, мы на футболе по-прежнему, вот и спрашиваю.

一 Ах, это…

На поле забегали маленькие человечки, и фанатские трибуны снова взорвались криками и топотом болельщиков. Я пожалела, что не там: казалось, здесь терялась вся атмосфера живого футбола, да еще и эти глупые шуточки через слово! Но подумать о своем “загаре” было бы действительно нелишним. Не хватало еще мучиться остаток отпуска с красной кожей!

一 Не знаю, я… случайно забрела сюда, 一 призналась я и, подперев щеки кулаками, принялась следить за мячом. 一 Я даже правил не знаю, но по реакции трибун можно все понять и без эксперта, и без переводчика.

一 Ха, точно! 一 Андрей отставил свой стакан и повторил мою позу. Теперь мы стояли, согнувшись, будто курили на балконе, и наблюдали за перемещениями на поле. Похоже, все шло спокойно, но, тем не менее, мужчина замолчал: видимо, все-таки переживал за исход матча. По итогам первого тайма “Ювентус” вел с преимуществом в один гол.

Так бы все спокойно и продолжалось (и меня это вполне устраивало!), но не позднее, чем через десять минут в ложу ворвался Виталик с криком:

一 Андрюха! Скорей! Ты не поверишь! Идем сюда!

Мы встрепенулись оба и уставились на будто бежавшего от толпы фанатов Виталика. Кстати, он купил три колы и три хот-дога, бросил их на стол и, не меняя округлившихся глаз, указывал на дверь и настаивал, что Андрей должен выйти.

一 Да не тупи, Андрюха! 一 Виталик схватил его за руку и потащил к входу, Андрей пришел в себя:

一 Да что стряслось-то?

一 Там Франческо Тотти! В соседней ложе!! Пойдем фоткаться?

Секунда 一 и лицо Андрея обрело налет недоверия вперемешку с умилением и восторгом: больше он не думал, вылетел пулей вслед за другом. Я закатила глаза, не понимая, в чем тут весь сыр-бор. Вот только через мгновение он вернулся и бескомпромиссно потащил меня с собой. И я почему-то не сопротивлялась.

Глава 5

Франческо Тотти смотрел через экран телефона беззастенчиво и искренне: будто знал меня всю жизнь или фоткался с первым фанатом за всю историю своей футбольной карьеры 一 таким теплым и притягательным казался мне его улыбчивый взгляд.

Я улыбнулась в ответ и перевернулась на спину. Ну что за день? Что за неподдельные эмоции! Я гуляла допоздна, как мечтала, позволила себе идти вопреки плану, в спонтанность, вернулась домой под ночь, и теперь от возбуждения сердце просилось вырваться наружу!

После матча я еще ненадолго задержалась с Андреем и Виталиком, мы обсудили прошедший матч и эмоции от встречи с великим нападающим, затем они отвели меня в салон связи и настояли оформить местную симку 一 интернет под рукой никогда не лишний, после чего посоветовали посетить еще пару нетуристических мест и отправились по своим, как они выразились, рабочим делам.

Ноги гудели. Пару раз я переклеивала лейкопластырь на пятках и мизинцах, но, в целом, это было терпимо. Пощипывало руку и левое бедро 一 кожа стала розовой, а при включенном свете зудела, как от иголок. Но по сравнению с впечатлениями за день, это были сущие пустяки.

Тем более, что я погасила все лампы и пошире открыла окно 一 впустила в комнату свежий ночной воздух. Дышалось легко и свободно; завернувшись в халат на голое тело, я неспешно потягивала вино и смотрела фотки с прошедшего дня. Невольно растягивалась в улыбке.

С улицы изредка доносились голоса случайных прохожих, но в целом было как-то на удивление тихо 一 район был новым и практически незастроенным, а рабочие уже ушли на отдых. В домах напротив окна сливались с темным покрывалом ночи, и я ощущала себя одной в незнакомом мире и наслаждалась новыми ощущениями: свободой, окрылением и откуда-то взявшейся внутренней силой. Я провела первый день в чужой стране! Одна! Шла куда хотела, поддавалась спонтанности и какому-то внутреннему голосу, который и вел меня по неизведанным местам.

И еще: я ни разу не вспомнила о муже.

一 Черт! 一 воскликнула я и с перепугу осушила бокал красного сухого. Отставила его на прикроватную тумбочку и, сгорбившись, снова полезла в телефон.

За вечер, по возвращению в квартиру, я разослала фотки всем, кого только вспомнила, 一 даже моя помощница Иринка не осталась обделенной двадцатью семью одинаковыми селфи 一 и вдруг поняла, что и Рома мне ничего не прислал.

Последним в нашем чате висел его вопрос о том, как я устроилась, и мне стало немного стыдно, что я его проигнорировала: а вдруг все-таки искренне интересовался? Вдруг переживал? Но с другой стороны, почему не написал снова? Не стал настаивать?

Чувство вины сменилось злостью: ах, так? Но быстро переросло в злорадство: я, а не он, сегодня воочию встретилась с Франческо Тотти 一 его футбольным кумиром! А на матч он сам отказался идти, когда мы только обсуждали эту возможность дома. Значит, сам виноват!

Недолго думая, я выслала ему эту фотку с подписью: “Привет с футбола!” и, гордая, вновь наполнила себе бокал. А пока нарезала кусочки “Камамбера”, в голову ударило дважды: никто из знакомых (в том числе общих!) и из родственников не спросил, а где же на фотках мой муж? Как будто это вполне себе в порядке вещей, что мы гуляем по отдельности даже в чужой стране.

Я вспыхнула внутри и яростно отпила из бокала. Терпкая жидкость обожгла горло и, казалось, отрезвила рассудок: почему я никогда не замечала этого раньше? Ведь в прежних поездках мы никогда не фотографировались вместе, а просьбы сфотографировать меня воспринимались в штыки, и в какой-то момент я перестала просить: обходилась селфи на скорую руку. И продолжала мечтать о шикарных фото из отпуска, как в журнале.

А сейчас схватила телефон и уставилась на отправленное сообщение. Тарелка с сыром пустела, вино убавлялось, а две серые галочки ни в какую не превращались в синие. “Вот он там сейчас наслаждается! 一 подумала я. 一 Никто не дергает, никого не нужно ждать по целых три минуты у достопримечательностей, и, слава богам, не фоткать!”

А потом добавила вслух со злорадством:

一 Ну зато и ответственность не переложить! Если ушел не в ту степь, сам выбирайся!

Эта последняя мысль меня развеселила, и я допила очередной бокал. А потом заметила, как галочки стали цветными.

Я тут же отставила бокал и замерла в ожидании ответа: как ребенок ждет похвалы за новую выдумку или одобрение за удачный ход. Похвалы не последовало. Появился лишь значок большого пальца вверх под фотографией, а затем муж пропал из сети.

一 Офигеть! 一 вспыхнула я, не переставая пялиться в телефон. 一 И это все?

Ни звонка, ни сообщения не последовало тоже. Я вскочила и принялась наматывать круги по комнате. Если бы не ночь, я бы наверное сорвалась и ринулась прямиком на адрес первой арендованной квартиры 一 проверять, все ли в порядке с муженьком. Ладно 一 на меня! Но на Тотти он должен был среагировать!

А потом встала как вкопанная: а что мне мешает сделать это завтра с утра?

***

С утра я бежала как не своя по улицам Рима и силой воли заставляла себя не останавливаться на каждом шагу, чтобы рассмотреть очередной архитектурный ансамбль. Но слово дала 一 значит, надо выполнять. В конце концов, я должна проверить, где, что и с кем делает сейчас мой муж.

О том, что я сама придумала правила игры, а они предусматривают находиться друг от друга подальше и наслаждаться одиночеством, я вспомнила только когда остановилась на расстоянии двух домов от предполагаемого адреса. И главное 一 как это будет выглядеть? Я заявлюсь к нему с претензией на молчаливый смайлик?!

一 Нелогично, 一 пробормотала я и встала под тень дома, пропуская группу туристов. Уличный музыкант в смешной бандане напротив меня ударил по струнам и запел что-то из Эроса Рамазотти. Я задержалась на месте, сначала уговаривая себя, что это могла быть моя любимая песня, а спустя еще две 一 что этот парень действительно круто поет, и я могла в самом деле мчаться с самого утра на его выступление.

Музыкант старательно пропевал все верхние ноты и улыбался так очаровательно, что я ловила мурашки и представляла, что все эти песни о любви для меня одной. Несмотря на то, что почти сразу вокруг него начал толпиться народ.

Я застыла в разрозненных чувствах. По сути, сейчас я металась между двух огней: впереди был муж, к которому я так бежала, а передо мной совершенно не знакомый, но до того манящий своим голосом и итальянским колоритом музыкант. Который в данный момент, по большому счету, выполнял роль индикатора: определить, что для меня важнее.

За три романтические песни я раз пятнадцать прогнала перед глазами момент нашей будущей встречи: как Рома удивится, что скажет, пригласит войти. Я буду разглядывать квартиру, восхищаться простотой и стилем, а еще, конечно же, ругаться на беспорядок. В мыслях это выглядело забавно, но фактически брошенный по центру комнаты чемодан мог вывести меня из себя.

Я потопталась на месте половину четвертой песни, но затем взыграло любопытство. Оставив уличному Рамазотти пять евро, я нерешительно двинулась дальше. Навигатор показывал, что я где-то совсем близко, и сердце в груди принялось неистово колотиться: будто я осознанно шла на преступление, но своей медлительностью оставляла жертве последний шанс скрыться.

Но спустя минуту пожалела об этом. “Жертва” действительно скрылась прямо у меня перед носом.