Клара Конти – Мой единственный грех (страница 6)
– Какого хрена ты напялила это платье? Меня позлить?
– Что с ним не так? – я сглотнула комок в горле. – Обычное домашнее…
Я знала к чему он клонил. И почему так разнервничался. Но подожгла несуществующую смелость и ринулась в бой.
Деметрис сорвал рукавчики с моих плеч, и невесомая ткань скользнула к локтям. До бесстыжего падения в пропасть меня отделяли торчащие соски, на которых задержалась тоненькая кромка выреза. Я попыталась исправить ситуацию, но Деметрис шлепнул меня по рукам и дернул платье вниз.
Беспомощная, безоружная, шокированная.
Я едва дышала перед ним.
Он обвел дьявольским взором мои груди, живот и отошел. Снял с себя рубашку и укутал меня в нее.
– Сейчас поднимешься наверх, найдешь в своем чертовом гардеробе скромное платьице, соберешь волосы и только тогда спустишься ко мне и моим приятелям. Поняла?
– Деметрис, я…
Он ударил кулаком по стене в опасной близости от моей головы.
– Такую тебя, – костяшками очертил мой сосок, – должен видеть лишь я. И желать тоже. Даю тебе десять минут на преображение.
Холод пронёсся по моим венам и собрался в позвоночнике. Я превратилась в ледяную скульптуру. А Деметрис плавил меня. Взглядом, дыханием, голосом. Мокрая лужица под ногами становилась все больше и полноводнее.
Когда он оттолкнулся и направился в гостиную, мне понадобились доли секунд, чтобы вбежать по лестнице и скрыться в гардеробной комнате в абсолютной темноте.
На выключатель я не решалась нажать еще очень долго. Да и пальцы не слушались. Я постоянно разминала их и растирала до красноты.
Нынешняя память воспроизвела угрозу Деметриса более чем отчетливо. И я покрылась абьюзивными мурашками. Они, как и босс Черной сотни необузданные и непокорные. Правила им по барабану.
Что же…
Я зажгла свет и выдохнула.
Обреченно оглядела многочисленные вешалки и стеллажи, и прокляла каждый миг, проведенный в браке с Каном. Я ничего не помнила, но я прекрасно чувствовала. И сейчас мне показалось, будто я в аду, а вокруг полыхающие разрушенные здания. Как в фильме «Константин» с Киану Ривзом в главной роли.
Выбрав строгий черный наряд и туфли на элегантной золотой шпильке, я подошла к зеркалу и скрутила волосы в тугой пучок. Закрепила его изумительной шпилькой с россыпью изумрудов. Теперь я точно удовлетворю представления Костаса о жене мафиози.
Спустившись неспеша, я помедлила перед тем, как показаться мужчинам. Не нарочно увязла в тени и услышала:
– Мия Огнева скоро окончит полицейскую академию и вернется в Хезельберг. По моим сведениям, она собралась навести порядок на полуострове.
Артур взболтал виски в стакане. Я увидела янтарный отблеск на стене над камином.
– Еще одна глупая сучка с ментовскими корочками. – Усмехнулся Деметрис и вразвалочку подошел к столу с напитками. Взял всю бутылку «Макеллана» и растворился в слепой для меня зоне.
– Она не проблема. Как и все те, кто был до нее. – Тим закинул ногу на ногу, согнув ее в колене.
Я бы хотела увидеть больше, но это означало выйти из сумрака и навлечь на себя гнев Деметриса.
– На последнем совете мы вроде обсудили предстоящие сложности. И Мию Огневу в том числе. Кодона обещал принять непосильное участие в ее устранении.
У меня в груди все перевернулось от речи Артура. И меня до чертиков взбесила бесовская усмешка Деметриса, ставшая точкой в этой ужасной беседе. Он поддерживал их. Не только метафорически. Но и в прямом смысле.
Я с горем пополам вдохнула.
Мие грозила опасность…
Моргнула, желая прогнать черную пелену.
– Решила окончательно вывести меня из себя.
Я охнула при взгляде на Деметриса. Он находился прямо передо мной. От него несло апельсином, ванилью и вроде как имбирем. Характерный аромат для восемнадцатилетнего шотландского виски. А вот что разительно отличалось и приводило в ступор, так это чувство, что я жертва маньяка. Дымчатые глаза Кана светились кровожадным пламенем…
ГЛАВА 5
Он призвал охранника с ужасным шрамом на щеке и тот потащил меня в сторону кухни. Я подвернула ногу и сломала изящный каблук.
– Отпусти меня, вонючий боров!
Закричала я, когда молчаливый мужчина крепче сжал свои пальцы на моем предплечье. От неистовой боли перед глазами заискрило.
– Ай! – я влепилась ребрами в кухонный остров и удержалась только благодаря Нине, которая возникла из ниоткуда. Она же, выпроводила сволочь прочь и предложила мне стакан холодной воды. Я отрицательно помотала головой и растерла место ушиба.
– Тебе не стоило показываться на глаза боссу после вечера покера. Он всегда приезжает оттуда злой и взвинченный.
– Откуда мне было знать про покер.
Прошипела сквозь зубы и нагнулась, чтобы снять туфли. Уже вторую пару обуви за несколько часов теряю.
– Слушай, я все понимаю, у тебя проблемы с памятью и всё такое, но, – Нина почесала затылок, – элементарные нормы поведения же существуют. Ты же выросла среди таких как босс.
– Похоже, ты больше знаешь о моей жизни, чем я сама.
Я скривилась, когда услышала умозаключение своего телохранителя.
– Работа и не более того. Босс предоставляет досье, я зубрю каждую строчку.
– Круто…
Выдохнула я и переместилась к холодильнику за пакетом льда. Достав его, приложила к боку и на секундочку закатила глаза.
Из гостиной донесся мужской смех и пошлые шуточки из уст Артура. Там явно царило веселье. А я всего лишь вещица из богатой коллекции сурового главы клана. И должна запомнить простые правила и команды.
Вроде: не высовываться по пятницам из спальни, не мельтешить в соблазнительных нарядах перед гостями и не…
Парадная дверь хлопнула.
Нина подошла к окну и поглядела во двор.
– Ушли. Можно расслабиться.
– И часто мой муж вот так уходит?
Я перевернула ледяной пакет и растянула губы в ниточку от новой волны холода, пробежавшей по телу.
– Почти каждый день. Неспокойно сейчас в Даркхилле. Да и в... Мелите, и Хезельберге тоже.
Мужиковатая надзирательница обернулась. Оглядела меня не заинтересованным, а скорее заинтригованным взглядом и добавила:
– Тебе лучше принять горячую ванну, натереться обезболивающей мазью и лечь спать. Могу помочь?
Выгнула одну темную бровь.
– Спасибо, я справлюсь.
С треском припечатала пакет с кубиками льда к мраморной столешнице и поплелась в заполненный тьмой холл. Заметила на низеньком столике в гостиной три пустых бокала из–под виски и одну бутылку. Сердце ёкнуло.
Деметрис много выпил. И пускай внешне это сложно было понять, но внутренне…
Когда мой отец прикладывался к алкоголю всегда случались непредвиденные ситуации. Очень жестокие и бесконтрольные.
Однажды я застала его с пистолетом, направленным в голову молодой девушки. Она плакала, просила пощадить ее. Но папа выстрелил. Брызги крови веером окатили землю и носки его лакированных туфель. Ничего не сказав, он засунул пистолет в кобуру под пиджаком, кивнул своим парням и сел в машину.
Я наблюдала, как он уезжал, а его подчиненные загружали тело в багажник, смеясь над маленькой грудью покойницы.
Встряхнувшись, я быстро поднялась по лестнице, но по ошибке свернула не в ту сторону. В этом крыле дома было слишком темно и тоскливо. Будто ангел смерти посеял здесь свое зерно.