Клара Колибри – Все началось со лжи (страница 42)

Я стала лихорадочно вспоминать, закрыла ее перед тем, как лечь в постель, или оставила незапертой. Отчего-то это было очень важно для меня. Но до конца себя не понимала, что хотела, а что нет. Мысли скакали в голове, как упругие мячики при соприкосновении с твердой преградой. Только и успела, что обозвать себя «дурой» и натянуть одеяло до самых глаз, когда дверь тихо приоткрылась и в проеме показался силуэт Виталия.

В следующий момент случился настоящий переполох. Все ожило, как только раздался собачий визг. С рук мужа вырвался и прыгнул на пол, не дожидаясь, когда его опустят пониже, мой Ричард. Он помчался ко мне, стуча коготками по дереву пола, а я вскочила из-под одеяла и устремилась навстречу ему. Мы достигли друг друга рядом с кроватью и так и повалились на нее в радости и суматохе. Когда наши страсти немного улеглись, и я смогла перевести дух и осмотреться, то мужа в комнате не было, а дверь закрыта. Мне кажется, что немного огорчилась из-за этого. Но это было совсем чуть-чуть и ненадолго.

Я и пес не могли нарадоваться, что снова были вместе. Нашим ласкам не было конца. Еще мы непрестанно что-то говорили друг другу. Я рассказывала ему, как скучала без него, как надеялась снова увидеться, и как теперь счастлива, что это, наконец, удалось. Он повизгивал от восторга и даже изредка тихо потявкивал, как бы говоря мне, что тоже очень рад и ни за что больше меня не покинет. Уснули мы с ним только через час, приятно утомленные от общения. Ричард пристроился рядом со мной в кровати. Прижался к моему боку, спал и посапывал. Я обнимала его за шелковисто гладкий бочок и прижимала теплое тельце к себе.

Сквозь утренний сон, мне послышался звук заведенной машины. Решила встать и выйти проводить Виталия на работу. А там, может, как и смогла бы поблагодарить за то, что привез мне Ричарда. У меня было какое-то странное чувство перед ним, робости, что ли. Не могла понять. Только к решению озвучить мою благодарность ему никак не подбирались нужные слова. Я нервничала и спешно затягивала пояс на халате, когда спускалась к нему вниз, только, как оказалось, все было напрасно. Виталий уже уехал. Когда я вышла во двор, тот уже был пуст. Я решила не огорчаться, а подготовиться к его приезду, и тогда уже точно подобрать нужные слова для объяснения своей благодарности. Только вечер принес новые тревоги, и совсем не получилось нам поговорить.

Муж не приехал ночевать. Это было впервые. Все, то время, как стали жить в этом доме, распорядок был простым и не нарушался. Исключением были последние два дня, когда Виталий приехал очень поздно. В эту ночь он не вернулся с работы совсем. Я испугалась. Не знаю чего. Просто четко поняла, что в душе поселился страх. Он выражался дрожью внутри меня, холодом в душе и в конечностях, постоянной тревогой в мыслях. Мое состояние передалось Ричарду, или он сам почувствовал, что-то похожее на мои ощущения, но пес тоже выглядел настороженным. После одиннадцати уже не могли с ним думать ни о чем, кроме как ждали, когда к дому подъедет машина.

Мы уселись на диване в гостиной. Прижались друг к другу и чутко прислушивались к любому звуку со двора или с улицы. Только ожидания наши были напрасными. После двух часов ночи, а на больший срок муж еще не задерживался, мы с Ричардом определенно походили на двух заброшенных сирот, не ждущих от жизни ничего хорошего. Не знаю, как пес, а я помолилась господу, чтобы с Виталием не случилось ничего плохого. От переживаний на меня накатила какая-то слабость, я привалилась к спинке дивана, обхватила себя за плечи и отрешенно закрыла глаза. Ричард выглядел не лучше, прижался к моему бедру, вытянулся вдоль него, положил мордочку на лапы и грустно посматривал в какую-то одну точку.

Не помню, как и когда заснули. Но проснулась я в положении полулежа на том же диване: ноги свесились на пол, а сама растянулась в очень неудобной позе на сиденье дивана. Разбудил меня Ричард. Он вертелся и прыгал перед самым лицом, тявкал и указывал носом на двор за окном. Я привстала на руках, поохала от ломоты в мышцах, села и протерла со сна глаза. Только потом поняла, отчего он лаял: за стеклом работал двигатель машины. Этот звук меня здорово взбодрил. Я вскочила и заспешила подойти к окну, чтобы рассмотреть, что там происходило.

Только я ничего не увидела. Да, во дворе стояла машина Виталия, ее движок работал, самого его не заметила. Может быть оттого, что уже зашел в дом. Только тогда отчего не выключил мотор? Я понимала, что мои тревоги не улеглись, а даже усилились.

— Тихо, пес, сейчас во всем разберемся, — только и успела это произнести, как на пороге появился муж.

— Привет, — поздоровался и прямиком пошел в мою комнату. — Собирайся и быстро. Мы уезжаем. Вернее, ты. Я только отвезу тебя и сразу же вернусь сюда. Что ты стоишь? У нас мало времени. Надо спешить.

— Что случилось? — мои ноги, как приросли к полу. — И куда ты меня отвезешь?

— Все нормально, не беспокойся. Что ты так испугалась, Саша? А место, куда тебя доставлю, и вовсе должно привести тебя в восторг. — Он протянул ко мне руку, чтобы заставить уже пошевелиться и сдвинуться с места.

— Что ты такое говоришь? Я тебя совсем не понимаю, Виталий.

— Ты едешь в свой дом на берегу моря. Я успел взглянуть на прогноз погоды, так там еще вполне летние деньки стоят. Сможешь понежиться на солнце.

— Скажи мне, что случилось? — попыталась я остановиться и поговорить.

— Некогда, Саша. Все вопросы задашь в машине, — не дал он мне встать на месте и подтолкнул в направлении комнаты. — Быстро собирайся. На сборы у тебя с полчаса, не больше.

— Кто это сказал?

— Я! — рявкнул он в своей манере, не желая и дальше тратить время на разговоры. — Живо, сказал!

В машине поговорить не удалось тоже, хоть времени на это было в избытке. Оказалось, что с нами ехал Алексей, водитель Виталия, и его жена. Муж сказал, что я стану жить в их компании. Сам он меня проводит до самого дома, а потом вернется на этой же машине назад. А мы останемся. Алексей станет заботиться о доме и моей охране, а его супруга возьмет на себя хлопоты о нашем питании. Я недоумевала, зачем это было надо. Ведь, и

сама неплохо могла о себе позаботиться, как это и было раньше, а готовила лучше многих хозяек, и муж об этом отлично знал.

Задавать вопросы при посторонних мне не хотелось. Поэтому я предпочла запастись терпением и ехать молча, а выяснить все непонятное решила уже, когда добрались бы до дома. В пути все больше дремала, постаравшись устроиться у Виталия на плече. Еще по нам постоянно ползал Ричард, не находя себе удобного места. Кода достигли намеченной цели, из машины выбирались уставшие и помятые. Но настроение было вполне оптимистичное. Разве только Виталий все продолжал хмуриться, единственный из нас.

— Какое красивое место! — ахнула Галина, жена Алексея, восторженно обводя глазами улицу, забор, открытые ворота и вид за ними.

Ее отзыв о моем жилище пришелся мне по душе, в груди разлилось приятное тепло, и я на некоторое время забыла даже, в какой спешке мы покинули предыдущий дом и страх от неопределенности своего положения.

— Пошли со мной, Саша, нам надо поговорить. Проходи в дом. Терраса второго этажа вполне нам подойдет, но можно и в комнате побеседовать. Как ты думаешь?

— Ты так спешишь? Разве, сначала не следует заняться вещами?

— Это подождет. Потом. Сама все сделаешь, а Галина тебе поможет. Мне надо возвращаться. Я же тебе говорил, что не задержусь, только провожу до места.

— Но отдохнуть и…

— Нет. Не получится. Пошли в дом, Саша.

Мы прошли на открытую террасу, с которой открывался волшебный вид на море. Только в тот момент до красот природы не было дела ни ему, ни мне. Сели в кресла напротив друг друга и сначала немного помолчали.

— Ты готова меня выслушать? — Виталий первым нарушил тишину.

— Конечно. — Положила я руки на колени и настроилась на любые известия, даже самые неприятные.

— Ты станешь здесь жить столько, сколько понадобится для дела. Изоляция от окружающей жизни будет прежней. Только теперь и от тебя потребуется дисциплина и осторожность. Здесь, к сожалению, нет такого высокого и неприступного забора, как в моем загородном доме, да и с моря дом вполне можно рассмотреть. И это плохо. Я попрошу тебя больше времени проводить внутри дома, ну, иногда можешь гулять в саду, только очень осторожно, чтобы тебя не заметили со стороны. Обещай мне, что так и сделаешь.

— Мне совсем сделалось не по себе. А еще, понятнее не стало, отчего мы спешно покинули тот дом и перебрались сюда.

— Ты в опасности, Саша. Не хотел тебя пугать, но сказать это все же должен. Только не бойся, Алексей станет тебя охранять. Он очень опытный охранник, поверь мне. И твое быстрое переселение должно сработать в нашу пользу. Я, по крайней мере, на это надеюсь. Дом оформлен теперь на него. Получается, как если бы ты его продала. И если не высунешься на люди, то никто не заподозрит твоего в нем присутствия. Я предусмотрел многое, но и от тебя будет зависеть немало. Дай мне слово, что сделаешь все, как я прошу. Жить станешь здесь скрытно и осторожно. Разума тебе не занимать, так что все обойдется.

— Я уяснила, что мне следует делать, но так и не поняла почему, при всей моей хваленой разумности. Скажи, кто мой враг?