Клара Флэйм – Блэксайд. Ты меня не отпустишь (страница 2)
– Бальтазар, позвони доктору Робертсу. Пусть приедет к нам и осмотрит Амалию. – Крестный взял в ладони мое лицо и заглянул в глаза. – Я хочу, чтобы ты знала: ты не одна. И никогда не будешь. Мы рядом и сделаем все, что нужно. – Я лишь кивнула в ответ. – А теперь поезжай, милая, и ни о чем не беспокойся.
Глава 2.
Ама
Мы ехали в машине База в полной тишине. Он изредка отвлекался от дороги и бросал в мою сторону обеспокоенные взгляды. Я видела это в отражении пассажирского окна, в которое смотрела на мелькающий за ним темный пейзаж.
Середина января, а снег так и не выпал. Хотя это неудивительно. Снег в Атланте редкость. Джорджия вообще не отличалась суровым климатом. Поэтому стойкий белый зимний покров можно было увидеть только в северных округах штата. Мы же находились в центральной его части. Но бывало, и здесь улицы становились припорошенными снегом толщиной примерно в дюйм, который надолго не задерживался.
Когда Баз в очередной раз бросил на меня взгляд, я не выдержала.
– Что? – искоса посмотрела на него, обхватывая себя руками. Меня лихорадило. Я едва сдерживалась, чтоб не трястись, как пожухлый лист на ледяном ветру.
Мужчина прищурился.
– Почему ты сказала, что убила своих родителей?
Рот скривился, от мгновенно образовавшейся горчи в нем. Я с трудом проглотила комок в воспаленном горле, и прикусила губу до отрезвляющей меня боли.
– Они оказались там из-за меня, – я снова уставилась в окно. – Мы должны были ехать вместе, но я заболела.
– Что ты имеешь в виду? – непонимающе спросил Баз.
– Я силой выпихнула их из дома, когда они хотели остаться рядом! – вскрикнула я и тут же схватилась за горло, по которому будто прошлись несколько скальпелей одновременно. Закашлялась.
– У тебя температура и ты бредишь! – громко сказал Баз. Он протянул руку и ощупал мой лоб. – Если бы вы поехали вместе, вы бы все погибли, – тихо добавил он.
– Если бы они остались, мы все были бы живы, – пробормотала я под нос и замолчала.
В салоне автомобиля снова повисла тишина. Баз то и дело напряженно поглядывал на часы. Осторожно покосившись на меня, он взял в руку телефон и будто нехотя набрал в нем номер. Я делала вид, что меня не волновало, чем он занят, но при этом прислушивалась и разглядывала мужчину все в том же отражении окна.
– Привет, – тихо произнес он. – Прости, но сегодня не получится. Нет. У меня дела. Не знаю. Скорее всего, останусь на ночь у родителей.
На несколько секунд Баз замолчал, и я заметила, как его лицо приобрело суровый, угловатый вид. Я даже поежилась и потерла себя руками, так неуютно стало рядом с этим мужчиной.
– Не зли меня, Ванесса, – слова прозвучали резко и угрожающе. А потом очень тихо, но жестко: – Я скажу, когда ты мне понадобишься.
Бальтазар сбросил вызов и швырнул телефон на приборную панель. Стиснул зубы и, не обращая внимания на меня, включил музыку. Громко.
Я повернула голову и посмотрела на хмурое лицо Блэксайда. И на меня накатило раздражение. Я ненавидела Ванессу Холден. Потому что ей достался тот, кого я любила всю свою жизнь, с самого раннего детства. Тот, кто в свою очередь считал меня лишь глупой младшей сестрой. Такой же, как и Ливи.
Я выключила музыку, которая вынудила мою голову болеть еще сильнее.
– В чем дело, Ама? – Баз выгнул бровь в своей фирменной манере. Жест на грани удивления и злости.
– Не обязательно выполнять все указания отца! – я злилась.
– О чем это ты?
– Я не маленькая! Я могу позаботиться о себе сама!
– Хм! Я все еще не понимаю?
– Можешь вызывать мне такси и отправляться в объятия своей ненаглядной невесты!
От удивления брови База поползли вверх, а челюсть хоть и слегка, но отвисла. Но лишь на мгновение. А потом раздался его хриплый смех, который вызвал целую волну мурашек по всему моему телу. Боже, как я скучала по нему!
– У маленькой нежной Амалии прорезался голосок? – усмехнулся Баз.
– Было бы неплохо, если б и у тебя прорезался, – съехидничала я в ответ. – Хоть бы раз сделал свой собственный выбор! – Улыбка мгновенно стерлась с лица Блэксайда.
Я чувствовала, как мои щеки пылали под свирепым взглядом База. Но мужчина ничего не говорил. Он умел держать себя в руках.
– Тебе не нравится твоя работа. И ты…
Машина резко остановилась, когда Бальтазар ударил по тормозам. Его взгляд был направлен перед собой. Он часто дышал, сведя челюсти до предела. До зубного скрежета. А я вдруг начала плакать. Зачем я так сказала? Я не должна была. Со мной явно было что-то не так. Сегодня я потеряла родителей. Я должна была плакать из-за них. А не из-за ревности к какой-то противной Ванессе Холден.
– Прости, – всхлипнула я. Утерла нос, щеки. – Сама не знаю что несу. – Голос сипел, периодически пропадая, от чего речь получалась невнятной.
Баз вдруг притянул меня в свои объятия. Погладил большими ладонями по спине, по голове.
– Ничего, малышка, ничего. Ты просто расстроена.
Его голос звучал тихо, мягко, обволакивающе. От этого слезы еще больше лились из глаз. Я больше не могла их сдерживать и начала рыдать в голос, не смотря на то, что с силой вгрызлась зубами в ткань пиджака на плече мужчины. Ему наверняка было больно, но он терпел и продолжал меня утешать.
– Их больше нет, Баз. Я осталась совсем одна, – хрипела я сквозь слезы, ослабляя свою хватку.
– Ну, что ты такое говоришь, – он взял в ладони мое лицо. Разглядел все его черточки. Поцеловал щеки, нос, лоб. – Мы тебя никогда не оставим. Я тебя не оставлю.
Вдруг Баз замер, глядя на мои воспаленные, потрескавшиеся из-за болезни губы. И мое дыхание тоже замерло вместе с ним. Сглотнув, он снова поцеловал меня…в лоб.
– Ты чертовски горячая. Мне это не нравится.
Бальтазар быстро отстранился, снова завел машину и развернулся в обратную, от виллы Блэксайдов, сторону.
– Что ты делаешь?
– Везу тебя в больницу.
– А как же доктор Робертс?
– Ты серьезно? – Баз засмеялся. Уже во второй раз за вечер. Щедро с его стороны. – Хочешь, чтобы тебя лечили отваром ромашки? И прикладывали холодный компресс от температуры? Свято веря в то, что это лучшее средство от простуды?
Неожиданно для себя, я тоже начала хихикать. Да. Доктор Робертс был именно таким целителем. Травник, гомеопат. Все в таком духе. На самом деле, Баз был прав. Странно, что наши родители доверяли этому…
– Да, он же чистой воды шарлатан, – улыбается Баз, заканчивая за меня мою мысль. – Отец не в себе, если доверяет ему.
– Помнишь, как ты получил травму на тренировке, а доктор Бобби вместо того, чтобы назначить рентген просто намазал больное место какой-то мазью? – я уже покатывалась со смеху, когда перед глазами возникла картинка из памяти: шокированное от действий доктора лицо База.
– Да. Помню, как твоя мама покрутила у виска пальцем, а потом отвезла меня к настоящему доку.
– Да, – я опустила взгляд на руки. – Она всегда была самой разумной в нашей семейке. – Слезы снова катились по моим щекам, задевая приподнятые в улыбке уголки губ.
– Мне будет ее не хватать, – прочистив горло, сказал Баз, пряча от меня свои глаза.
Я лишь кивнула, принимая его соболезнования. И погрузилась в свои далеко нерадостные мысли о ближайшем будущем. Блэксайд больше не тревожил меня пустыми разговорами.
Глава 3. Баз
Я остановил машину на стоянке возле частной клиники недалеко от моей квартиры в самом центе Атланты. Посмотрел на Аму. Девушка выглядела недовольной. Она морщила свой маленький носик, как в детстве, когда ей что-то приходилось делать против собственной воли.
– Не понимаю, зачем нам это. Все лекарства у меня с собой. Между прочим, ты собственноручно швырнул их в сумку, – ее голос сиплый, уставший, но при этом твердый.
Набрав полную грудь воздуха, я медленно его выдохнул, успокаивая себя. Сегодня я чертовски раздражен. Наша семья три дня жила в страхе и напряжении, ожидая худших новостей, которые в итоге мы и получили. Случившаяся трагедия подкосила всех нас. Мама впала в жуткую депрессию, следствием которой стала затяжная мигрень. Отец сам на себя не был похож. Он стал слишком тихим, что пугало меня до чертиков, и я не знал, как вести себя с ним. Потому и выполнял все его приказы без промедления, а вовсе не потому, что являлся его послушным щенком. Здесь Ама ошиблась. Я давно уже не подросток и мое мнение имело вес во всех принимаемых решениях не только нашей семьи, но и компании.
Я снова бросил беглый взгляд на девушку, и мое сердце чуть не разорвалось от боли и горечи.
– Ты мне не нравишься, – слова сорвались с губ сами по себе.
Ама замерла и медленно перевела взгляд с раздвижных стеклянных дверей клиники на меня.
– Приятно слышать, – ее губы искривились в ехидной усмешке. – Ты мне тоже.
– Не передергивай. Я имел в виду, мне не нравится твое состояние. И я считаю разумным показать тебя нормальному врачу.
– Ага, – Скай выскочила из машины и с силой хлопнула дверью, а я сделал еще один глубокий вдох.