kkkkkkkkkkkkk – es-kjgdsswwse (страница 9)
Я собирался отключить чувства и воспринимать ее, как одну из девиц, с которыми хорошо проводил время. Черт! Да, я ни к одной из них ничего не ощущал, кроме желания трахнуть и смыться, но сейчас было что-то другое.
И это что-то полностью отключает контроль!
Еще немного и я бы стянул с нее проклятую футболку и облегающие штаны, но не потому, что хотел поиметь, а хотел сделать ей приятно.
Эта мысль промелькнула почти незаметно, но я поймал ее и теперь думаю, как превратить подростка в женщину, не прикасаясь к ней по-настоящему. Потому что знаю – в другой раз не смогу устоять и, скорее всего, попаду туда, откуда бежал всю свою жизнь – в сети серьезных отношений, ревности и прочей дряни.
Заткнись, Эван, и думай.
Прогулки до утра, поездки на яхте, клубы и вечеринки – весь этот жалкий набор не сработает, если я не возьму себя в руки. Да, еще эта тварь – Уолдер сидит на хвосте! Мне повезет, если я не рехнусь от напряжения!
Но с первой встречи меня так тянет к Вив, что это может превратиться в манию!
Она стоит на другой стороне и делает вид, что смотрит на закат, а на деле, уверен, считает меня трусом.
Еще бы! Она точно ожидала другого от такого падонка, как я!
Пусть так. Но я вовремя понял, что влип, а значит, есть шанс, что я не успею привязаться. Я должен вернуть ее домой, но сам, а не через продажную подружку, и сделаю это. А потом свалю, как и хотел. Это лучше той судьбы, что ее ждет со мной.
Мы не можем быть вместе, и точка! Это только игра, и пусть она останется ею.
Глава 8
Поприветствовав швейцара, что услужливо открывает двери почетному гостю, Джон пересекает широкий зал и входит в роскошную комнату, обставленную мебелью из красного дерева.
На одном из мягких кресел у камина его ожидает Кларк Уолдер и напряженно держит сигару, понимая, что давний друг позвал его сюда не ради отдыха.
– Кларк, – говорит Джон и протягивает руку. – Прошу прощение за опоздание.
– Ничего, я приехал недавно, – оправдывается тот, привстав перед гостем. – Итак, ты сказал, что Макс опять что-то натворил. В чем дело?
– Мы с тобой прошли долгий путь, прежде чем обзавестись семьями и начать новую жизнь, – продолжает Джон, садится на соседнее кресло и берет со столика бокал красного вина, – потому я не был против развлечений Макса все это время.
– Кто здесь без греха, – усмехается тот.
– Конечно, но, похоже, ситуация вышла из-под контроля, – спокойно говорит Джон и делает глоток. – Около недели назад я встретился с Луисом. Мы договорились, что он будет приглядывать за Максом после той истории на вечеринке у Миллера. И новости не порадовали меня.
– Говори же, черт подери, что произошло? – вскрикивает от нетерпения друг.
– Твой сын пытается сорвать нашу договоренность о его браке с Вивьен.
– Каким образом?
– Он предложил своему партнеру Эвану Миллеру соблазнить ее, чтобы получить доказательства их связи, а затем предать огласке.
– Вот же неблагодарный мерзавец! – в ярости произносит Кларк и тушит сигару. – Но мы быстро заткнули бы рот этим писакам. В чем проблема?
– Когда Эван отказался, Макс перешел к угрозам жизни и здоровью моей дочери. Я не верю, что он исполнит их, но сам факт заставляет меня задуматься…
– Боже, прости, Джон, – вскочив с кресла, оправдывается Кларк и начинает ходить по комнате. – Этот мозгляк всегда делал что хотел и никого не слушал. Но я найду, как приструнить его.
– Постарайся. Свадьба через месяц, а Макс все еще спит с этой Тиной Бенкс. Уверен, что без ее чуткого руководства не обошлось, – с прежним спокойствием говорит Джон, вращая бокал в руке. – Поэтому у меня есть предложение.
– Я слушаю.
– Реши вопрос с Максом и его любовницей как можно скорее. Ты знаешь, что ждет члена нашей ассоциации за покушение на одного из нас. И еще, отдайте парню активы “EL”. Это будет достойная плата за беспокойство.
Поняв, что поведение сына перешло все границы, Кларк подходит к другу и с готовностью решить проблему прощается:
– Спасибо, Джон. Я рад, что мы договорились. Ну, он у меня получит!
Наше молчание затянулось.
Тот звонок, будто прочертил невидимую стену, и никто из нас не решается ее разрушить. Конечно, Эван стоит рядом и контролирует полет, но раньше это не мешало ему доводить меня до изнеможения одним прикосновением. Теперь высота заботит меня гораздо меньше, чем его холодность, и я тихо мечтаю о том, чтобы эта пытка поскорее закончилась.
Он так прекрасен в лучах заходящего солнца, что я сама хочу стать ими и еще раз ощутить вкус пылких губ и запах одеколона на сильной шее. Хотя бы на минуту прижаться к нему и почувствовать его пульс всем телом. Отдаться моменту и каждой клеточкой прожить его…
Но Эван больше не делает попыток подарить мне себя, и это сводит меня с ума!
– Красивое небо, правда? – тихо спрашивает он, наконец, покинув свои мысли.
– Очень, но меня беспокоит твое состояние. Еще недавно ты был таким…– стесняясь продолжить, сбиваюсь я. – а сейчас молчишь и делаешь вид, что меня нет.
– Давай начистоту, Вив, – с серьезным лицом предлагает он и этим взглядом почти останавливает мое сердце. – Ты знаешь, что у нас нет будущего, и что эта поездка – просто приключение, чтобы развеяться.
– Таков план, – отвечаю я, но в глубине души мечтаю, что все изменится, когда мы станем ближе. – Дело только в этом? Ты боишься, что я привяжусь к тебе и захочу серьезных отношений?
– Я боюсь за нас обоих, – сдвинув брови, говорит он, глядя мне в глаза. – Не знаю, как сказать проще…Наша близость все усложняет, хотя никогда не была для меня проблемой.
– Ты передумал? – разочарованно спрашиваю я.
– Нет. Я хочу договориться здесь и сейчас, – продолжает Эван, взяв меня за руку. – Мы взрослые люди, и понимаем, что впереди тупик. Поэтому, чтобы не произошло там на земле, через 3 дня мы остановимся, и каждый продолжит свою жизнь. Без слез и долгих расставаний. Пообещай мне, Вив. Мы не зайдем дальше…
– Я согласна, – с горечью отвечаю я, потому что в этот момент мои тайные надежды окончательно разрушились. – Мы не должны делать то, о чем пожалеем…
– Хорошо, – с улыбкой говорит он и, похоже, избавляется от камня, что и заставлял его держаться на расстоянии.
Не знаю, способна ли я больше не рисовать наше общее будущее…Скорее, нет, чем да, но теперь между нами все предельно ясно, потому этот разговор оседает на душе тяжелым осадком.
Еще утром я уверяла себя, что Эван – только средство, но с каждой проведенной минутой, все больше сомневаюсь в этом и хочу верить в чудо, когда два разных человека, вопреки всему, идут по жизни вместе. Только я слишком хорошо понимаю, что нас ждет, если по слабости нарушу договор. Скорее всего, он сразу бросит меня, потому предупредил, чтоб я не совершила глупости.
Да и с чего я взяла, что такой мужчина может всерьез влюбиться, когда вокруг столько красивых и доступных женщин? Пора тебе, Вив, спуститься с небес на землю!
Но как это сделать, когда я почти в раю?
– Видишь ту точку вдалеке? – спрашивает Эван, обняв меня.
– Да, – отвечаю и улыбаюсь, как ребенок, почувствовав его дыхание рядом.
– Это маяк – первое, что я увидел, когда перебрался на материк с “Косты”.
– Значит, ты не американец?
– Не по рождению, – отвечает он и смеется над собой.
– Что? – улыбаясь, спрашиваю я.
– Подумал, что это символично. Каждый раз, когда я начинаю новую жизнь, он появляется передо мной, – шепчет Эван, забираясь в мои волосы, чтобы притянуть к себе и продолжить страстный поцелуй, на котором нас остановил телефонный звонок.
На этот раз он не сомневается, не прерывается на вдох, а жадно впитывает вкус моих губ, смакуя каждый дюйм. От экстаза я сильно сжимаю его плечи, но Эван не чувствует боли и продолжает спускаться к ключицам, подняв меня на руки.
Боже! Я снова чувствую бешеную пульсацию между ног, и, опершись о балку в корзине, прижимаюсь к Эвану животном, чтобы не упустить ни секунды его ритма. Мы оба ловим его и, двигаясь в такт, одновременно понимаем, что пора сделать следующий шаг.
“Сними с меня кофту и футболку”, – дрожа от страсти, просит Эван и подается вперед.
Я быстро стягиваю с него стесняющие движения вещи и в который раз восхищаюсь красотой и силой его мышц.
“Теперь свои”, – шепчет он.– “Давай, Вивьен…”.
Я снова повинуюсь ему и сбрасываю с себя футболку и лифчик, пока между нами не остается ничего, кроме прохладного ветра.
И вот Эван держит меня, словно пушинку, и ловко балансирует в корзине, как серфер на бушующих волнах, а губами тянется к моим до предела напряженным соскам. Он прикусывает их и рисует спирали, спускаясь и поднимаясь снова, а я с трудом сдерживаюсь от того,чтобы не прокричать на всю округу его имя.
Остальные аэростаты давно разбрелись над долиной, поэтому никто не видит и не слышит нас, и все же, меня не оставляет чувство, что я нахожусь в заполненной комнате и каждый в ней называет меня шлюхой.