Китти Френч – Игра с Найтом (страница 27)

— Я владелец семи клубов и двадцати девяти розничных магазинов по всей стране, а также штат, в котором более пятисот человек, включая ужасно отвлекающую меня помощницу. У меня нет времени быть одиноким.

Как бы Софи не желала копнуть глубже, что-то на лице Люсьена изменилось, заставляя ее замолчать. Его сверкающие глаза притупились до плоского синего цвета, и мышца дернулась на жестком основании его челюсти. Его ответы точно ей ничего не сказали, и у нее появилось отчетливое ощущение, что они построены так, чтобы иметь именно такой эффект. Мужчина должен был быть политиком. Кто ты такой, Люсьен Найт?

Какими бы близкими они ни были последние несколько дней, во всяком случае, сейчас, человек, сидевший напротив нее, был совершенно ей незнаком.

***

Люсьен тихо закрыл дверь спальни, обрадовавшись, что Софи приняла его предложение переодеться в джинсы и попытаться немного поспать до конца полета. Ее вопросы за завтраком выбили его из колеи. Он не был одинок, и последнее, что стояло на его повестке дня, это нужда быть с кем-то еще.

Почему некоторые считали, что моногамия работала? Это же не естественно. Люди изначально наделены инстинктом заниматься сексом, а брак искусственно подавлял желания природы. Это исказило тех, кто пытался соответствовать правилам, и сделало злодеями и жертвами тех, кто потерпел неудачу.

Брак Софи был тому примером. Ее муж был вдалеке от дома, наслаждаясь плотскими утехами тела другой женщины, в то время как его жена лежала в постели, восстанавливаюсь после своего последнего оргазма на пути к Полярному кругу. Где здесь честность? Где любовь и легендарное уважение?

Люсьен посмотрел на дверь спальни. Он решил, что Софи получит гораздо больше удовольствия, прежде чем вернется домой и вступит в бой со своим гуляющим мужем.

***

Дэниэль Блэк был обеспокоен. Он не мог связаться со своей женой. Он едва ли мог устроить сцену об этом с Марией, но молчание Софи могло означать только одно. Дэн не был драматичным человеком, ему не приходило в голову, что с ней могло случиться что-то плохое. Интуиция подсказывала ему, что жена предпочла избегать его звонков. Холодный страх обвил липкими пальцами его сердце при мысли, что она знала о его романе.

Никогда за миллион лет ему не приходило в голову, что сама Софи могла быть слишком занята в объятиях другого мужчины, чтобы обратить внимание на все более отчаянные просьбы услышать его сообщения.

Вернувшись домой, стало ясно, что их обычная маленькая стоянка была заброшена, а единственным светом в доме была мигающая красная лампочка на автоответчике.

Красный цвет опасности. Красный цвет риска. Красный означал только неприятности впереди.

Глава 21

— Ты уверен, что я не умру от переохлаждения?

Софи с тревогой посмотрела на Люсьена, когда самолет остановился на маленькой взлетно-посадочной полосе. Он до сих пор не уточнил, где именно они находились, но, судя по впечатляющему снежному пейзажу, над которым они летели, это было место, где бывает ужасно холодно.

Люсьен намотал на ее шею мягкий черный шарф, восхитительно пахнувший им, который достал из шкафчика над головой.

— С тобой все будет в порядке, — он с сомнением посмотрел на ее ноги. — Твои туфли вряд ли бы стали носить люди Полярного круга, но, ты будешь в порядке.

Мужчина надел кожаную куртку и открыл двери самолета с легкостью человека, который делал это постоянно.

— Добро пожаловать в Норвегию, мисс Блэк. Смотри под ноги.

На мгновение он остановился на верхней ступеньке, глубоко вдохнул, а затем, склонив голову, направился вниз. Софи последовала за ним и с облегчением расслабилась, почувствовав прохладу, а отнюдь не ледяной ветер на щеках, когда втянула свежий кристальный воздух.

Норвегия. И снова Люсьену удалось сделать то, чего она меньше всего ожидала. Любой другой плейбой мог бы выбрать Париж или, может быть, Венецию. Но не Найт. По какой-то непостижимой причине он решил, что Полярный круг — подходящее место для соблазнения.

Он толкнул ее прямо в теплый кожаный салон ожидавшего лимузина, и через несколько секунд они выехали из маленького аэропорта на открытую дорогу.

Софи с удивлением смотрела в окно, взволнованная первым впечатлением, которое произвела на нее Норвегия. Снежные горы вздымались в бледно-голубые небеса, окруженные ранней пышной осенней зеленью и золотом. Это все выглядело как сцена из книжки с картинками, слишком идеальная, чтобы быть реальной.

— Дух захватывает, — выдохнула она больше для себя, чем для Люсьена.

— Это Люнгенские Альпы, — Найт указал в окно на величественные горы, — мы находимся на самом севере страны, высоко над Северным полярным кругом.

— Это очень красиво, — пробормотала Софи. — Я чувствую себя Марией из «Звуков музыки».

— Там была другая страна, Австрия, — поправил он ее и, обняв за плечи, притянул к себе на мягком заднем сиденье автомобиля. — Но ты можешь нарядиться в гувернантку, если хочешь. Или в монахиню.

Софи закатила глаза.

— Ты когда-нибудь не думаешь о сексе?

— А что в этом интересного?

Софи оглянулась на красивые пейзажи. Он шутил, но она завидовала его мировоззрению. Мужчина много работал, веселился, и его сердце никогда не было разбито. Насколько она знала. Разве это не лучше, чем жизнь большинства людей? Работать на ненавистной работе, бесконечно смотреть телевизор и открывать для себя разрушающую душу любовь и потери?

— Ты часто здесь бываешь? — как только слова слетели с губ Софи, она о них пожалела.

Девушка намеревалась задать искренний вопрос, а в итоге, он прозвучал смешно. Но Люсьен не стал над этим подтрунивать.

— Реже, чем хотелось бы.

Настала его очередь смотреть в окно. Девушка нахмурилась, не зная, что такого ляпнула, побуждая его закрыться. Судя по тому, как он закрылся в самолете ранее и по тому, как его лицо только что ожесточилось, она могла сказать, что Найт не ценил подобные вопросы. Что Люсьен имел в виду, ответив: «Реже, чем хотелось бы?» У него были здесь какие-то личные дела?

— У тебя есть клубы в Норвегии?

— Нет.

Люсьен нажал на кнопку, и защитное стекло между водителем и задней частью лимузина поднялось вверх.

— Перестань задавать вопросы и иди сюда, — он усадил ее к себе на колени и посмотрел на часы. — У нас есть примерно четырнадцать минут, — рукой мужчина скользнул по ее бедру. — Могу поспорить, что ты кончишь в течение трех.

***

Ровно через четырнадцать минут лимузин остановился, и Софи поправила блузку, прежде чем водитель открыл ее дверь. Она вышла на улицу и встала рядом с Люсьеном, все еще трепеща от оказанной им «услуги».

Вот это да. Они въехали на подъездную дорожку великолепного, низкого, деревянного домика, матери всех бревенчатых хижин. Волнообразный деревянный фасад и побеленные оконные рамы идеально гармонировали с окружающей средой вплоть до склонов покрытой травой крыши. Он выглядел органично, как будто вырос из окружающей его земли, а не был создан человеком.

Но каким бы красивым он ни был, он просто мерк по сравнению с окружающим его пейзажем.

Расположенный на берегу сверкающего фьорда, вода которого отражала бледный солнечный свет, дом стоял на фоне высоких гранитных гор. Их кончики были покрыты снегом. Вся перспектива источала здоровье северных стран и богатство, роскошь, люкс-отдых для тех, кому посчастливилось иметь возможность себе это позволить.

Софи осмотрелась, разыскивая посторонних людей. Никого не было.

— Это отель? — с сомнением спросила она.

— Нет. Он мой.

— Твой?

Это не должно было стать сюрпризом, но это случилось. Люсьен был таким урбанистом. Казалось, этот дом и его расположение среди нетронутых, тихих гор, расходились с его образом жизни. Софи поняла, что у нее были такие же мысли, когда она впервые увидела его дом в Великобритании. Девушка размышляла над его отказом подчиняться легким стереотипам — он был не пригоден для этого.

Машина отъехала, когда Люсьен провел ее через главную дверь прямо в гостиную, в просторный дом открытого плана. Софи медленно остановилась, впитывая в себя соединение природы и роскоши, которое создавало пространство, столь же захватывающее дух, как и другой дом Люсьена. Этот был совсем другим, и все же, у этого дома был чистый стиль и элегантность, которые сделали его уникальным, тонким, и полностью отражавшим Люсьена Найта.

Мягкое дерево в сочетании с открытым камнем дополняли нежные белые стены. Интерьер не загроможденный, но и не суровый, прохладный, но не холодный. Одна сторона затонувшей гостиной была почти целиком сделана из стекла — огромные панорамные окна отдавали должное великолепному виду за его пределами. Софи обнаружила, что тянулась к нему, пораженная внутренним теплом по сравнению с хрустящей свежестью снаружи, и приложила ладонь к стекло.

— Ты меня удивил, — сказала девушка и повернулась к нему лицом.

Люсьен стоял, рукой оперевшись о каминную полку.

— Чем же?

— Это место... Северный полярный круг... это так, м-м-м... — Софи остановилась, пытаясь найти правильную фразу. — Так, ну... в общем, это неожиданно благоприятное место, — закончила она в конце концов.

— Я вижу, — Люсьен полез в карман своей кожаной куртки. — Благоприятное.

Он положил предмет из кармана на середину каминной полки, чтобы увидеть, как Софи удивленно вздохнула. Солнечный свет сверкнул на серебряной анальной пробке в форме желудя.