Китра-Л – Избранная 147/2 (страница 24)

Бессмысленно.

Я смотрю на разбегающиеся волны и напоминаю себе, что мир Алисы заражен. Что была предательница. Что Враг как-то разбил мир Алисы. Что осколок каким-то образом оказался в моей комнате. Мне резко все начинает не нравиться.

Предатель.

Среди нас есть предатель.

О, Боже!

Я несусь обратно в свой коридор. Я проверяю каждый из порталов, куда заходили мои друзья. Раньше я в них не смотрела. Горечь и обида оказались сильнее любопытства. Но сейчас все иначе. Золотистая пелена охватывает каждое из зеркал. Это признак Золотой оси.

Тотальное заражение. Все миры, куда отправились Избранные, подверглись действию золотой скверны. Сто сорок семь Избранных попали в ловушку с заранее известным исходом.

— Атрос!

Я взываю к божеству. Я бегу к нему. Я кричу часами до хрипоты. Я пытаюсь растолкать Клода. Молюсь Лёше.

В голове звенящая пустота. Я продолжаю кричать, но голоса нет. Меня никто не слышит. Камни градом летят в яму Атроса, но никто не отзывается.

Что мне делать? Что делать?

Я принимаю решение.

Я должна спасти Алису.

Я открыла ее мир. Значит, должна войти в него. Предназначение работает именно так. Вот миссия для Дроби: спасти не мир, а одного конкретного человека. Алису. Алису в зазеркалье.

Я смеюсь собственной шутке, но скорее от безысходности.

— Атрос, помоги, — самая странная молитва в моей жизни. — Это мой мир, пожалуйста, выведи меня в него целой. Не дай расщепиться на атомы.

Морозный запах стылого эфира.

Безмолвие.

На расстоянии вытянутой руки сияет мой чернильный друг с золотистыми разводами.

— Привет, малыш.

Ох, лишь бы я не ошиблась в предназначении!

Схватив кокон, я оттолкнулась от пустоты, ныряя в один из проходов. Вперед в неизведанный мир!

Часть II

ТО ЧТО, БЫЛО НАВЕРХУ, БУДЕТ ВНИЗУ

или

ОШИБКА В ИСХОДНЫХ ДАННЫХ

— 1 —

Нельзя принимать решений, основанных на эмоциях. Никогда. Я знала это. Читала в одной книге. Или слышала по телеку. А может, это был рекламный баннер. Не суть. Кто бы это ни был, он был прав.

Измученные тренировками колени встретились с каменным полом. Я взвыла, хватаясь за больную часть ноги и перекатываясь на спину. В глаза ударил яркий свет. В носу защекотало от обилия пыльцы.

Путаясь в длинном подоле ночнушки, я попыталась встать.

Стоп. Перерыв на кофе. Почему я в ночнушке? А в чем я еще должна быть? В гвардейской форме?

Я ложилась спать. Покормила кота. Посмотрела сериал и легла спать. Или нет?

Я прижала руку к груди. Будто ища что-то. Украшение? Медальон? Мелкая деталь, за которую хотелось схватиться и позвать на помощь.

«Наверное, я ищу телефон, — неуверенно предположила я. — Да, он всегда под рукой. Такие деньги за него отдала. Он должен быть рядом».

Похлопала себя по бокам. Посмотрела под ноги. Вместо последнего чуда технологии в белом цвете, за которое была уплачена дополнительная тысяча, обнаружился старый педикюр с облезлым красным лаком. Я пошевелила пальцами. Да, мои. Да, все на месте. А где, блин, обувь?

В коридоре. Когда приходишь домой — разуваешься. Когда ложишься спать — скидываешь тапки. Верно?

Какая-то важная мысль ускользала. Так бывает со снами. Просыпаешься, а на грани сознания витают эмоции, обрывки событий, что не описать словами, но можно ощутить, как запах морского бриза или послевкусие от хорошего фильма.

— Эй, — окликнул меня кто-то.

Тело, словно чужое, в тренированном движении развернулось в сторону голоса. Руки напряглись, а центр тяжести перенесся на ноги.

Что за черт?! Я одержима?

— Давай в сторону, лэй.

Высокий мужик под два метра ростом и размахом плеч под три года моей жизни, возвышался древнегреческой колонной над маленькой мной. Тяжеленая алебарда и выпирающие из складок белой атласной ткани, перевязанной золотым шнуром, мышцы, придавали басовитому голосу почтенного веса.

— Что?

— В сторону, говорю, лэй. Не загораживай проход.

Мы стояли на круглой платформе, к которой вела пятиступенчатая лестница. Внизу, вокруг нас собрались люди, взирающие на нас с легким любопытством. Помимо меня и амбала из третьего века до нашей эры, на постаменте не было никого и ничего. Лишь каменная арка без особых изысков. Настолько обычная и неприметная, что я бы даже не стала с ней фотографироваться. Так что, кому тут чем мешала, я не поняла. К мужику этому, что ли дорогу загораживала?

— Что на ней надето? — хихикнул кто-то снизу.

Я тут же вспомнила о штанах в мелкий цветочек и о длинной хлопковой рубахе до колен. Слава Богу, на досуге дырку зашила и постирала буквально вчера.

— Какая смешная.

— Перепутала арки.

— Как же ее пропустили?

— Из какого она захолустья?

— Такие миры еще существуют? Куда смотрит палата лордов?

— Причем тут палата? Странники должны следить.

— Кто-нибудь связался с комитетом нравственности и утвержденного стиля?

— Кто выпустил ее на улицу? Какой скандал!

— Может это часть празднования? — засомневалась девушка, стоящая ближе всего к каменному пьедесталу. — Как в прошлом году, когда Тинхе вернулся с победой. Результаты мерцающей Жатвы не оглашались, но, по-моему, все очевидно.

Прижав руки к груди, я сдвинулась назад к стражнику.

В ночной одежде, в центре внимания колких на язык дамочек и насмешливых метросексуалов, и без единого шанса провалиться под землю. Да это же мой любимый ночной кошмар! Добавить несданный отчет и огромного жука — вот рецепт моего идеального инфаркта.

Нет, так не пойдет. Мы все взрослые воспитанные люди. Мы не в пятом классе, где любая ошибка ведет к вечности в аду. Я не обязана стоять и слушать оскорбления в свой адрес, пока не придут старшие. Ё-моё, женщина, ты недавно купила телефон в кредит. Ты способна на что-то большее!

Давай же, мозг. Включайся на максимум и решай проблему.

Итак. Что мы имеем? Я без обуви. Как мы выяснили ранее, без обуви я бываю только в ванной и в своей спальне. Значит, я дома. Хорошо. Из чего вытекает вопрос, откуда мужик с оружием и с десяток человек из теле-шоу «топ-модель по…(вставь-любую-страну)» в ней делают? Или это не моя квартира, а значит, давление на работе, постоянные истерики, слезы в душе и затянувшаяся депрессия, довели меня до разгуливания в нижнем белье по улицам города. Молодец, Аня. Всю жизнь хотела сходить в Большой театр родного города, и вот, выбрала подходящий момент. Период психоза. Странно, что еще никто мобилку не достал и не фоткает.

Это ведь театр, да? Вон, люди в сценических костюмах. Все как с обложки модных журналов. Одинаковые и одновременно разные, в своей безупречной уникальности. Таких — в кино показывают. Люстра под потолком хрустальная. По стенам переливается свет. Аромат кутает запахами заграничных оранжерей. Пол усыпан цветами. Постамент с каменной аркой. Полсотни дверей, от которых ведут дорожки из черного мрамора в центр ко мне. Мужик полуголый в ливрее и с алебардой.

— Эй! — устал ждать амбал. — Двигай уже вниз, лэй.

— Какая она, лэй? Ты посмотри на нее! — крикнул кто-то снизу.

— Что там смотреть? — поддержал дугой голос. — Гони ее туда, откуда она пришла. Видно же, что она из рабочего мира. Шахты и фабрики ее удел.

— И, правда, вылитая Имари.

Перекаченное нечто смерило меня глазками-пуговками. Венка на лбу задергалась, обозначая работу мысли.

— Покажи вейос, лэй, — наставляя на меня острие алебарды. — Закатай рукав.