Китами Масао – Самурай без меча (страница 19)
«Семь копий» были блестящими самураями, но пока они не продемонстрировали чудеса воинской доблести при Сидзугатакэ, им приходилось довольствоваться скромными доходами. Героические подвиги в этом судьбоносном сражении принесли им славу и богатство.
Особенное впечатление произвело на меня поведение Масанори. Незадолго до битвы у него за какую-то незначительную провинность отняли мечи и посадили под арест. Но Масанори сбежал, схватил первый попавшийся короткий меч и присоединился к участникам форсированного марша. В общей суматохе никто не обратил на него внимания. Добравшись до поля битвы, он отыскал грозную фигуру Хайго, бойца, известного своей свирепостью, и бросился вперед, чтобы сразиться с ним в поединке. Заметив небольшую щель в доспехах Хайго, Масанори одним искусным ударом своего меча сразил самурая, обагрив землю фонтаном его крови.
Своей отвагой и дерзостью Масанори напомнил мне меня в юности, и я подарил ему поместье, которое в пять раз увеличило размеры его владений. Наградой для всех остальных самураев из этой великолепной семерки стало троекратное увеличение их земельных угодий.
Все семеро бойцов были поражены моей несказанной щедростью. Но мне нравится проявлять щедрость, особенно когда люди заслуживают награды. Кроме того, этот подход основан на практических соображениях: самураи верно служат тому, кто не скупится на награды.
Запомните: практика награждения отличившихся производит впечатление не только на узкий круг членов вашей организации. Когда обо мне стали говорить как о справедливом лидере, который раздает богатые награды всем, кто добивается результатов, ко мне потянулось множество способных исполнителей. Если бы я проявлял скупость, они искали бы себе других хозяев.
Неопытные лидеры боятся, что щедрые выплаты подчиненным опустошат их сундуки. Чепуха! На деле все наоборот. Мое имя стало приобретать широкую известность только после того, как я начал хорошо платить своим людям. Молва о том, что у меня на службе можно разбогатеть, привлекала лучших специалистов разных профессий. Высокие выплаты не разоряли меня, а преумножали мои богатства.
Парадоксально, но факт: чем больше денег вы раздаете тем, кто хорошо вам служит, тем богаче становитесь. Однако эту простую истину осознают лишь единицы. Подавляющее большинство людей стараются как можно больше забрать себе и как можно меньше отдать другим. Вот почему их кошельки пустеют.
Вы еще не забыли «секрет обмена»? Чтобы получить, сначала нужно дать. Применяйте этот принцип всякий раз, когда нужно наградить соратников или коллег:
Лично поощряйте отличившихся
Людям свойственна склонность к обогащению, однако жажда почестей свойственна им не меньше. И, как правило, самые талантливые работники ценят признание выше материального вознаграждения. Лидеры, умеющие возбуждать у людей стремление к признанию, скоро притянут к себе верных последователей.
Лучший способ выделить отличившихся – и продемонстрировать свое отношение к ним – в собственноручном написании писем. Став самураем, я взял за правило ежедневно писать и отправлять письма.
Некоторые лидеры считают, что писать от руки слишком хлопотно; другие стесняются своего почерка. Из-за недостаточного образования у меня были большие трудности с орфографией и еще более серьезные с каллиграфией. Но все это не имеет значения, когда вы стремитесь выразить то, что у вас на сердце. Когда я письменно выражал свои чувства, вопросы формы и стиля меня не волновали.
Другие лидеры пользовались услугами секретарей, но я предпочитал писать письма сам. Адресатам было приятно получать такие послания. Например, я лично писал благодарности каждому из «семи копий». В одной из них, в частности, было сказано:
«Ваши блестящие подвиги при Сидзугатакэ изменили облик Японии в глазах грядущих поколений».
Письменные благодарности служили важной формой поощрения, поскольку определяли порядок рассадки людей во время военных советов. Вассал с наибольшим количеством благодарностей мог занять место рядом со своим генералом. Кроме того, количеством благодарностей определялось право вассала высказать свое мнение на военном совете. Самураи были крайне заинтересованы в получении благодарностей, которые помогали им занять высокое положение в этом мире.
Благодарность – лишь одна из форм морального поощрения. После каждого сражения особо отличившимся я раздавал мечи, доспехи и другие призы. Я всегда делал это прямо на месте, чтобы как можно быстрее отметить примеры выдающейся доблести и храбрости. Получатели высоко ценили эти подарки, многие из которых становились семейными ценностями и передавались из поколения в поколение.
Успешные лидеры, которые признают эффективность не только материального, но и морального поощрения, используют «секрет признания»:
Чтобы добиться преимущества, крепите единство
Во время военной кампании слаженная работа команды приобретает решающее значение. Но разве в других жизненных ситуациях роль команды не так важна? Я твердо убежден, что совместная работа – основа успеха каждой организации – военной, коммерческой или административно-хозяйственной. Следовательно, главная задача лидера – создавать команды и стимулировать усилия группы надлежащими поощрениями и наградами.
В свое время князь Нобунага взял на службу выдающегося мастера боевых искусств, специалиста по части обращения с копьем, самурая по имени Мондо. На его счету были сотни врагов, пронзенных на поле брани, и его ученики хвастались, что никто из живущих на земле людей не сравнится с ним в военном искусстве. На этом основании Мондо было поручено заниматься обучением солдат клана Ода навыкам владения копьем. Я знал о его репутации и личной преданности генералу Сибате – моему главному сопернику в клане Ода. Но других причин остерегаться его у меня не было.
Все изменилось в тот день, когда Мондо пришел на праздник, устроенный князем Нобунагой для своих старших вассалов. Двое мужчин, естественно, принялись обсуждать вопросы военной тактики, и князь Нобунага спросил у Мондо, какое копье удобнее использовать в бою: короткое или длинное.
– Конечно же короткое, – решительно заявил Мондо. – После броска такое копье входит в тело врага с большей силой. Кроме того, им можно очень быстро орудовать в борьбе с несколькими противниками сразу. Это оружие особенно эффективно в ближнем бою, когда длинное копье оказывается бесполезным. Тут не может быть двух мнений: лучшее копье на свете – короткое, метр восемьдесят или даже меньше. Тот, кто считает иначе, просто дурак.
Князь Нобунага, который привык идти в бой с очень длинным копьем, неловко заерзал на своем месте. Однако, несмотря на свой княжеский титул, он не собирался спорить с человеком, которого сам взял на службу в качестве эксперта по данному вопросу.
Он взглядом отыскал меня и знаком призвал принять участие в обсуждении.
– А вот и ты, Хидэёси! – приветствовал меня князь. – Может быть, ты сможешь позабавить нас своими мыслями по этому вопросу. Как, по-твоему, какое копье лучше использовать на войне: длинное или короткое?
Я находился в необычном для себя раздраженном состоянии и не счел нужным этого скрывать.
– Зачем спрашивать меня? – сказал я, кивая в сторону Мондо. – Вот человек, который прекрасно разбирается в данном вопросе. Будет лучше, если вы выслушаете его мнение.
– И все же, Обезьяна, – не унимался князь Нобунага, – сделай одолжение и выскажи нам свое суждение.
В первый момент я не понял, какое напряжение кроется за его просьбой, но теперь ощутил его в полной мере. Уже одно это должно было навести меня на мысль о том, что в данной ситуации лучшим ответом был бы уклончивый. Однако, как это часто бывает, я не успел удержать язык за зубами.
– Что ж, раз уж вы так настойчиво просите, – ответил я, – то скажу, что тут нечего даже сравнивать. Длинное копье не в пример лучше.
Мондо с размаху бухнул свою чашку с сакэ на стол и презрительно фыркнул.
– Да что ты вообще в этом понимаешь?
По правде говоря, я несколько поторопился высказать свое мнение, не посчитав нужным тратить время на обдумывание. Но после такой реакции мне ничего не оставалось, кроме как защищать высказанную точку зрения, и когда я попробовал ее обосновать, то обнаружил, что действительно уверен в ее правильности.
– Я не так хорошо разбираюсь в этом вопросе, как вы, но знаю, что длинное копье летит дальше и поэтому может поразить врага на большем расстоянии. Следовательно, оно лучше короткого.
Мондо даже не попытался скрыть презрение в голосе.
– Это все теория. Но скажи мне ты, лысая крыса с длинным копьем, сколько врагов ты убил им в настоящих сражениях?
Тут князь Нобунага счел нужным вмешаться и избавить меня от необходимости назвать точную цифру уничтоженных мною врагов, которая оказалась бы равна нулю.
– Хватит молоть языками! – сказал он. – Пустая трата слов не поможет решить спор. Предлагаю провести испытание. Каждый получит по пятьдесят солдат. У вас будет три дня, чтобы научить их обращаться с тем копьем, которое вы предпочитаете. Через три дня мы проведем показательный бой, чтобы определить победителя. Принимаете мое предложение?