Кит Роберт – Кольцо ненависти (страница 4)

– Сейчас мне их не разглядеть, но секунду назад они были здесь! Корабль поворачивается к нам бортом!

Болику это не понравилось. Обычно, когда на корабле людей не было опознавательных знаков, эти люди оказывались пиратами. Конечно, матросы могли спустить флаги ещё и потому, что в тумане от них не было толку, и, возможно, они просто не видели, что идут прямо на корабль орков. В любом случае, Болик не собирался рисковать, особенно когда на кону стоял ценный груз. Если он не сможет в целости и сохранности доставить стоявшие у него в трюме ящики к Колючему Холму, то ему не заплатят, и, значит, моряки не получат свое жалование. А когда моряки не получали жалование, хозяину судна обычно приходилось туго.

– Труби в рог. И поставь стражу у входа в трюм.

Кэг кивнул.

– Есть, капитан.

– Гарпуны!

Услышав возглас Вэка, Болик выругался. Гарпуны означали одно из двух: либо люди на другом корабле приняли «Оргат’ар» за огромное существо вроде кита или морского змея, либо они были пиратами и привязали к гарпунам абордажные тросы.

Поскольку морские змеи и киты обычно не заплывали так далеко на север, Болик предположил худший вариант.

Гарпуны вгрызлись в палубу, в лестницу, которая вела в трюм, и в другие части корабля, скрытые от глаз Болика туманом. Затем привязанные к гарпунам тросы натянулись.

– Они идут на абордаж! Всем приготовиться! – крикнул Кэг.

Болик услышал, как кто-то крикнул:

– Рубите верёвки!

Затем раздался глухой удар кулака о плоть, и Кэг произнес:

– Не будь дураком! Мечом эти верёвки не перерубить, и ты только подставишься под удар.

Все разговоры прекратились, когда пираты вдруг оказались у них на борту. Они возникли прямо из тумана словно по волшебству. Капитан увидел, что на них и правда напали люди, но одеты они были как-то необычно. Болик никогда не понимал, зачем люди шьют себе столько различного тряпья на все случаи жизни. Он только знал, как выглядит униформа солдат леди Праудмур, но на нападавших была совсем другая одежда.

– Бей пиратов! – воскликнул Болик, но его команде не нужно было подсказывать. Они сразу же бросились в бой. Правой рукой Болик поднял палицу своего отца и замахнулся ею на ближайшего человека. Тот увернулся, а затем сделал выпад мечом.

Болик отразил удар собственным клинком, который держал в левой руке, но, когда орк завел палицу за голову для второго удара, человек успел поднять меч и парировать. Однако при этом он наклонился вперёд, ближе к Болику, и открылся, благодаря чему капитан с легкостью врезал ему кулаком в солнечное сплетение. Согнувшись от боли и закашлявшись, человек рухнул на палубу, и Болик с силой опустил палицу ему на шею.

Ещё два пирата прыгнули в сторону капитана, несомненно, думая, что он отступит под натиском двух бойцов. Но Болик не был трусом. Он родился в этом мире и всю жизнь был рабом, но, когда Тралл освободил его, поклялся, что никогда больше не склонится перед человеком. Да, раньше Болик сражался с людьми бок о бок, но он ни за что им не сдастся.

Особенно этим двоим, которые наступали на него с мечами в руках.

Пират слева занес свой кривой клинок – Болик лишь раз в жизни видел такое оружие – в то время как его товарищ справа продолжал размахивать мечами покороче. Болик отразил кривой клинок своим мечом – при этом лезвие все равно вонзилось ему предплечье – а палицей отбил один из коротких мечей. Второй же меч прошел в миллиметре от груди Болика.

Несмотря на то, что ему было невыносимо больно двигать левой рукой – кривой клинок все ещё торчал в ране – Болик быстро опустил её вниз. Он имел преимущество в силе и положении, и поэтому противник слева оказался обезоружен, а его кривой меч остался в теле Болика. Лягнув пирата справа ногой, Болик схватил того, что слева, за голову и толкнул его вниз, отчего пират рухнул на колени.

Второй, с короткими мечами, смог увернуться от могучего пинка, но при этом у него не получилось удержать равновесие. Он взмахнул руками и упал на палубу.

Болик, все ещё державший левой рукой голову пирата с кривым клинком, с силой отшвырнул его в сторону и с удовольствием услышал, как тот стукнулся головой о мачту.

Однако второй тем временем успел вскочить на ноги. Стоило ему броситься на Болика со своими короткими мечами, как капитан отклонился назад и вправо. Выпрямив правую руку, он размахнулся палицей, опустил её вниз и проломил человеку череп, мгновенно убив его.

– Вэк! – запрокинув голову, крикнул Болик. Он вытащил кривой меч из руки и уронил его на палубу рядом с лежавшим без чувств человеком. – Труби в рог! – Он надеялся, что пираты не понимали орочьего языка и сигнал застигнет их врасплох.

Через несколько секунд над кораблем раздался оглушительный рев. Звук пробирал до самых костей, но Болик был к этому готов, и надеялся, что его команда, которую орк практически не видел, услышала его предупреждение.

Зато люди переполошились, на что и рассчитывал капитан. Орки на палубе тут же воспользовались секундным преимуществом. Сам Болик раскрутил палицу над головой, а затем нашел себе подходящую мишень. Оружие его отца врезалось в плечо ближайшего пирата, и тот рухнул на палубу, вопя от боли.

Болик услышал, как кто-то из людей прокричал одно слово, которое, как ему показалось, на их языке означало «отступаем». Его предположение подтвердилось, когда пираты стали перебираться по верёвкам обратно на свой корабль. На глазах у Болика Кэг отрубил одному из отступавших людей ногу, из-за чего несчастный рухнул в Великое море.

Кэг повернулся к Болику.

– Мы погонимся за ними?

Покачав головой, капитан ответил:

– Нет. Пусть уходят, – В таком тумане преследовать другой корабль было бессмысленно. – Проверь груз.

Кивнув, Кэг побежал к спуску в трюм, стуча пятками по палубе.

Болик посмотрел наверх и спросил:

– Вэк, где сейчас тот военный конвой?

– Пока мы не дали сигнал, они не двигались, – ответил Вэк. – А затем ушли. Сейчас я их не вижу.

Болик сжал кулаки, и правой рукой стиснул рукоять отцовской палицы настолько сильно, что чуть её не сломал. Люди были их союзниками. Если драгоценные солдаты леди Праудмур находились поблизости, то почему же они не помогли «Оргат’ару» отбиться от пиратов?

– Капитан, – сказал Кэг, возвращаясь вместе с Форксом – воином, который отвечал за охрану груза, – люди разломали один ящик. И, когда отступали, выбросили за борт второй, чтобы отвлечь нас.

Форкс добавил:

– Они отправили почти всех своих людей в трюм. Мы им дали хороший отпор, честное слово, капитан. Иначе бы они все забрали.

– Ты хорошо постарался, Форкс. И я тебя награжу, – для Болика это были не пустые слова. Они потеряли два ящика и вместе с ними двадцать процентов груза, а это значило, что и прибыль тоже существенно сократится. Болик положил руку Форксу на плечо. – Вы все получите столько же денег, сколько получили бы, останься груз в целости и сохранности. Я вычту разницу из своей доли.

Кэг выпучил глаза.

– Капитан, это слишком большая честь для нас.

– Вовсе нет. Вы все защищали мой корабль. Я не стану вас наказывать.

Форкс улыбнулся.

– Я пойду скажу это воинам, капитан.

Когда Форкс ушел, Болик повернулся к Кэгу:

– Оцени нанесенный урон, выбрось тела людей за борт и верни корабль на прежний курс, – Он набрал в грудь воздуха, а затем выдохнул сквозь зубы: – И когда мы вернёмся, найди мне гонца. Нужно немедленно сообщить обо всем Траллу.

Кэг кивнул:

– Да, капитан.

Болик снова посмотрел на туман, который позволил пиратам так близко подобраться к ним и напасть. Вспомнив слова Рабина, капитан подумал, что, какую бы пользу ни мог принести туман, вреда от него было гораздо больше.

Три

Леди Джайна Праудмур стояла на возвышенности у Колючего Холма и смотрела на простиравшиеся перед ней земли. Не так давно именно здесь она помогла заключить самый невероятный союз за всю историю этого мира.

Хотя Колючий Холм находился на территории орков, Джайна и Тралл решили, что им будет удобнее встречаться именно здесь. Все-таки сам Тралл почти всегда пребывал в орочьих землях, а Джайна, благодаря своим магическим способностям, могла в мгновение ока оказываться там, где только пожелает.

По правде говоря, чародейка была только рада тому, что Тралл позвал её сюда. Джайне нередко казалось, что вся её взрослая жизнь состояла из череды катастроф. Она сражалась с демонами, орками и нежитью, и не раз держала в своих руках судьбу целого мира.

Когда-то Джайна была возлюбленной Артаса. В то время он был благородным воином, но с тех пор принц низко пал и превратился в Короля-лича, владыку Плети, в самое жестокое чудовище этого мира – а их было немало. Джайна знала, что когда-нибудь ей придется сойтись с ним в бою. Затем она встретила Медива – одержимого Саргерасом чародея, который однажды чуть не обрек человечество на погибель, позволив демонам и оркам вторгнуться в этот мир. Однако он стал верным союзником Джайны, который смог убедить её, Тралла и ночных эльфов объединить их народы и сразиться с Пылающим Легионом.

Затем, когда люди основали Терамор и город стал их новым домом на Калимдоре, Джайна думала, что все уляжется. Но правителю даже в мирное время покой мог только сниться. День ото дня занимаясь государственными делами Терамора, чародейка почти начала мечтать о возвращении тех времен, когда ей приходилось бороться за собственную жизнь.