Тут лежит пуста голова,
Пуста голова — человечья кость.
Пнул Василей тое голову с дороги прочь,
Провещится пуста голова человеческая:
95 «Гой еси ты, Василей Буславьевич!
Ты к чему меня, голову, побрасоваешь?
Я, молодец, не хуже тебя был,
Умею я, молодец, волятися
А на той горе Сорочинския.
100 Где лежит пуста голова,
Пуста голова молодецкая,
И лежать будет голове Васильевои!».
Плюнул Василей, прочь пошел:
«Али, голова, в тебе враг говорит
105 Или нечистой дух!».
Пошел на гору высокую,
На самой сопки тут камень стоит,
В вышину три сажени печатныя,
А и через ево толька топор подать,
110 В далину́ три аршина с четвертью.
л. 34 И в том-та подпись || подписана:
«А кто-де станет у каменя тешиться,
А и тешиться-забавлятися,
Вдоль скокать по каменю, —
115 Сломить будет буйну голову».
Василей тому не верует,
Приходил со дружиною хороброю,
Стали молодцы забавлятися,
Поперек тово каменю поскакивати,
120 А вдоль-та ево не смеют скакать.
Пошли со горы Сорочинския,
Сходят оне на червлен карабль,
Подымали тонки парусы поло́тняны,
Побежали по морю Каспицкому,
125 На ту на заставу карабельную,
Где-та стоят казаки-разбойники,
А стары атаманы казачия.
На пристани их стоят сто человек,
А и молоды Василей на пристань стань,
130 Сходни бросали на крут бережок,
И скочил-та Буслай на крут бережок,
Червленым вязом попирается,
Тут караульщики, удалы добры молодцы,
Все на карауле испужалися,
135 Много ево не дожидаются,
Побежали с пристани карабельныя
К тем атаманам казачиям.
Атаманы сидят не дивуются,
Сами говорят таково слово:
140 «Стоим мы на острову тридцать лет,
Не видали страху великова,
Это-де идет Василей Буславьевич:
Знать-де полетка соколиная,
Видеть-де поступка молодецкая!».
145 Пошахал-та Василей со дружиною,
Где стоят атаманы казачия.
Пришли оне, стали во единой круг,
Тут Василей им поклоняется,
Сам говорит таково слова:
150 «Вздравствуйте, атаманы казачия!
А скажите вы мне прямова путя́
Ко святому граду Иерусалиму».
Говорят атаманы казачия:
«Гой еси, Василей Буслаевич!
155 Милости тебе просим за единой стол хлеба кушати!».
