95 И лежат три следа звериныя:
Первой след гнедова тура,
А другой след лютова зверя,
А третей след дикова вепря.
Стал он, Иван, разъесачавати:
100 Послал он за гнедым туром сто человек
И велел поймать ево бережно,
Без той раны кровавыя;
И за лютым зверям послал другое сто
И велел изымать ево бережно,
105 Без той раны кровавыя;
И за диким вепрям послал третье сто,
А велел изымать ево бережно,
Без тоя раны кровавыя,
И привесть их во стольной Киев-град
110 Ко великому князю Владимеру.
А сам он, Иван, поехал едино́й
Во Чернигов-град.
И будет Иван во Чернигове,
А у Дмитрея, гостя богатова,
115 Скачет Иван середи двора,
Привезал коня к дубову столбу,
Походил он во гридню светлую
К Дмитрею, гостю богатому,
Спасову образу молится,
120 Дмитрею-гостю не кланеется,
Походил за занавесу белую
Он к душке Настасье Дмитревне.
А тут у Дмитрея, гостя богатова,
Сидят мурзы-улановья,
125 По нашему, сибирскому, дру́жки словут:
Привезли оне платьица цветное
Что на душку Настасью Дмитревну,
Платья тово на сто тысячей
От царя Афромея Афромевича.
130 А сам царь Афромей Афромеевич
Он от Чернигова в трех верстах стоит,
А силы с ним три тысячи.
Молоды Иванушка Годинович
Он из-за занавесу белова
135 Душку Настасью Дмитревну
Взял за руку за белую,
Потащил он Настасью, лишь туфли звенят.
Что взговорит ему Дмитрей-гость:
л. 27 об. «Гой еси ты, Иванушка Годинович,
140 Сужаное пересужаваешь, ряженое переряжеваешь,
Мошно тебе взять не гордос(т)ью —
Веселым пирком-свадебкой».
Только Иван слово выговорил:
«Гой еси ты, славной Дмитрей-гость!
145 Добром мы у тебя сваталися,
А сватался Владимер-князь,
Не мог ты чес(т)ью мне отдать,
Ноне беру и не кланеюсь!».
Вытощил ее середи двора,
150 Посадил на добра коня
И сам метался в седелечко черкесское.
Некому бежать во Чернигов-град
За молодом Иванушком Годиновичем.
Переехал он, Иван, девяноста верст,
155 Поставил он, Иван, тут свой бел шатер,
Развернул ковры сорочинския,
Пос(т)лал потнички бумажныя,
Изволил он, Иван, с Настасьею опочив держать.
Данеслась скоро вестка нерадошна
