Кирра Уайт – Против течения. Книга 3 (страница 15)

«Интересно, чего она так боялась: что я не оживу? Или наоборот?» — подумала Мира.

— Ты видела Даяну? — спросил приблизившись к ней Хадар.

Он чуть оттеснил плечом Гая. Тот на сей раз бычиться не стал и отступил. Видимо решил, что по случаю оживления Миры, Старшего агента можно к ней допустить.

— Ты видела Даяну? — повторил вопрос Хадар.

Мира вновь оставила его вопрос без ответа, тяжело поднялась. У неё закружилась голова и она едва не упала, но Гай подхватил её под руки. Мира обвела всех взглядом. Что-то в них неуловимо изменилось. Или не в них, а в ней самой. Мира ощущала, как внутри неё словно распускается некий цветок — дарующий жизнь и одновременно смертоносный.

«Тебе не нужны заклинания, — прозвучал в голове голос двойника. — Ты сама заклинание. Ты всё и ничего. Ты — вседержительница».

— Вседержительница, — прошептала Мира.

Она уже слышала это слово раньше от газилиннов. И столб в храме Оямото был исписан мантрами, прославляющими вседержительницу.

"Каждый раз мы пытаемся что-то улучшить, сделать нечто, что позволит тебе в следующей жизни добраться до Абрахаза", - сказала Мира-старшая.

Каждый раз... По крупице. В пророчество, в мир, в будущее.

— Мне нужно выйти к людям, — внятно произнесла она.

Гай с Хадаром переглянулись.

— Зачем? — спросил Гай.

Мира отмахнулась от него. Она чувствовала, что ей необходимо выйти к азарцам, тем, кто с таким нетерпением ждёт от неё чуда. Сквозь тонкие полотняные стены шатра Мира слышала, как стучат их сердца, слышала их дыхание. Выпустив руку Гая, она сделала пару шагов к выходу, но ноги оказались непослушными и подкосились. Мира наверняка упала бы, но Гай вновь подхватил её.

— Что с ней?! — рявкнул он на Дарину.

Та побледнела до серости, в испуге пролепетала:

— Это пройдёт... Не так просто вернуться к жизни.

— Помоги мне, — пропросила Мира Гая. — Я должна выйти к людям. Они ждут меня. Это очень важно, Гай! Я должна быть с ними.

Краем глаза она заметила, как Хадар подал Вишневскому знак. Мол, делай, как она просит. Обняв её за талию, Гай осторожно провёл Миру к выходу и отогнул полог. Мире в уши ворвался стук сердец множества людей. Он звучал, как барабанный бой. Берег перед шатром был освещён светом костров. Люди неприкаянно бродили между ними, обмениваясь короткими репликами. Как только Мира с Гаем вышли наружу, людей будто захватила волна: один за другим они поворачивались к Мире и замирали в ожидании.

За спиной, в шатре послышались приглушённые голоса.

— Ты знаешь, что с ней? — спросил Хадар. — Она такая странная.

— Я видела подобное у высших магов Ордена, — ответила Дарина и в её голосе прозвучал суеверный страх. — Она в трансе. Сейчас ею руководит Азар: его земля, его вода, его воздух.

— Ёпта! — только и выговорил Старший агент.

— Куда тебе нужно? — тихо спросил у Миры Гай.

Она молча указала на большой камень, лежавший между двух костров. Фиолетовая грибница густо опутала его, так что казалось, будто он покоится в фиолетовом коконе.

Осторожно, словно Мира могла рассыпаться, Гай подвёл её к камню.

— Теперь отойди, — попросила она и, увидев, что мужчина смотрит на неё с беспокойством, ласково добавила: — Всё будет хорошо, не беспокойся.

Он нехотя отступил.

Мира опустилась перед камнем на колени, положила на него ладони, почувствовала под пальцами едва заметную вибрацию. Будто кто-то выталкивал камень из земли, чтобы проложить себе дорогу. Мира закрыла глаза и отдалась ощущениям. Перед её мысленным взором закружились стены пагоды-храма. Сквозь знаки, которыми были исписаны стены, заструился свет. Казалось, знаки вырезаны на бумаге, обернутой вокруг огромной лампы. Или... веретена.

Вибрация стала сильнее, камень заворочался, словно старый тетерев в гнезде. Краем глаза Мира видела, что люди орукжили её взволнованным полукругом. Гай приказал всем держаться на расстоянии и не подходить ближе.

Неожиданно камень подбросило в воздух. Пролетев над людьми по дуге, он упал далеко в реку. А из того места, где он находился, вверх ударила струя воды — живительной и чистой. Она залила шипящие и коптящие дымом костры, с ног до головы облила Миру. Люди в ужасе шарахнулись в стороны, но было поздно: многие из них промокли до нитки. И вот чудо — с ними ничего не случилось!

— Откукренная! — робко воскликнул кто-то в толпе и робко слизнул с потрескавшихся губ попавшие на них капли.

Его крик тут же подхватили другие. Люди словно безумные начали плясать под струями, набирать полные пригоршни воды, умываться и плескать друг в друга.

— Набирайте бочки! — закричал Гай. — Этот гейзер не будет бить вечно!

Многие тут же бросились к ладье, каждый — кто за бочонком, кто за кружкой, кто за плошкой. Чем угодно, лишь бы в этом можно было сохранить воду. Всеми овладело безудержное веселье. Азарцы и мокрозявы хлопали друг друга по спинам, обнимались, обменивались кружками, говоря:

«Выпей моей воды! Такой ты ещё не пробовал!»

Посмотрев назад, Мира увидела у входа в шатёр Хадара и Дарину. У Старшего агента в прямом смысле слова отвисла челюсть, а магиня смотрела на Миру со смесью ужаса и преклонения.

Затем всё заволокло дымкой, и Мира провалилась в сон — безмятежный и счастливый, каких у неё давно не было.

Глава 7. Карл

— Карл! — раздалось справа.

Карл повернул голову и в гаснущем свете дня увидел идущего к нему по берегу Аждара. Длинного, худого, узкоплечего и нескладного, с продолговатой, словно вытянутой вверх головой и всегда какой-то жалкой, просящей улыбкой.

Они познакомились ещё в Башне в камерах для мокрозяв. Кукрить у Аждара получалось плохо, и боясь, что его пустят в расход, Карл подбил друга участвовать в турнире. Сам его готовил, но всё равно, когда Аждар отправился на турнир, был уверен, что тот не победит. Однако Аждар всех удивил. Говорили, ему просто повезло — противник участвовал от отчаяния и считал, что лучше пасть как мужчина на поле битвы, чем медленно превращаться в компост, кукря воду.

Когда Аждар вышел на свободу, Карл понял, что дальше находиться в Башне смысла нет и тоже вызвался участвовать в турнире. Победил, выбрал путь агента. Они с Аждаром так заранее условились, — стать агентами и дальше работать вместе.

Так они и шли бок о бок — неразлучные друзья. Даже один дом на двоих построили, разделённый лишь тонкой стеной. О том, что стену нужно было сделать потолще, Карл понял, когда Аждар женился на говорливой Риме, которая торговала в лавке на Рыночной площади. Торговля у неё шла бойко, для каждого покупателя у Римы была припасена шуточка-прибауточка. А уж если какой дурак выражал сомнение в её товаре, тут ему приходилось не сладко. Все знали, что у Римы голосище могучий, а язык ядовитый, что жало. Могла так ославить незадачливого покупателя, что долго не зайти ему потом на рынок. Такой же голосистой она была и по ночам. Тонкая стенка, разделяющая дома друзей прямо дрожала от её воплей. Карл даже завидовал Аждару: под ним женщины так ни разу не орали.

К слову, слышал Риму не только Карл. Одна из соседок, старая Ферта, как-то поутру спросила у Аждара:

— Что ты с ней по ночам делаешь, что она так орёт?

Аждар только смущённо улыбался. А на следующую ночь всё повторялось.

Карл измучился без сна, похудел, стал смотреть на всех зверем. Потом стал уходить спать в сарай, а свою половину дома выставил на продажу. Вот только кто же купит? Если и находился кто-то не знавший о ночных оргиях соседей, Ферта тащила к себе выпить браги и поболтать о том о сём. После чего покупатель пропадал, как утрений туман.

Но раздружило Карла и Аждара не это, а повышение Карла по службе. Сквозь тонкую стенку Карл слышал, как Рима злобно шепчет мужу:

— Ты пришёл а агенты раньше него, значит повысить должны были тебя! Говорю тебе, душу Виллу твой дружок продал. Вилл его своей магией наверх двигает.

— Угомонись ты! — в полголоса покрикивал Аждар на Риму. Но та не унималась и трещала:

— Был бы он тебе настоящим другом, и за тебя бы словечко замолвил!

Как не старался Аждар не обращать на слова склочной бабы внимания, они попали в цель. Между друзьями словно выросла стена — невидимая, но более толстая, чем разделяла их дома.

Когда Карл узнал, что его выбрали для сопровождения в Лес Старшего агента Хадара, он первым делом подумал, что это шанс наладить отношения с другом. Среди агентов ходили разговоры, что всех, кто поедет в Лес, потом особо отметит сам Великий Хранитель. Всё-таки не прохлаждаться едут, а спасать его сына и налаживать отношения с воинственным народом. Карл добился встречи с господином Майером, который набирал охрану, и попросил включить Аждара в сопровождающие.

— Гм, — глубокомысленно сказал агент Майер. — Ты можешь за него по`гучиться?

— Как за себя самого, — отчеканил Карл.

— Гм, — повторил Майер.

И записал Аждара в отряд сопровождения. Рима осталась довольна, даже начала смотреть через забор из цеплюча на Карла поприветлевее.

В походе всё было хорошо. Даже когда господин Хадар сделал Карла своим личным помощником, Аждар первый его с этим поздравил и сказал:

— Знаешь, ты достоин этого.

«Посмотрим, как заголосит Рима, когда узнает», — подумал Карл. Но вслух ничего говорить не стал.

И вот теперь Аждар окликнул его на пустынном берегу.

Оглянувшись, Карл увидел, как тот бежит, высоко поднимая длинные худые ноги.