Кирилл Волков – Серый цвет не для героев (страница 47)
— К кому? — изумился Райан. — К прорицательнице?
— Именно к ней. А что, с ней что-то не так? Насколько я знаю, в начале года она всё ещё была в Хогвартсе?
— Она и сейчас здесь, но… Она… Она точно сможет помочь? Какая-то она… несерьёзная, что ли?..
— О, не стоит недооценивать Сибиллу, молодой человек. При всей своей экстравагантности она знает своё дело. А тот факт, что Дамблдор взял ее на должность преподавателя… Альбус тоже порой ведёт себя… оригинально, но вот к подбору учителей он относится более чем серьёзно.
— Допустим, но тут еще один момент — я уже как-то пробовал к ней подходить, хотел… Что-то. Ой.
— Я предполагаю, что там произошло, хоть и не вижу самого разговора. Если она снова откажет — сошлись на меня. Думаю, этого будет достаточно.
— А может…
— Нет, нет. Давайте не будем начинать сначала? Я уже сказала всё, что могла. Давайте на этом закончим — продолжение разговора может навредить и вам, и мне. Лучше поспешите воспользоваться моим советом — у вас не так много времени…
Райан с тяжелым вздохом стянул шляпу с головы и встретил удивленные взгляды Дамблдора и Невилла.
— Ах да, Гриффиндор, — запоздало спохватилась шляпа. — А теперь верните меня на место, будьте добры.
Дамблдор молча взял у Райана старую ворчунью и поместил на шкаф, предварительно протерев его рукавом мантии.
— Мистер Смит, — позвал он негромко, дождавшись, пока Невилл, неловко пробормотав "досвиданья", скроется за дверью. — Если честно, я был уверен, что вы пришли исключительно чтобы поддержать своего однокурсника, но… судя по всему, ваши сомнения были куда глубже… и не столь очевидными. Надеюсь, теперь вам стало легче?
— Да, директор. — кивнул Райан, стоя вполоборота. — Спасибо за помощь, это… это было для меня очень важно.
— Что ж, я рад. В конце концов, я здесь именно для этого — чтобы помогать детям.
Операция по перехвату профессора прорицания была реализована тем же вечером. Все подходы к башне Трелони были перекрыты, а сам Райан засел у подножья лестницы, служащей единственным путём внутрь. Снова давать ей возможность сбежать он был не намерен — слова шляпы о том, что времени у него не так много, изрядно так бодрили и побуждали к решительным действиям.
Сибилла Трелони шла по коридору слегка покачиваясь и мурлыкая что-то себе под нос. Засады она совершенно не ожидала, и когда перед ней внезапно вырос невысокий силуэт, вскрикнула и попятилась.
— Что… кто… о, это снова вы?! — испуг сменился возмущением. — Кажется, в прошлый раз я довольно ясно дала понять, что ваши шутки неуместны!
— Извините, конечно, но мне не до шуток, — мрачно ответил Райан. Он прилично приложился к флакону, когда заслышал ее шаги, но зелье ещё не успело подействовать. — Мне нужна помощь. Вероятно, по вашей специальности, потому что распределяющая шляпа сказала обратиться именно к вам.
— Что? Шляпа? Что за глупости! — рассердилась Трелони и попыталась его обойти. — Глупые, смешные придумки! Оставьте меня в покое, иначе я пожалуюсь вашему декану! То, что мой предмет не пользуется популярностью, еще не повод…
— Мне. Нужна. Помощь, — зло отчеканил Райан, вновь заступая ей путь. — У меня уже месяц постоянно болит голова, а шляпа отказалась мне что-то рассказывать, потому что ей видите ли запрещено вредить ученикам! У всех в этом замке какая-то нездоровая страсть к тайнам и секретам, никто ничего прямо не говорит, все только намекают и строят из себя черти что! Шляпа сказала, что вы знаете свое дело, и сможете помочь. Вы — знаете? Сможете? Или мне не тратить время и искать помощи в другом месте?
Прорицательница внимательно посмотрела на него поверх очков.
— Месяц болит, говоришь? — задумчиво спросила она. — И как ты это пережил?
Райан достал из кармана полупустой пузырек и поболтал им в воздухе.
— Поднимайся, — обреченно вздохнула Трелони. — Поговорим в кабинете…
Кабинет… впечатлял. Чем-то он отдалённо напоминал директорский, только вместо портретов, артефактов и механизмов здесь были всевозможные кристаллы, стеклянные шары, колоды карт, наборы посуды, свечи и подставки для благовоний. Все та же атмосфера восточного базара, только в более… женско-мистическом исполнении.
Трелони смахнула со стула кучу каких-то тряпок и подвинула его к столу, махнув Райану садиться. Сама уселась напротив и внимательно уставилась на него немигающим взглядом.
— Рассказывай, — буркнула она.
Райан поколебался и выдал ей "слегка" подредактированную версию — ту, в которой не было ночных походов, подозрений в адрес директора и профессоров, пыточных заклинаний в ночи и оторванных пальцев Квиррела. Получилось все равно довольно долго и запутанно. Тем не менее, профессор внимательно выслушала его, не перебивая. Когда закончилась финальная часть, со словами шляпы, которые мальчик попытался повторить дословно, профессор поджала губы и задумалась.
— Так, — решила она наконец. — Давай-ка для начала кое-что проверим.
Она ловко вытянула один из множества амулетов, висящих у нее на шее — круглый, с белым камнем в центре.
— Держи его крепко, — приказала она Райану. — И больше ничего, просто держи.
Сама она ухватилась за противоположный край металлического кругляшка. Пару минут они напряженно чего-то ждали, но амулет никаких признаков жизни не подавал. Райан уже хотел было уточнить, чего же они ждут, когда камень в амулете слабо засветился — едва-едва, если бы в комнате не царила полутьма, они бы этого и не заметили, пожалуй.
Трелони результат слегка обескуражил — она растерянно потрясла амулет, но ничего не изменилось.
— Ага. — сказала прорицательница и выбросила амулет куда-то на полку. — А что тогда?
— Может быть, вы что-нибудь мне расскажите? — предложил Райан. — У вас, надеюсь, нет всяких магических обетов?
— Ты даже не представляешь, сколько, — отстраненно ответила прорицательница, продолжая напряжённо что-то обдумывать. — Но это к делу не относится. Так… рано тебе, конечно, это всё рассказывать, а что делать? Ты же наверняка что-то упустил, что-то важное. Ну и правильно, откуда тебе знать, что важно, а что нет. Итак — что ты знаешь о прорицании?
— Ээ. Ничего?
— Глупостей не говори. Как минимум, тебе знакомо это слово. А значит, твоя магия откликается в соответствии с теми смыслами, которые ты в него вкладываешь. Ну?
— Прорицание — это искусство заглядывать в будущее, — Райан развел руками. — Это буквально всё, правда. Раньше я вообще думал, что такого не бывает, и это всё обман. Но если тут его преподают, значит, магия это может.
— Магия может всё. Другой вопрос — какой ценой, — хмыкнула женщина. — Ладно, давай я пройдусь по основам, чтобы ты меня хотя бы немного понимал. Прорицание — редкий дар, очень редкий. Обучить ему невозможно — это даётся с рождения.
— А…
— А я тут сижу для того, чтобы вовремя выявить людей с этим даром, и научить с ним жить. Не перебивай. Кроме самого факта наличия дара, важна еще и его сила. Это как будто, — она пощелкала пальцами, подбирая слово. — Как будто окно в будущее у тебя в голове. У кого-то оно огромное — и маг постоянно самопроизвольно проваливается в видения возможных событий, со временем перестает различать, что реально, а что нет, и сходит с ума. Тебе повезло — твой дар слаб. Очень слаб, буквально на грани. Чтобы заглянуть в
— Ээ… — Райан завис, не зная, что же сказать. Ответить утвердительно после рассказанной им отцензуренной версии событий было бы… странно? — Видите ли, я… возможно, не помню некоторых событий. — наконец нашёлся он. — Так что не могу ничего утверждать наверняка.
— Еще лучше, — вздохнула Трелони. — Ладно, давай попробуем по-другому…
Она нырнула вглубь стенного шкафа и извлекла оттуда стеклянный шар — на первый взгляд, точно такой же, как и десятки других, стоящих повсюду на полках. Вот только в центре этого висела маленькая черная точка.
— Клади руки на подставку, — скомандовала женщина, аккуратно касаясь шара кончиками пальцев. — И смотри внутрь. Постарайся не моргать, по возможности.
Райан тут же захотел моргнуть, и пару секунд боролся с этим дурацким желанием… а потом в шаре стало твориться что-то странное, и он забыл обо всём, вглядываясь в кипящие внутри стеклянной оболочки теневые фигуры. Они мельтешили, перекрывая друг друга, вырываясь на первый план, их становилось все больше и больше… Мальчик изо всех сил пытался разобрать, что же они показывают, какие картины рисуют — всё это отчего-то казалось ему невероятно знакомым, но при этом он не мог разобрать толком ни один из образов… ощущения при этом были как тогда, когда пытаешься вспомнить какое-то слово, а оно крутится где-то на границе и никак не даётся, вызывая эдакую мозговую щекотку. Вот только теней было много, и это ощущение в голове Райана стремительно нарастало, не давая сконцентрироваться ни на чем, он всё смотрел, смотрел… а затем шар вырвался из его скрюченных от напряжения пальцев и с грохотом разбился о стену — за мгновение до того, как тени вырвались бы за его пределы.