Кирилл Волков – Серый цвет не для героев (страница 39)

Несмотря на все старания, первое место в неформальном зачете продолжала удерживать Оливия, удерживая своих ближайших преследователей — Рона и Драко — на приличной дистанции. Справедливости ради, два других участника от Хаффлпаффа плелись в самом конце списка, сглаживая некоторый абсурд ситуации. В командном зачете боролись зеленые и алые, как и должно быть, по мнению представителей этих факультетов.

Периодически поглядеть на их поединки заглядывали старшекурсники, и даже хвалили, но участвовать отчего-то не спешили — у них хватало других, более интересных занятий.

Даже квиддич оказался не так плох, как казался, особенно если не участвовать, а смотреть со стороны. К сожалению, в этом сезоне состав гриффиндорской команды был далек от идеала, и пока что, несмотря на все старания Вуда, им не удалось одержать ни одной победы. Возможно, в следующем полугодии, будет шанс против барсуков… хотя Райан уже отучился недооценивать этих скрытных полосатых засранцев.

Единственной ложкой дегтя было зельеварение, а точнее — его преподаватель. Снейп и так-то не был особенно дружелюбным, а в его присутствии и вовсе становился невыносим. И вроде бы на первый взгляд он не делал ничего такого, даже зелья Райана и его напарницы оценивал ничуть не более пристрастно, чем у остальных, но… это ощущение недружелюбного взгляда в спину… и ладно бы его собственные ощущения — у него были свидетели. Все друзья в один голос подтверждали, что зельевар определенно к нему неравнодушен.

— Может быть, он догадывается, что… ты что-то вспомнил? — предположила Гарриет на одном из редких собраний "кружка посвященных".

— Может быть. Вот только я-то ничего не вспомнил! По крайней мере, ничего полезного.

Оставалось лишь игнорировать происходящее по мере возможности и надеяться, что все в конце-концов как-то разрешится.

Тем удивительнее было для самого Райана, когда на вопрос Макгонагалл он решительно ответил "остаюсь!".

Почему? Кто знает. Хогвартс определенно не успел стать для него новым домом, но… что-то в нем было. Какое-то волшебство, во всех смыслах этого слова.

А потом каникулы наступили, и замок опустел.

И как думаете, кто, кроме их троицы, пришел на очередной раунд турнира в субботу, на следующий день?

— Так, красные жульничают. Какого черта вас трое? — заявила мелкая язва, едва они появились на пороге.

— А чего еще от них ожидать? — подхватил Драко. — Гриффиндор…

— Эй! — возмутился Рон. — Что за бред? Мы деремся один на один, при чем тут количество? И вообще, что вы здесь делаете?

— То же, что и вы, — фыркнула Оливия. — Ты не очень умный, да?

— Вам разве не надо быть дома, на всяких пафосных новогодних приемах?

— Не, ты чего. — отмахнулась девочка. — Я же не Малфой какой-то, слава всем богам.

— А меня отец завтра заберет, через камин, — улыбнулся Драко. — Так что этот вечер могу потратить на то, чтобы разъяснить кое-кому, как надо держать палочку.

— Это еще кто кому покажет! — Рон начертил на стене перечеркнутый квадрат, активируя страхующие чары, и зашагал к платформе, подтягивая рукава.

— Может, оставим их тут, пусть поиграют? А сами прогуляемся? — предложил Райан Гарриет. Его вся эта суета с "непримиримыми" скорее забавляла. Задумка со слизеринцами сработала даже лучше, чем он ожидал — все получили то, что хотели, и даже больше. Но иногда самые активные начинали перегибать, и приходилось их одёргивать. Иногда Райан начинал чувствовать себя родителем кучи беспокойных малолеток.

— Куда собрался? — возмутилась Оливия. — А меня кто будет развлекать? Рыжий слишком дуболом, а ты хоть иногда показываешь что-то интересное.

— Я тебе покажу дуболома, — пообещал Уизли, крутя шеей и подпрыгивая. — Вот только с этим закончу! Три… два…

На следующий день Гарриет спустилась к завтраку задумчивая, крутя в руках какой-то свёрток.

— Это что? — спросил Рон, уже жующий что-то за столом. Из-за того, что в замке остались считанные единицы, столы в большом зале не накрывали, устроив доставку еды по гостиным.

— Это… написано, что это вещь моего отца.

— И… тебе ее передали только сейчас?

— Ага, я тоже подумала, что это довольно странно.

— А что это вообще?

Гарриет разорвала обертку и вытащила оттуда что-то из легкой, едва заметно мерцающей ткани.

— Мантия, вроде…

Повертев ее в руках, девочка набросила ткань на плечи… и наполовину растворилась в воздухе. Рон при виде этого подавился куском пирога и закашлялся. Кое-как справившись с напастью с помощью стакана воды, он выпалил:

— Мантия-невидимка! Настоящая!

— Да вижу я, что невидимка, — задумчиво сказала Гарриет, пропуская струящийся подол мантии между пальцами. — Но вопросы те же самые — зачем она мне и почему сейчас?

— Постой, я что-то вдруг подумал… твои родители же были волшебниками, правильно? И вроде бы даже чистокровными?

— Кажется, только отец…

— Ладно, пусть отец. Вряд ли у него была одна только мантия, а?

— Хочешь спросить, где все остальное?

— Ага. Есть идеи?

— Ну, скорее всего, у того же, кто принес эту мантию. В спальню для девочек.

— Вряд ли вы о домовом эльфе, да? — попытался разрядить обстановку Рон.

— Домовой эльф?

— Ну, это магические слуги замка… готовят еду, убираются. Они обычно ходят по ночам, когда все спят, или когда никого нет в комнатах…

— А почему их никто не встречает? Они тоже невидимые?

— Да вроде нет… но они умеют телепортироваться.

— Ага. Магические существа, которые ходят повсюду, и не факт, что не умеют в невидимость. А кому они подчиняются?

— Директору, кому же еще? Ну и деканам, наверное.

В этот момент Райан понял, что жалеет о своем недавнем решении остаться в замке. Вот только поезд уже ушел — опять же, в прямом и переносном смысле.

Глава 22

По большому счету, наличие невидимых наблюдателей ничего не меняло — и до этого было понятно, что у руководства школы есть какой-то способ следить за происходящим, но по какой-то причине директор и профессора не злоупотребляли этим способом, позволяя школьникам довольно свободно себя чувствовать — в том числе в плане некоторого вольного отношения к школьным правилам.

Выспросив у Рона все, что было ему известно о домовых эльфах, и дополнив это тем немногим, что удалось разыскать в книгах без участия их признанного эксперта, Райан окончательно запутался. С одной стороны, этим "магическим слугам", а по факту — рабам, приписывались какие-то сверхъестественные даже для волшебников способности. Эльфы не пользовались классической палочковой магией, но взамен обладали своей, особенной — более грубой, более узкоспециализированной, но при этом невероятно мощной. Они были способны игнорировать большую часть защитных формаций, телепортироваться куда угодно по желанию, одолеть едва ли не любого волшебника в открытом бою — но последнее лишь теоретически. По факту большая часть, если не все, эльфы были связаны сложным клубком клятв и ограничений, не позволяющих им причинять вред волшебникам — кроме случаев прямого приказа хозяина, и то с рядом нюансов.

Хогвартс обладал собственной общиной магических слуг, за счет которых и функционировала немалая часть его обслуживающих систем — вся готовка, уборка, текущий ремонт лежал на их плечах. При этом вроде как формально директор Хогвартса не считался их хозяином, а значит, не мог приказать им следить за конкретным учеником, так как это теоретически подпадало под пункт о "косвенном вреде", но тут книги во многом противоречили друг другу, и школьники вынуждены были оставить изыскания до лучших времен — по крайней мере до окончания каникул, когда решение этого вопроса можно будет свалить на профессионала.

А дальше… дальше стало скучно. Профессора были заняты своими делами, и троица гриффиндорцев оказалась предоставлена сама себе. Вдобавок Гарриет то и дело куда-то пропадала, используя свой свежеподаренный артефакт. Возвращалась она уставшая, с темными кругами под глазами, но от из вопросов отмахивалась, отговариваясь желанием побыть одной, плохим настроением, плохими воспоминаниями… Но поделать с этим Райан с Роном ничего не могли — мантия-невидимка надежно защищала свою хозяйку от желающих за ней проследить.

Все, что им оставалось — сидеть в гостиной и рубиться в живые шахматы, в которых Рон оказался неожиданно хорош. Если бы он еще не цапался постоянно со своими "солдатами", из-за чего те порой назло ему "промахивались" мимо клеток, шансы у Райана были бы и вовсе невелики. А так они держали баланс где-то два к одному, и интерес к игре не терялся ни у одного, ни у другого.

Вот и в этот раз белый слон с преувеличенно-рассеянным выражением крохотного лица сунулся вперед, выходя под удар ладьи. Под возмущенные вопли рыжего его закономерно сняли с доски, и положение белых стало безнадежным.

— Сдаешься? — лениво спросил Райан, потягиваясь.

Ответом ему было недовольное сопение. Интересно, почему Рон не пользуется функцией отключения псевдоживого поведения фигур? Не догадывается, или это для него принципиальный момент?

Дверь в гостиную бесшумно отошла в сторону, пропуская… пустоту.

— Так, — оживился Райан, вставая. — А ну-ка, помоги. Нужно срочно проверить гостиную, вдруг к нам пробрался вражеский шпион.

Рон охотно включился, между делом зацепив доску и сметя на пол возмущенно пищащие фигуры.

Ловить невидимку было не слишком сложно — пышный ворс ковра позволял отслеживать его перемещения довольно легко, но тот оказался крепким орешком и отказывался легко сдаваться, мечась из стороны в сторону и не гнушаясь перепрыгивать через диваны, кресла и подушки. В итоге дело решил героический прыжок Рона, который получил неслабый пинок под ребра, но и цель уронил.