Кирилл Волков – Полный перебор (страница 43)
Павел почувствовал себя немного неловко — как человек, пришедший на обычную вечеринку и обнаруживший, что она костюмированная. Вроде бы и ничего страшного, но ощущаешь себя голым… Он хотел было спросить, когда же придет время к его переоблачению (или превращению?), но замешкался в попытке понять, к кому обратиться с этим вопросом. Лидером и главным стратегом в их группе, несомненно, являлся Крыс, и скорее всего ответить мог только он. Но как с ним заговорить, если он где-то внутри огромного насекомого? Проблема. Павел неуверенно постучал по костяной пластине, но никакой реакции не заметил. А спустя секунду ему стало не до того — многоножка пронеслась сквозь завал из растительности и вырвалась на здоровенную просеку, проложенную в джунглях. Совсем рядом — в паре десятков метров от них — ворочалась туша того, кто эту просеку сделал.
Ну, скажем так, это был не самый крупный мутант, который встречался Павлу за время его странствий. Но он был гораздо, гораздо крупнее того, которого бы Павел
Следующие несколько минут Павел был очень занят — пытался отбиться от взбесившихся щупалец Тифа, для которого внезапное катапультирование оказалось не меньшей неожиданностью. Когда он наконец освободился и встал на ноги, нервничать было поздно — серая лента многоножки сползала с неподвижного тела несчастного мутанта. Либо его броня оказалось куда менее прочной, чем у ящера, либо новая ипостась Крыса более опасной, но этого соперника он пришиб походя, будто разделал пачку куриного филе.
Многоножка подползла к Павлу, изогнулась на манер атакующей кобры и проскрипела:
— Вперед, боец. Надеюсь, с шаблоном ты закончил. Постарайся побыстрее, времени мало. Нас вот-вот заметят.
Голос Крыса был вполне узнаваем, лишь приобрел скрежещущий, «насекомый» акцент.
Павел настороженно оглядел поверженную тушу — на первый взгляд та выглядела безобидно, но ведь…
— А разве… не нужно подождать какое-то время, чтобы там внутри… — неуверенно пробормотал он.
— Нет. — оборвал его Крыс. — Все уже готово, иди. И я ни хрена не шучу про время.
За спиной раздалось громкое хлюпанье — позабытый всеми Тиф дал о себе знать. Оглянувшись, Павел пронаблюдал впечатляющую картину — невзрачный кокон развернулся, и на его месте появилось нечто вроде… гидры. Многоголовое чудовище. Короткие лапки, неуклюжее бочкообразное туловище — и несколько десятков хищных пастей на длинных шеях, плавно движущихся в едином ритме относительно друг друга. Часть голов явно предназначалась для ближнего боя — полностью закованные в сегментную костяную броню, со здоровенными крокодильими челюстями. Остальные — уже знакомые «плевательницы», но, само собой, в гораздо лучшей форме.
Впечатляет. Очень опасное… и даже красивое, пожалуй, существо.
— Бегом! — голос Крыса оторвал Павла от сцены пробуждения и заставил резко сорваться на бег. За пару секунд преодолев расстояние до развалившейся туши, он замер в растерянности. Как бы… и что? Что с этим всем делать-то?
— Не тупи, суй руки! — раздражения в голосе Крыса становилось все больше. Мудак, нет бы нормально объяснить! Неет, все тянул, темнил, а теперь лается какого-то черта. Павел, морщась, подобрался поближе к широкой пробоине в шкуре мутанта и, задержав дыхание, приложил к ране запястья. Чувствовал он себя по-идиотски, как какой-то сектант, срисовавший круг призыва из купленной за сто рублей фантастической книжки и ожидающий появления всамделишного архидемона.
Простояв так пару минут и не заметив никаких изменений, Павел догадался окликнуть Сима. Тот задумчиво ответил:
— Я почти подключился/согласовал. Скоро/ближайшее время…
Павел кивнул и сосредоточился на своем шаблоне. Вряд ли это было так уж необходимо — ведь Сим знал ровно то же самое, что и он сам — но хоть позволяло отвлечься и немного успокаивало.
Какое-то время продолжались невидимые переговоры, потом, видимо, стороны пришли к согласию. Панцирь дохлого мутанта с громким треском лопнул, расширяя пробоину. Плоть мутанта выплеснулась, захватывая руки Павла и начала ползти вверх, к плечам. Выглядело все это откровенно не очень, и удержаться от панического бегства под дикие вопли стоило парню определенных усилий. В конце концов, он ведь сам этого хотел?..
А потом волна плоти дошла до шейных разьемов, и пошла жара.
Павел привык к аккуратным, упорядоченным мыслям Сима — еще до того, как те превратились в слова, но это… Это была дикая, неуправляемая волна разномастных эмоциональных воплей, которые разом ворвались к нему в голову, разом превращая ее в адский балаган. Бедный переводчик не в силах был обработать даже часть из этого потока сознания, поэтому о смысле этих сообщений, вдобавок ко всему заглушающих друг друга, оставалось только догадываться. Все, до чего додумался Павел, это швырнуть навстречу воплям своего воображаемого зверя, образ которого он до сих пор держал в голове, и приправить его ощущением уверенности и решимости. А потом он держался, долго, очень долго. Целую жизнь, а то и несколько.
В его голове паниковали, метались, вопили сотней голосов, что-то спрашивали, что-то доказывали, просили, требовали — а он держал фигурку, как боевое знамя, и только крепче сжимал челюсти. В конце концов, когда-то это закончится. Сим сделает что-нибудь с этим, он обещал.
На самом деле Сим ничего не обещал, ни в чем не был уверен и в этот момент находился в состоянии, которое человек назвал бы паникой. К счастью для Павла, он этого не знал. И к счастью для них обоих, Сим не был человеком. Его эмоциональный блок являлся автономным, и совершенно не мешал работе остальных. А, как известно, в сложных ситуациях главное — не терять головы. Если, конечно, она у вас еще есть.
На лесной просеке с удобством устроились два крупных мутанта. Их мощные органы чувств внимательно сканировали окрестности в огромном радиусе, но внимание обоих было приковано к происходящему рядом. Там безжизненно вытянулось тело их собрата. Ну, почти собрата — при условии, что он до сих пор жив и до сих пор считает себя человеком.
— Да ну, — раздраженно протянула гидра. — Ты шутишь, что ли. Ему конец. Хоть бы потренировался сперва… Слышишь? Пиздец ему, говорю.
Его собеседник раздраженно цокнул жвалами. Однако, когда он заговорил, его голос звучал совершенно спокойно.
— Я не пойму, ты куда-то торопишься? Нет? Вот и заткнись. Какая разница, получится или нет. Все равно он кого-нибудь да отвлечет, не боем свяжет так заставит подозревать ловушку.
Многоножка вдруг тревожно дернулась и вытянулась вверх, упершись в землю всего четырьмя лапками. Ее голова закрутилась из стороны в сторону, как локатор. Кажется увиденное оказалось именно тем, что ожидалось, во всяком случае, в щелканье жвал слышалось удовлетворение.
— Идут, — проскрипел Крыс, опускаясь. — Как мы и думали.
— Все? — взволнованно переспросил гидра-Тиф. — И…
— Да. — оборвал его Крыс. — Все. Не раскисай, нужно еще разобраться с этим зверинцем.
Гидра промолчала — лишь ее головы хищно оскалились, продолжая свой завораживающий танец.
Тем временем позабытый всеми третий мутант медленно поднялся на ноги. Бронированный корпус плавно развернулся, огромные клешни приподнялись, принимая угрожающее положение. Толстый хвост изогнулся, направляя вперед костяное жало сложной формы.
Скорпион-гигант замер, готовый атаковать и защищаться.
— Ты в сознании? — проскрипела многоножка, с любопытством изучая вероятного союзника. — Понимаешь меня?
Скорпион помолчал с минуту, затем с усилием выдохнул:
— Да.
Ощущения от нахождения внутри боевой формы были… престранные. Но, по крайней мере, из головы исчез жуткий бедлам, творившийся там последние несколько минут. Или часов? В процессе изменения Павлу было не до наблюдений за временем. Симу, видимо, удалось упорядочить схему управления и замкнуть на себя все информационные потоки — спасибо ему большое.
Поле зрения немного ужалось и приобрело необычные очертания — Павел явно «смотрел» не своими глазами. Родного тела он вообще практически не чувствовал — вместо него на попытки пошевелиться реагировала внешняя оболочка. На удивление, управлять ей было совсем не сложно, даже не пришлось привыкать — за эти чудеса отвечала целая цепочка разноуровневых ядер-«мозгов», транслирующих и изменяющих мысли Павла. И никаких тебе задержек, ошибок маршрутизации — очень, очень круто для огромной сложной системы, сляпанной на коленке из вторсырья.
Одно плохо. По просьбе Павла Сим вновь визуализировал схему финальной версии их скорпиона, и ее желтый цвет с сочно-розовым человечком в центре откровенно напрягал. Увы, это были закономерные последствия суперскоростной трансформации, и с ними оставалось только смириться.
Павел поднял скорпиона на ноги, пошевелил клешнями, хвостом. Наблюдавший за ним Крыс невозмутимо справился о самочувствии. И как прикажете отвечать? Тут вообще предусмотрена аудиосистема?
— Да. — так, тест прошел успешно. Чем-то он разговаривает. Голос, правда, отвратный, что есть то есть. Хотя, он же скорпион, в конце концов, а не единорог какой-нибудь.