Кирилл Волков – Полный перебор 2 (страница 37)

— Я правильно понимаю, что такая стая тут далеко не одна? — задумчиво спросил Алекс, рассматривая впечатляющие клыки лежащей рядом оторванной головы. При желании он мог встать в этой пасти в полный рост… наверное.

— Правильно понимаешь. В прошлый раз мы перебили таких с десяток… правда, шли довольно шумно.

— Ага. А потом будет охрана Центра — которая куда сильнее.

— Намного сильнее. Вдобавок, кроме стай тут крутится куча одиночек, некоторые из которых довольно сильны сами по себе, за счет необычных способностей.

— И на что мы рассчитываем при всем при этом?

— На авось, конечно. Ты не русский, что ли?

— Татарин наполовину, — признался Алекс.

— Плохо, — вздохнул скорпион. — Тут без авося не обойтись.

— А что такое… "авось"? — спросил заинтересованный голос жука, все это время молча наблюдавшего за происходящим.

— Хм. Тебе, дружище, не понять. Уж ты-то точно не русский.

— Ты уверен? — хмыкнул Павел. — Тогда что он тут делает?

— Кстати да. Дружище жук, а почему ты до сих пор с нами?

Что ответил бы жук, осталось неизвестным — с края поляны донеслось отчетливое чавканье, на которое весьма живо среагировали все присутствующие. Схватка со второй стаей — последнее, чего им сейчас хотелось бы. К счастью, тревога оказалась ложной — это были всего лишь крокодильчики-ведомые, закусывающие бесхозным мясом, разбросанным тут и там глупыми демонами.

— Да, кстати, а кто-нибудь видел нашего друга ящера?..

***

Пересборка гидры заняла меньше часа — удивительно мало с учетом того состояния, в котором ее выкопали. Новая версия была куда компактней, менее защищенной, но все такой же дерзкой и самоуверенной.

Поскольку желающих второй раз бежать на выручку поедаемому товарищу не было, Тифа загнали в центр колонны и строго-настрого запретили отходить куда бы то ни было — никакой разведки, никакой свободной охоты, никакого, в общем, праздника.

Так как по результатам прошлого боя Тиф не мог утверждать, что даже теоретически справился бы самостоятельно, ему пришлось смириться и плестись вместе со всеми, ноя на несправедливую судьбу. Впрочем, стоило на их пути попасться мало-мальски серьезному мутанту, как гидра с нездоровым энтузиазмом выкатывалась вперед, торопясь поучаствовать в разборках.

Мутанты попадались частенько — правда, к счастью, пока лишь одиночки и мелкие группы. По словам Миледи, это было необычно, раньше плотность стай была куда выше. Бедный Алекс сидел весь мокрый, всматриваясь в джунгли на пределе действия своего радара, но не видел ничего сравнимого по численности с первой стаей. Все шло слишком хорошо, и оттого нервировало еще сильнее.

Наконец, кто-то вспомнил, как ящер в первую встречу играл с дальностью радара сенсора, ослабляя и усиливая его с помощью своих ментальных способностей.

Ведущий, уныло тащившийся в отдалении вслед за колонной, был немедленно выловлен и озадачен созданием усиливающего поля. Нервно оглядываясь на странных демонов, ящер поудобнее перехватил глефу и прикрыл глаза, концентрируясь.

Какое-то время стояла мертвая тишина — Алекс и ящер медитировали, остальные сверлили их напряженными взглядами. А затем сенсор стремительно побледнел и распахнул глаза с расширенными по пять копеек зрачками.

— Они вокруг! — выдал он хриплым шепотом. — Повсюду вокруг! Закручиваются одним сплошным кольцом, и оно постепенно сужается! Их там просто тьма, они сливаются в одно сплошное пятно!

— Ну вот и дождались, — хекнул Герцог. — Что делаем?

— Бежим, что же еще, — отозвалась Миледи, плотно скручивая боковые ветви вокруг основного тела.

— Вперед или назад? — усмехнулся рыцарь, с сомнением разглядывая короткие скорпионьи лапы.

— Самое время определиться, если кто-то еще не успел. — по голосу было совершенно непонятно, говорит ли Миледи всерьез или нет. Тем не менее, желающих в одиночку прорываться сквозь кольцо окружения не нашлось, и экспедиция пошла на прорыв. На прорыв вперед, само собой.

Скорпион совершенно не тянул по скорости, и его, зло и немного панически ругаясь, кое-как взгромоздили верхом на многоножку. Конструкция получилась немного нелепая, зато отряд резко ускорился почти вдвое. Стволы деревьев со свистом проносились мимо, хруст и грохот от снесенных по ходу движения молодых растений стоял на весь лес, но это уже никого не волновало. Прятаться было поздно — смертельное кольцо сжималось все сильнее. Пока его видел только Алекс, но достаточно было взглянуть на его лицо, чтобы оценить всю серьезность ситуации.

— Главное, не дайте себя зацепить! — инструктировал на ходу Герцог. — Малыши, держитесь крепче и сбивайте все, до чего дотянетесь. Алекс, в какую сторону вращается кольцо?

— По часовой, — отозвался белый как бумага сенсор. Его голова раскалывалась от сверхусилий, но оторвать внимание от гипнотического вращения было выше его сил.

— Значит, берем правее и пробуем проскочить по касательной… Рат, ты не хочешь поменять форму? Было бы очень неплохо немного сравнять количество.

— Рано, — невозмутимо отозвалась многоножка. — Для козырей слишком рано. Кроме того, ты сам сказал — надо убивать быстро, убивать и бежать. А с моей второй формой так не получится — пока все не умрут. Или они, или мы.

Глава 21

Приближение смертельного кольца было заметно невооруженным глазом — даже тем, кто обладал весьма посредственными человеческими органами чувств.

Трудно не заметить, как в нескольких десятках метров от тебя некая неостановимая стихия сносит громадные деревья одно за другим, и эта смертельная область плавно надвигается, обещая вот-то сомкнуть на тебе свои стальные объятья.

Попадать в эти жернова никому не хотелось, и группа неслась на прорыв со скоростью, которой сами от себя не ожидала. Увы, бег спасает не всегда — и этот случай был как раз из тех.

— Приготовьтесь, идем на прорыв! — прокричал возглавлявший группу Герцог, группируя свой доспех во что-то наподобие тарана — сцепленные перед грудью руки образовали клин, голова втянулась в плечи, туловище немного сплющилось и просело для большей устойчивости. В таком виде внешняя форма уже не напоминала рыцаря — она напоминала чудовище, с которым рыцарь должен был сражаться. Увы, чудовища обычно куда более живучи, а когда речь идет о жизни и смерти, красоте зачастую не остается места.

Стянувшись в плотную группу и забросив самых уязвимых в центр, они проскочили неширокую полосу зелени, что отделяла их от живого кольца, и вонзились в полноводный поток мутировавшей плоти. Это была воистину река — составленная из многих тысяч тварей всех видов и размеров, она двигалась с мерным и безжалостным равнодушием, стирая в пыль все на своем пути. Мутанты с одинаковым безразличием топтали кусты, деревья, своих товарищей, имевших несчастье попасться им под ноги. Пощады не было никому.

Кто бы ни управлял этим безумием плоти, он был не всемогущ и пожертвовал точностью управления ради массовости. Мутанты, составлявшие кольцо, были куда более инертны, чем та же напавшая на Тифа стая. Они просто неслись вперед, круг за кругом, игнорируя все происходящее рядом. В процессе они неизбежно цепляли друг друга когтями, шипами и прочим арсеналом, который в избытке усеивал мощные тела и хищников и травоядных, но игнорировали сопутствующий ущерб, продолжая свой бег.

Группа людей и нелюдей вошла в поток тел, как в бурную реку — с шумом и брызгами. С десяток мутантов, потерявшие равновесие и упавшие от толчка, моментально превратились в кровавый фарш.

— Держитесь! — крикнул Герцог, пытаясь поймать верный угол движения. Тут сейчас действовали те же правила, что и при преодолении водной преграды — нельзя идти против течения, нельзя идти поперек — только вдоль, удерживая равновесие, компенсируя давление потока и плавно смещаясь к противоположному берегу. Вот только вода в процессе не пытается вас укусить, забодать или треснуть чем-нибудь тяжелым по голове.

Скорость движения резко упала, они не бежали, а буквально плыли, расталкивая тела и раздавая ответные удары. Более-менее свободны для активной обороны были лишь Павел, Тиф и замыкавший процессию ящер — тот, правда, в первую очередь оберегал стаю своих ведомых, которые тащились перед ним, как стадо овец перед пастухом. Многоножке для атаки пришлось бы покинуть строй — ей требовался, так сказать, полный контакт, и в текущих условиях Рат мог уже не вернуться обратно, по крайней мере, в исходном виде. Герцог был занят выбором направления, а от малышей, как их прозвала Миледи, и вовсе никто ничего не ждал. Старик пробовал стрелять, но его пули воистину были дробинами для слонов.

Стоя на спине скорпиона, Алекс и Локи напряженно всматривались вдаль, пытаясь увидеть внешнюю границу кольца. Пока не получалось. Из носа сенсора текли струйки крови, которые он машинально стирал рукой — перенапрягшись с максимальным радиусом обзора импланта, Алекс временно потерял возможность видеть что бы то ни было и вынужден был вернуться к истокам — несовершенным человеческим глазам.

Один из самых крупных крокодилов, составляющий внешнее кольцо стайки ведомых, замешкался и попал под копыта тяжелобронированного мутанта, напоминающего костяной шар. Казалось, что он обречен, но ящер явно был намерен любой ценой довести свою паству до цели. Он с места совершил головокружительный прыжок и всем весом ударил в броненосца, запуская его наподобие шара для боулинга. Тяжелая туша пробила целую просеку в рядах противника, дав пострадавшему крокодилу спасительные несколько секунд, чтобы подняться и вернуться в строй.