Кирилл Теслёнок – Возвращение Безумного Бога 4 (страница 4)

— Недругов в нашем божественном измерении, — сказал я, сверкнув глазами, — Надо бы его от всякой нечисти зачистить, чтоб нормальным существам жить не мешали. Как вам такая идея?

— Да-да-да, отличный план! Хотим! Хотим! — дружно загалдели мирмеции, подпрыгивая от возбуждения, — Веди нас, папочка, порвем там всех!

Я усмехнулся, чувствуя, как в груди разгорается жажда битвы. Встряхнул кистями рук, чуть присел и резко рубанул ладонью воздух. Вспышка — и прямо передо мной открылся портал в измерение, еще недавно послужившее нам с Айсштиль и компанией плацдармом для экспериментов.

— Ну что, спецназ, вперед! — скомандовал я. Азарт пьянил похлеще вина, кровь стучала в висках. Наконец-то настоящее дело!

Вывалившись по ту сторону, мы сразу же напоролись на толпу агрессивных тварей. Мерзкие создания злобно шипели и щелкали жвалами, сверкая множеством глаз. Они туту начали окружать нас, готовясь броситься всей оравой. Но я был начеку.

— Так, девочки, без глупостей! — рявкнул я, обжигая ближайшую образину огненным шаром, — Работаем четко и слаженно! Сахаринка, ты прикрываешь сверху, не даешь обойти с флангов. Перчинка, шарахай заклинаниями, целься в крупных тварей. Вафелька, добивай, бей без пощады. Погнали!

Мирмеции мгновенно рассредоточились. За спиной Перчинки затрепетали полупрозрачные слюдяные крылья, сотканные из духовных потоков. Перчинка стрелой взмыла в воздух и оттуда принялась забрасывать монстров огненными шарами, ловко маневрируя между щупальцами и клешнями. Ее скорость и грация поражали — дочка буквально танцевала в небе, уворачиваясь от атак и щедро раздавая ответные подарки.

Она без устали потчевала толпу врагов сгустками мрака и парализующими заклятиями, превращая тварей в неподвижные статуи или обращая их в бегство. Глаза девушки полыхали пугающей синевой, на кончиках пальцев сгущалась чернильная темень.

— Получай, образина! — задорно вопила она, швыряя в переплетение конечностей очередной сгусток силы, — Лови гостинец, дрянь! Папка, зацени, как я их!

Сахаринка орудовала внизу, прикрывая сестру. Из ее рук выскочили острые зазубренные шипы, похожие на гигантские жвала.

— Прочь с дороги! — раздраженно цыкала Сахаринка, кромсая чудищ, — Бесите! Брысь отсюда, пока целы!

Ее угрозы возымели действие — твари с воем шарахались от разгневанной воительницы, спеша убраться подальше. Парочку самых рьяных Сахаринка без затей проткнула насквозь. Монстры дернулись пару раз и обмякли.

Ну а Вафелька… Что сказать, она просто брала нахрапом. Моя гигантская дочь ломила вперед, снося всё на своем пути, как бронированный каток. Твари бросались на нее целыми шайками, но разбивались о несокрушимый хитин и отлетали с воплями боли. В стальных ручищах Вафельки демонические туши превращались в отбивные, она играючи крушила врагов, вертела их как тряпичных кукол.

— Ррря-я-я!.. — ревела моя девочка, наворачивая круги по полю боя, — Какие вы мерзкие! Фу-у-у!..

Хруст костей и чавканье плоти аккомпанировали этой безумной карусели. Редкие шустрые гады, сумевшие увернуться от расправы, тут же попадали под раздачу старших сестричек.

В довершение всего я мощными дальними ударами поддерживал порядок, координировал действия дочерей и выцеливал самых опасных чудищ.

В какой-то момент Перчинку все же сумела сбить с ног чересчур прыткая тварь. Образина в прыжке налетела откуда-то сбоку, вцепилась мирмеции в голень и потянула на землю. От неожиданности девчонка вскрикнула и взмахнула руками, но я был начеку. Точным силовым импульсом отшвырнул монстра прочь, не дав ему вонзить жвала в добычу.

— Спасибо, пап! — выдохнула Перчинка, поспешно взмывая повыше, — Вовремя ты!

— Будь аккуратнее и не теряй бдительности! — наставительно произнес я, испепеляя парочку подкравшихся гадов.

Вафельке тоже досталось — в какой-то миг на моей малышке повисла добрая сотня мелких тварей, облепив ее как банный лист. Визжа и вереща, они принялись грызть и царапать бронированную шкуру великанши. Вафельку это явно не радовало — она яростно отбивалась, пытаясь стряхнуть с себя кусачих паразитов, но выходило не очень.

— Да чтоб вас, мелочь поганая! — надрывалась малышка, колотя себя по бокам, — Да отвалите уже, дайте спокойно помахаться!

Но твари и не думали отступать, вгрызаясь всё глубже. Вафелька заверещала, как раненый мамонт… или милый кролик размером с мамонта.

Надо было срочно вмешаться, пока дочку не задавили числом. Недолго думая, я сосредоточил в кулаке увесистый сгусток Бездны и с силой швырнул его в самую гущу копошащейся своры. Бабахнуло знатно — тела, конечности и ошметки разлетелись во все стороны. Чудом не задело при этом саму Вафельку — я очень аккуратно рассчитал мощность, чтобы не повредить бронированную «шкуру» дочери.

— Давно бы так, папанька! — одобрила Вафелька и, стряхнув с себя остатки подпалённой шелухи, ринулась крушить дальше.

Сахаринке тоже пришлось несладко — я заметил, как к ней сзади подбирается здоровенная тварюка размером с танк. Бугай щерил многочисленные пасти, скалил клыки и плотоядно облизывался, предвкушая легкую добычу. Но я не позволил ему причинить вред дочке. Тонко просчитав траекторию и прицелившись, всадил меж лопаток монстру Лезвие Бездны. Черная сталь прошла плоть насквозь, черная бурлящая жидкость принялась стремительно расползаться по туше, проникая в жилы, кости и вены. Издав утробный стон, туша тяжко рухнула передо мной на колени, признавая меня своим повелителем.

Плюс Слуга.

— Премного благодарна, папенька! — чинно кивнула Сахаринка, оглядываясь на поверженного врага, — Признаться, я отвлеклась и прозевала его появление. Больше не повторится.

— Надеюсь, милая, — усмехнулся я, — Бдительность и еще раз бдительность! Особенно в горячке боя.

Постепенно натиск врагов ослабевал. Твари с воем разбегались, не в силах сопротивляться нашей слаженной команде. Мирмеции уверенно давили, гнали и крушили обессилевших монстров, не давая ни секунды продыху. Выстроившись клином, девчонки неуклонно теснили нечисть, пробиваясь всё глубже с их ряды. Я прикрывал их спины мощными дальнобойными атаками, выжигая любого, кто смел сунуться.

Враг сопротивлялся до последнего, но исход битвы был предрешен. Подточенные, измотанные и деморализованные, чудища дрогнули и обратились в бегство, поджав хвосты. На изрытом воронками и покрытом пеплом поле воцарилась долгожданная тишина. Разве что потрескивало пламя на останках бесславно павших.

— Уря-я-я!.. Победа! — завопила Вафелька, радостно поддевая ногой обугленный труп, — Размазали гадов!

— Еще бы, с такой-то командой! — счастливо рассмеялась Сахаринка, — Всем наваляли от души!

— Что есть, то есть. Отлично сработано, сестрички! — довольно кивнула Перчинка и убрала с лица взмокшую прядь волос, — Надрали противнику жопный хитин до блеска!

— Перчинка, не выражайся, — укоризненно произнес я, — Ты еще молода для таких выражений.

— Ой… — Перчинка зажала рот и захихикала.

Девчонки радостно загалдели, делясь впечатлениями и самыми яркими моментами стычки. Я с улыбкой наблюдал за их оживленной беседой. Душа пела от гордости — мы и впрямь отлично сработали вместе, как настоящая семья. Каждая из дочерей проявила себя наилучшим образом, действовала умело и самоотверженно. Не стушевалась, не спасовала, не подвела.

Настоящие героини. Кровь бога и смертной женщины. Скоро у меня таких будет целая армия. Надо только суметь разжиться новыми черными кристаллами.

— Молодцы, мои героини! — похвалил я мирмеций, приобнимая разом всех троих. Вафельку пришлось приобнять ногой, иначе не дотягивался, — Горжусь вами неимоверно. Всем по сто очков мастерства и плюшку в придачу. А Вафельке — две, уж больно лихо она громил месила!

— И-и-и!.. — радостно взвизгнула младшенькая, приплясывая на месте, — Я крута! Я могуча! Всем врагам наваляю тыщу раз!

Боевое крещение пройдено, первый отряд врага повержен, никто серьезно не пострадал.

Я отправил нового Слугу в ближайшие заросли — проверить, нет ли поблизости еще врагов. Грузно топая ногами, гигант удалился, проламываясь сквозь чащу.

Перчинка, кружившая над нашими головами, внезапно насторожилась. Она зашевелила своими антеннами и произнесла:

— Папа, я что-то чувствую. К нам приближается что-то… странное. Но я не могу разглядеть, что именно.

Я нахмурился, ощущая тревогу.

— Перчинка, немедленно спускайся! Это может быть опасно!

Но упрямая дочь лишь покачала головой:

— Не переживай, папа, я должна выяснить, что это. Может, нам всем грозит опасность!

С этими словами она взмыла еще выше, игнорируя наши крики. Я видел, как она начала складывать золотистые печати всеми четырьмя руками, готовясь применить какое-то заклинание.

И вдруг время словно замедлилось. Яркая вспышка вспорола воздух, и золотой луч пронзил Перчинку насквозь в районе ключицы. Ее тело безвольно закувыркалось, падая с огромной высоты.

— Нет! — закричал я, бросаясь вперед.

Каким-то чудом мне удалось поймать дочь за мгновение до того, как она ударилась о землю. Духовной силой я смягчил скорость ее падения. Я бережно опустил ее на траву и склонился над ней, осматривая рану. Она была серьезной — обугленная плоть и хитин, обнаженные кости, сочащаяся кровь…

Сахаринка подбежала ко мне, и мы вместе принялись лечить Перчинку, вливая в нее целительную магию. Вафелька растерянно топталась рядом, не зная, чем помочь.