Кирилл Теслёнок – Протокол: Новый Архимаг 4.0 (страница 42)
Она развернула свой личный датапад. На экране появилось окно загрузки. Секунды тянулись, как часы. Наконец, появился финальный вердикт. Фотография. Имя.
Сердце Светланы пропустило удар. Потом еще один. Потом, кажется, вовсе остановилось.
На фотографии, сделанной для студенческого билета, на нее смотрел парень. Немного растрепанные волосы, упрямый взгляд, легкая, наглая ухмылка. Ничего особенного. Обычный студент.
Имя под фотографией было выведено четкими, безжалостными буквами.
ВЕТРОВ СЕМЕН АЛЕКСЕЕВИЧ.
Воздух вышел из ее легких со свистом. Датапад едва не выскользнул из ослабевших пальцев.
Ветров…
Тот самый странный студент из Академии. Тот «одинокий волк», который так нагло отказался вступать в ее клуб «Меритас». Тот упрямец, в котором она видела потенциал, скрытую силу, которую хотела заполучить и направить. Тот мальчишка, за которым она приказала следить…
Хирург. Ярослав. Монстр, игравший с S-классом. Существо, заглянувшее ей в душу. Тот, кто унизил ее поцелуем…
Это.
Он⁈
Ее мозг, натренированный на анализ и холодный расчет, сейчас напоминал перегревшийся процессор, в который влили тонну противоречивых данных.
Невозможно.
Это ошибка. Сбой в системе. Совпадение.
Но ее внутренний голос, голос профессионала, который никогда ее не подводил, холодно шептал: «Нет. Это правда».
И тут ее память, словно прорвавшаяся плотина, начала подбрасывать ей образы.
Его отказ вступить в клуб. Не просто отказ — вызов. Он смотрел на нее тогда не как студент на аристократку. Он смотрел на нее как на… равную. Или даже сверху вниз.
Его странная дружба с этим клоуном Кастетом. Малиновый пиджак… как же раздражает…
Его внезапные исчезновения. Его невозмутимость, которая так ее бесила.
Все вставало на свои места. Складывалось в чудовищную, абсурдную, немыслимую картину.
Человек, которого она считала перспективным активом, пешкой в своей игре, оказался… главным игроком. Ферзем, который притворялся пешкой. Он все это время был у нее под носом. Наблюдал. Оценивал. Смеялся над ее попытками его «завербовать».
Унижение, которое она испытала на складе, было ничем по сравнению с тем, что она чувствовала сейчас. Это была не просто пощечина. Ее окунули лицом в грязь. Выставили полной, самонадеянной идиоткой.
Она, княжна Светлана Строганова, наследница одного из величайших родов, элитный Одаренный А-класса… позволила себя обвести вокруг пальца какому-то студенту-первокурснику⁈
Кровь ударила ей в лицо. Она чувствовала, как горят щеки. Ярость, холодная и чистая, как алмаз, сменила шок.
Она посмотрела на фотографию на датападе. На это простое, ничем не примечательное лицо.
— Семен Ветров… — прошептала она, и в ее голосе звенела сталь. — Ну ты попал, засранец!
Она закрыла датапад. Ее решение было мгновенным.
Княгиня Вольская может завладеть его плотью и кровью. Но она, Светлана, знала его душу. Его тайну. Его слабость. Его друзей, его жизнь… и знала про его будущие экзамены.
— Ты хотел поиграть, мальчик? — ее губы изогнулись в хищной, предвкушающей улыбке. — Что ж. Игра только начинается. И на этот раз правила буду устанавливать я.
Она развернулась и направилась к выходу из лаборатории. Ее походка снова стала уверенной, как у хищницы, которая нашла след своей самой желанной добычи.
Она не просто хотела заполучить наноботов.
Она хотела заполучить его. Целиком. И отомстить за обман и тот унизительный поцелуй!
Эта игра стала личной.
Глава 29
Один из нас
Тихо стучали колёса вагона метро. Я сидел, откинувшись на липкое пластиковое сиденье, и наблюдал за мелькающими в тоннеле огнями. Они сливались в гипнотическую, прерывистую линию.
Утро после «утечки газа», после Стрелка и разборок аристократов, после похищения и пробуждения в персиковом раю… выдалось особенно паршивым. Каждый звук казался слишком громким. Каждый взгляд встречного пассажира — слишком долгим. Я чувствовал себя аккумулятором, заряженным до предела чужеродной, нестабильной энергией. А мозг превратился параноидальный радар, который в каждом чихе видел замаскированный сигнал к атаке.
Хотелось только двух вещей: добраться до общаги и съесть что-то, что не подавали бы под трюфельным соусом. Например, бахнуть недельный запас пельменей. Регенерация, усиленная наноботами, превратила мой желудок в ненасытную черную дыру.
«Сеня,» — голос Алисы вдруг прозвучал прямо в моей голове. Он изменился. После всей этой передряги в нем появилась странная, едва уловимая интонация. Словно ее обычный сарказм теперь пропускали через дорогой студийный вокодер. — «Я тут закончила самодиагностику и кое-что обнаружила. У тебя на предплечье… микроскопический заживший след от шприца. И, судя по анализу остаточных частиц, это был высокоточный забор крови. Или, по крайней мере, тканевой жидкости. Похоже, наша „Госпожа“ не только отмыла тебя персиковым гелем, но и взяла „кусочек Сени“ на память».
Я напрягся, незаметно проведя пальцами по указанному месту. Ничего. Но я знал, что Алиса не ошибается. Княгиня Вольская. Серебряная Лиса. Значит, вот почему она отпустила меня так легко. Получила то, что хотела. Образцы наноботов из моей крови.
«А вторая капсула? Та, что была у Витька?» — мысленно спросил я, чувствуя, как внутри нарастает холод.
«Наш малиновый герой, думаю, сейчас в безопасности, — деловито отчиталась Алиса. — Я успела перехватить переписку службы безопасности Вольских в Серебряном шпиле. Витек и вся его компания, включая твоего стоического друга Барса, находятся в одном из загородных пансионатов Вольской. Официально — „для реабилитации после пережитого стресса“. Неофициально — они заложники. Но живые. А вот капсула… про нее ни слова. Скорей всего, она больше не с Витьком. Ее перехватили. Очень чисто. Похоже, у нас ничья, босс. У Вольской есть твой генетический материал с нано-следами. А у кого-то другого — целая капсула. Ставки в игре только что удвоились».
Я выругался про себя. Кто мог перехватить капсулу? Неужели Аргента?
'Но есть и хорошие новости, — словно прочитав мои мысли, ответила Алиса. — Вольская тебя отпустила не только из-за образцов. Думаю, она опасается твоего… соседа по черепной коробке.
«Ярослав, мягко говоря, не самый предсказуемым сосед, — хмыкнул я. — Хорошо что твоя задумка с Каскадным Резонансом сработала. И дело не дошло до битвы воль нанайских мальчиков».
«Ага. Княгиня, при всей своей наглости, не хочет, чтобы он снова вышел на прогулку в её владениях. Риск слишком велик. Так что она будет играть тоньше».
Вольская получила свою часть, а я — свою временную свободу. И шантаж в виде заложников. Неплохой обмен. Для нее.
Когда поезд остановился на станции «Академическая», я вышел, смешиваясь с толпой студентов. Солнце уже поднялось высоко, и его лучи пробивались сквозь кроны деревьев, рисуя узоры на асфальте.
Я натянул капюшон толстовки пониже, стараясь не привлекать внимания. Академия гудела. Студенты сбивались в кучки, возбужденно перешептываясь, то и дело поглядывая на свои датапады. Главной темой была, конечно, бойня в «Золотом Драконе». Я слышал обрывки фраз: «…говорят, там пришельцы высадились…», «…да нет, это был секретный правительственный эксперимент…», «…а я слышал, это все из-за кошачьего техно, новое психологическое оружие, оно сводит с ума…».
Я усмехнулся. Правда была куда безумнее любой из их теорий.
Но чем ближе я подходил к воротам, тем сильнее становилось предчувствие чего-то нехорошего.
«Чёрт! Откуда их столько⁈» — мысленно проворчал я, заметив у входа толпу. Подозрительно напоминает съезд стервятников на особо жирную падаль! Десятки людей с камерами, микрофонами, дронами. Они облепили ворота, как мухи.
«О, Сеня, это не вороны, — в моей голове раздался ехидный голос Алисы. — Это журналисты. Я бы сказала, пресс-конференция в самом разгаре. Кажется, после странных событий в Нижних, журналюги снова воспылали интересом к твоей персоне.»
«Да я-то тут вообще при чем? Как связан скромный студент Семен с Хирургом?»
«Никак, но скромный студент Семен связан с другими, не менее интересными событиями. Возможно, они хотят задать парочку вопросов и узнать твое мнение… Или жаждут твоего эксклюзивного комментария. А потом, возможно, и кусочек твоей печени на сувениры».
«Хрен им!»
Я попытался незаметно свернуть в сторону, к боковому входу, но было поздно. Одна из журналисток, вертлявая девица с хищной улыбкой и микрофоном в виде ядовито-розового фламинго, заметила меня.
— ВОТ ОН! ЭТО ОН! СТУДЕНТ ВЕТРОВ!
Ее крик сработал как стартовый пистолет. Вся эта орда, щелкая камерами и вопя, ринулась на меня.
— Сударь, прокомментируйте слухи о кошачьем техно!
— Вы что-нибудь знаете о событиях в Золотом Драконе?
— Это правда, что машины летают?
— Скажите, как пахнет бытовой газ, когда он взрывается под музыку?
Я рванул. Не в сторону ворот, а вдоль ограды, вглубь парковой зоны. Адреналин ударил в кровь. Бежать от толпы журналистов было почти так же страшно, как от киборгов. Почти.
Они не отставали. Некоторые, особо спортивные, перепрыгивали через скамейки, пытаясь перерезать мне путь.
Я лавировал между деревьями, используя обостренные рефлексы. Прыжок через кусты, скольжение под низкой веткой. Я чувствовал себя героем дурацкого комедийного боевика… где герой пытается сбежать не от наемников, а от папарацци.