Кирилл Теслёнок – Протокол: Новый Архимаг 4.0 (страница 19)

— Это не так просто, Волк, — возразила Лиса. Ее голос стал резче. — Хирург оказался куда крепче, чем мы думали. Наши аналитики до сих пор не могут понять, как он это делает. Аргента… она сама по себе загадка. И, судя по всему, очень опасная.

«Золотой Сокол» ударил кулаком по столу. Звук получился глухим, но от него, казалось, завибрировал даже металл вентиляционной шахты.

— Хватит! Мы теряем время! Я отправлю своих людей. Мы зачистим этот гадюшник. А потом заберем то, за чем пришли. А с Германом я разберусь позже. Лично.

Он не успел договорить.

В этот самый момент откуда-то снизу, из главного зала, донесся оглушительный взрыв. Вентиляционную шахту тряхнуло так, что я едва не сорвался вниз. Решетка, к которой я прижимался, жалобно звякнула. Посыпалась пыль, замигал свет.

За первым взрывом последовал второй, третий. Глухие, мощные, словно кто-то решил снести несущие стены. А потом раздались частые, сухие очереди автоматического оружия. Импульсные винтовки. Много. К ним присоединились крики, вопли ужаса, звуки паники. В клубе «Золотой Дракон» начался ад.

Три фигуры в масках вскочили на ноги. Их аристократическое спокойствие испарилось в одно мгновение.

— Что это⁈ — рявкнул Сокол.

Лиса уже активировала свой коммуникатор. Перед ней вспыхнул экран. На нем замелькали кадры с камер наблюдения. Я тоже их видел. Через решетку. И то, что я увидел, заставило меня похолодеть.

Люди в черной тактической броне, с эмблемами дракона, врывались в клуб со всех входов. Их было много. Десятки. Вооруженные тяжелыми импульсными винтовками. Они не грабили. Они методично, как машины, расстреливали охрану Германа. И всех, кто попадался им на пути. Это был не налет. Это был штурм.

— Клинки Дракона! — выдохнула Лиса. Ее голос дрожал. — Это люди Шена! Он не ушел! Он… он решил нас всех здесь похоронить!

— Проклятье! — Черный Волк выхватил из-под пиджака тяжелый бластер. — Этот азиат совсем сдурел! Решил взять нас силой! Устроить бойню в центре города!

— Он не просто хочет вернуть свое. Он хочет мести, — констатировал Сокол. Его голос, до этого полный ярости, стал ледяным. Он посмотрел на своих сообщников. — Всем приготовиться к бою. Мы прорываемся. Кажется, вечер перестает быть томным.

Они двинулись к выходу из комнаты, оставив меня одного в пыльной вентиляции.

Итак, что имеем? Загадочный нано-артефакт в руках друга и целая армия разъяренных азиатских мафиози, готовых стереть этот клуб с лица земли. Вместе со всеми нами.

«Сеня, — голос Алисы был на удивление спокойным, — у меня для тебя две новости. Хорошая и плохая. Хорошая — теперь нам не нужно думать, как убрать аристократов. Плохая — теперь нам нужно думать, как самим не стать гарниром к основному блюду».

Я хмыкнул. Что ж, Стрелок был прав. Заварушка началась. По-настоящему.

— Давай назад к Витьку, — шепнул я. — В принципе, это даже хорошо, что Шен пошел в разнос. Теперь мы можем с чистой совестью валить вместе с наноботами. Все шишки в любом случае повесят на Восточный Синдикат.

Глава 13

Служебный выход! Быстро!

Я кое-как развернулся в тесном, пыльном коробе, скрипнув слишком тугим в плечах поварским кителем. И пополз назад.

— Здесь пахнет так, словно кто-то умер, а потом его призрак решил завести семью хомячков, которые тоже умерли, — прошипел я, отпихивая какой-то осклизлый ком пыли.

«Сеня, просто напомню… — прокомментировала Алиса. Ее уменьшившаяся голограмма плыла рядом, брезгливо огибая свисающие клочья паутины. — Твои клеточные штаны шуршат так, будто в тебе завелась стая очень деловитых мышей-бюрократов. Если нас и поймают, то по звуку твоего костюма. Может, стоило все-таки остаться в пиксельной цензуре? Она хотя бы была бесшумной».

— Очень смешно, — прошипел я, стряхивая с шлема дохлого паука. — Напомни мне потом нанять тебе личного комика, чтобы ты не отвлекалась на мои страдания. Прокладывай маршрут.

Издалека до меня доносилась громкая музыка и пьяные крики. Кажется, большая часть гостей была еще не в курсе нападения…

«Уже, мой отважный Крот-терминатор, — ее голос стал деловитым. — Наша галерка находится в юго-западном секторе. До нее метров семьдесят по этой аналоговой кишке. Главное — не перепутай вентиляцию с мусоропроводом. Хотя, судя по запаху, разница невелика».

Я уже собирался съязвить в ответ, как вдруг все вокруг изменилось. Музыка внизу, до этого монотонная и привычная, резко оборвалась. Тусклый свет, пробивавшийся сквозь решетки, моргнул, словно усталый глаз, а затем погас. Совсем. Зал погрузился в плотную, вязкую темноту, а рев толпы сменился коллективным, полным недоумения вздохом. Который тут же начал перерастать в панику.

Одновременно с этим я почувствовал ее. Глубокую, низкочастотную вибрацию, прошедшую по всему металлическому коробу. Словно рядом включили гигантский, невидимый трансформатор. От этого гула заложило уши.

«ЭМИ-импульс! Кто-то вырубил силовые… кхх… п-поме… х… связь… не… стаби…» — голос Алисы в моей голове захрипел, словно старая запись, и оборвался. Карта на сетчатке замерцала, превратилась в хаотичный набор пикселей и исчезла.

Тишина. Снова я остался один в своей голове. И эта тишина была оглушительной…

Именно в этот момент ее разорвал взрыв.

Вентиляционную шахту тряхнуло с такой силой, что я больно ударился шлемом о потолок. Сверху посыпалась ржавчина и бетонная крошка. Снизу, из главного зала, донесся оглушительный грохот, звон бьющегося стекла и крики — уже не восторженные, а полные первобытного ужаса и боли. За первым взрывом последовал второй, третий, четвертый. Пол под моими коленями вибрировал, как палуба корабля во время шторма.

Прижавшись к решетке, я сквозь щели смотрел на разворачивающийся внизу ад. Красные аварийные огни, хаотично мигая, выхватывали из темноты страшные, сюрреалистичные картины. Густой, едкий дым клубился по залу, превращая его в подобие дантовского круга. Люди, обезумевшие от страха, метались слепой, паникующей толпой, давя друг друга, пытаясь найти выход из этой внезапной ловушки.

И сквозь этот хаос, как черные акулы, режущие воду, двигались они. Фигуры в гладкой тактической броне с эмблемами извивающегося дракона на плечах.

Они действовали не как бандиты, а как хорошо обученный, безжалостный спецназ. Синхронно. Методично. Вспышки их импульсных винтовок и короткие, шипящие росчерки энергетических катан были единственными яркими пятнами в этом багровом кошмаре. Они не просто убивали. Они зачищали пространство, отрезая пути к отступлению, создавая смертельный котел.

Один из них хладнокровно обошел раненого охранника Германа, который пытался отползти в тень. Боевик не стал тратить на него заряд. Он просто наступил ему на руку, раздавив кисть, а потом коротким, выверенным ударом виброклинка в шею оборвал его стоны. Никакой ярости. Никакой эмоции. Просто… устранение помехи.

Я выругался сквозь зубы. Нужно было выбираться. Немедленно. Найдя ближайшую решетку, я ударил по ней ногой. Раз. Другой. Металл жалобно звякнул, но не поддался.

— Да откройся ты, консервная банка! — рявкнул я, вкладывая в следующий удар всю силу симбиота и злость от собственного бессилия.

С оглушительным скрежетом погнутые прутья решетки вылетели наружу, и я, не раздумывая, спрыгнул вниз. Приземлился на ноги в одном из служебных коридоров, немного пошатнувшись. Здесь было тише, но не намного. Пара перепуганных официантов жались к стене, глядя на меня, как на привидение. Я не обратил на них внимания. Моя цель — главный зал. Моя цель — Витек, Лиса и Шпилька.

Я вылетел из коридора и врезался в обезумевшую толпу, в эту ревущую, паникующую реку человеческих тел. Меня толкнули, кто-то больно ударил локтем по ребрам. В воздухе стоял густой запах озона, гари, пота и концентрированного, животного страха. Красные аварийные лампы бросали на лица людей зловещие, рваные тени, превращая их в маски ужаса, застывшие в беззвучном крике.

Я пробивался сквозь этот живой, визжащий поток, работая плечами и локтями, как ледокол. Мне нужен был лишь один ориентир в этом хаосе. Яркое, нелепое, кричащее пятно, которое невозможно было спутать ни с чем другим.

И я его увидел.

В дальнем углу, за опрокинутым столом, который он, не растерявшись, использовал как баррикаду, сидел Витек. Он пытался прикрыть своим телом Лису и Шпильку, которые вцепились в него с двух сторон. Их дизайнерские платья были помяты, идеальный макияж потек от слез, а в глазах стоял чистый, незамутненный ужас. Малиновый пиджак Витька в этом багровом полумраке выглядел как последний островок безумного оптимизма в море апокалипсиса.

Я заметил, как один из «Клинков Дракона», отделившись от основной группы, двинулся в их сторону. Профессионально, без суеты, он поднял ствол, наводя его на Витька.

В тот же миг тяжелая хрустальная ваза с соседнего столика «случайно» соскользнула и с оглушительным звоном разбилась у ног нападавшего. Тот на долю секунды отвлекся, инстинктивно посмотрев вниз. Этого было достаточно.

Атака была беззвучной, невидимой, как порыв холодного цифрового ветра. Нечто невидимое метнулось к «Клинку Дракона» с грацией и скоростью, на которые не было способно ни одно человеческое тело. Она не атаковала в лоб. Едва заметные размытые очертания катаны, словно скальпель в руке безумного хирурга, прочертили в воздухе несколько коротких, сверкающих дуг.