Кирилл Теслёнок – Мастер Марионеток строит Империю. Том 4 (страница 36)
Архимаг Десятой Тени. Это уже не шутки. Для мага такого уровня любая, даже самая искусная иллюзия Арли… это как кусок дешевой кальки. Он просветит мою ауру насквозь и мгновенно поймет, что перед ним не человек, а древняя душа, запертая в деревянном каркасе.
— Хозяин… — панически пискнула невидимая Арли. — Мои пиксели его не обманут! Нам кранты!
— Спокойно, — мысленно осадил я её. — Синта, родная. Дай папе кулончик.
Я чуть опустил левую руку, прижимая её к бедру.
Моя тень на металлическом полу едва заметно дрогнула. Абсолютно бесшумно, не нарушая физики этого мира, из мрака высунулась изящная металлическая рука с золотой вязью. Она разжала тонкие пальцы, вложила в мою ладонь тяжелый Амулет Хаоса и так же стремительно растворилась в тени.
Я незаметно сунул амулет во внутренний карман. Артефакт тут же активировался, обволакивая мое Ядро плотным, непроницаемым статическим фоном. Теперь для любого магического сканера моя аура представляла собой лишь «радиоактивные» помехи Бездны и Хаоса. Поди разбери, что там внутри.
— За мной! — скомандовал Зубер своей свите, направляясь к главному парадному лифту. — Встречаем Князя!
Охрана выстроилась в две колонны, следуя за начальством. Уловив момент, я бесшумно последовал за ними.
Путь к парадному лифту лежал через темный, плохо освещенный переход. Идеальное место для кадровых перестановок.
Когда колонна втянулась в полумрак, я быстро сократил расстояние. Идущий передо мной настоящий корпоративный безопасник даже не успел понять, что произошло. Мои Нити Души бесшумно змеей обвилась вокруг его пояса, рук, лодыжек и рта.
Резкий, ювелирный рывок в сторону!
Я беззвучно утянул охранника в глубокую техническую нишу между трубами. В ту же секунду я нанес ему аккуратный удар ребром деревянной ладони по сонной артерии. Он обмяк, пуская слюни.
Я быстро стянул его форму и нацепил ее на себя. Арли могла бы сделать иллюзию, но я лучше перестрахуюсь. Оставив его отдыхать в одиночестве, я последовал за удаляющейся процессией.
Строй был уже совсем близко. Я незаметно пристроился к ним в хвост, выровнял дыхание. Никто в колонне даже не заметил, что замыкающий на секунду исчез, а затем появился вновь.
Идеальное внедрение. Посмотрим, что нам расскажет фарфоровый владыка «Голем-Прома».
Мы выстроились двумя ровными шеренгами перед циклопическими створками парадного лифта. Сверху, по шахте, опускалась кабина. С каждой секундой воздух вокруг становился всё тяжелее. Десятая Тень… Давление чужой ауры было настолько плотным, что у стоящих рядом со мной охранников заскрипели зубы, а на лбах выступила испарина.
Я же, благодаря зажатому в кармане Амулету Хаоса, чувствовал лишь легкое покалывание. Но для достоверности слегка ссутулился и изобразил на иллюзорном лице предельное напряжение. Будто мне срочно приспичило по нужде.
Створки с мелодичным звоном разъехались.
В центре кабины, в окружении элитной личной гвардии, стоял Михаил Златогорский. Древний Архимаг, владыка крупнейшей корпорации Аргентума, запертый в теле идеальной, жутковатой фарфоровой куклы-мальчика. На нем был безупречно скроенный дорогой костюм-тройка, крошечные туфли блестели.
Его фарфоровое лицо, лишенное мимических морщин, было под стать милому ангелочку. Но пустые, немигающие стеклянные глаза выдавали сущность, повидавшую бездну веков.
— Мой Князь! — Зубер шагнул вперед, едва сдерживая ярость, смешанную с почтительностью. — У нас критическая ситуация! Диверсия! Сердце гниет с катастрофической скоростью, какой-то ублюдок только что устроил побоище на нижнем ярусе и до сих пор бродит по базе!
Михаил изящно шагнул из лифта. Его крошечные туфли бесшумно ступали по металлу.
— И вам доброго вечера, Мастер Зубер, — пропел фарфоровый мальчик голосом, в котором звенел хрусталь и абсолютный лед. Никаких эмоций. Только снисходительность высшего существа.
— Князь, мы теряем время! — не унимался старик, размахивая руками. — Дайте мне ключи от… той самой комнаты! Вы знаете, о чем! А я знаю, что тайник Твари где-то здесь! Если мы вскроем его Наследие, я клянусь, я найду там алгоритмы или реагенты, чтобы очистить Сердце!
Михаил остановился. Медленно, с ледяной, уничтожающей вежливостью он повернул свою кукольную голову к старому инженеру. На фарфоровых губах заиграла легкая, почти издевательская усмешка.
— Успокойтесь, Зубер, — произнес Архимаг так тихо, что охранники втянули головы в плечи. — Наследие Бездны — это не та заводная игрушка, в которой можно ковыряться вашим замасленным, ржавым гаечным ключом. Даже я, при всем моем опыте, предпочитаю не трогать этот мусор без крайней нужды. А вы хотите залить им нашу главную инвестицию? Отказано. Закроем эту тему.
Зубер скрипнул зубами. Было видно, как тяжело он принял отказ, но против Десятой Тени не попрешь. Он сглотнул обиду, но паранойя взяла свое:
— А как же нарушитель⁈ Он всё еще здесь! Мои люди прочесывают…
Михаил небрежно, словно отгоняя назойливую муху, отмахнулся своей безупречной фарфоровой ручкой.
— Какая-то крыса забежала на склад, Зубер. И вы хотите, чтобы я, Архимаг, бегал за ней с метлой? Это ниже моего достоинства. Служба безопасности разберется. Сосредоточимся на пациенте. Проводите меня вниз.
«Какая-то крыса, значит…» — мысленно хмыкнул я, стоя в шеренге охраны с каменным лицом. — «Ну-ну. Посмотрим, как ты запоешь, когда эта крыса перегрызет ваши главные кабели».
Делегация двинулась к техническим лифтам. Я чеканил шаг так уверенно, словно делал это всю жизнь.
Мы спустились на самое дно.
Это был скрытый технический ярус, расположенный прямо под Сердцем Леса. Если сверху конструкция казалась просто гигантским пнем, то отсюда открывался истинный, ужасающий масштаб. Титанические, толщиной с колонны храма, искусственные подпорки из цельного мифрила удерживали многотонное Сердце, не давая ему провалиться в подземные пустоты.
Но главное! Отсюда был отлично виден сам некроз.
Гниль поразила нижнюю, самую уязвимую часть корневой системы. Густая, пульсирующая черная слизь медленно капала с изумрудных корней. Капли с шипением падали на мифриловые балки, оставляя на неразрушимом металле глубокие, дымящиеся рытвины.
Михаил Златогорский запрокинул свою фарфоровую голову. Он долго и безмолвно разглядывая разъедающую Лес гниль своими немигающими стеклянными глазами.
— Оценки, — коротко бросил он, не поворачиваясь.
Два главных мага-эколога, потея в своих защитных скафандрах, торопливо затыкали пальцами по планшетами. И тут же начали сыпать отборным корпоративным бредом, пытаясь скрыть свою некомпетентность за умными словами.
— Мой Князь! Мы наблюдаем временный отрицательный рост витальности! — залепетал первый. — Пациент вошел в критическую стадию увядания, но мы проводим агрессивную оптимизацию эфирных потоков…
— Мы локализовали зону деградации! — подхватил второй. — Синтетическая подпитка работает, мы просто испытываем временные трудности с усвояемостью…
— Хватит нести чушь! — не выдержал Зубер, ударив тростью по металлическому полу. — Оставьте эти сказки для акционеров! Ваша Светлость, пациенту осталось две недели. Максимум три, если зальем сюда годовой бюджет корпорации. Потом Сердце остановится. Предпринятые меры… не дали результата, на который мы рассчитывали.
Михаил медленно повернулся к старику.
— Прогноз последствий? — так же безэмоционально спросил Архимаг.
Зубер мрачно сплюнул на решетку.
— Варианта два. Либо оно просто сдохнет, и Дикий Лес в радиусе пятисот километров за пару месяцев превратится в мертвую пустыню. Мы потеряем все лесозаготовки и прочая, прочая… Либо…
Старик указал костлявым пальцем на капающую черную слизь.
— Либо эта гниль окончательно мутирует, поглотит остатки витальности, и Лес сойдет с ума. Он не просто взбесится, он поднимется с корнями и пойдет жрать Аргентум. И тогда Императорские Легионы сожгут… сожгут всё. Вместе с этим кратером.
— Есть ли новые идеи? — бесстрастным голосом произнес фарфоровый мальчик.
И тут спор резко перешел на повышенные тона, грозя перерасти в потасовку. Нервы у всех были на пределе.
— Ну, можно пойти по жесткому пути! Залить весь нижний ярус агрессивным алхимическим растворителем! Выжжем заразу химией! — брызгал слюной первый эколог, отчаянно жестикулируя в своих громоздких перчатках. — Это точно убьет всю заразу! И есть шанс, что Сердце выживет!
— Идиотизм! Растворитель убьет все здоровые ткани! — визжал второй, тряся планшетом перед носом Зубера. — Нужно просто отсечь зараженные нижние корни тяжелыми плазменными резаками! Провести ампутацию, пока некроз не пошел выше!
— Вырубите себе мозги плазменным резаком! — рявкнул Зубер, багровея. — Ампутация корневой системы вызовет такой болевой шок, что Лес прямо сейчас рухнет нам на головы, а Сердце остановится за считанные часы! Вы, кабинетные теоретики, хоть понимаете, что…
Внезапно Михаил Златогорский поднял свою маленькую, безупречно гладкую фарфоровую ручку.
Жест был легким, почти неуловимым, но эффект оказался поистине сокрушительным. Словно кто-то нажал кнопку Стоп на пульте управления реальностью.
Маги-экологи поперхнулись на полуслове, захлопнув рты с отчетливым клацаньем зубов. Мастер Зубер замер с открытым ртом, опустив занесенную для удара трость. Даже могучий гул циклопических насосов, казалось, стал на тон тише, подавленный невероятной, физически осязаемой тяжестью чужой воли.