Кирилл Теслёнок – Как я съел ваши фаерболы (страница 56)
— Ленок? Батюшки, какие мы злые! А я уж думал грешным делом, что ты там в своей стерильной богадельне совсем хватку растеряла. Ты всё такая же заноза в заднице, какой была под Выборгом в девяносто восьмом, когда вытаскивала меня из горящего блиндажа! Что, Кровь Волковых оказалась слишком горячей для Общества Целителей?
— Пасть закрой, — рыкнула Елена, и вокруг её пальцев на секунду вспыхнуло опасное синее свечение диагностической магии. — Я больше не буду кормить этого твоего мохнатого обжору своими лучшими заклинаниями. Он постоянно хочет жрать, Корней! В твоем внуке проснулся не просто Дар, там бурлит какая-то прожорливая черная бездна!
— Это у нас семейное, — сыто и самодовольно хохотнул дед на том конце провода. — Помнишь, как нас в Подгорном Разломе завалило плитами на трое суток? Я тогда, чтоб с голоду не сдохнуть, банку тушенки вместе с жестью сожрал, пока ты мне ребра вправляла. И ничего, переварил!
— Ты тогда и мои бинты сожрать пытался, старый хрыч, еле отогнала, — фыркнула Елена, но уголки её губ на секунду дрогнули в мимолетной, теплой улыбке. — Короче, Корней. Дело серьезное. Моя дочь только-только начала восстанавливать Ядро. Если твой кобель на нее хотя бы прикрикнет…
— Не бойся, Ленок, не обидим мы твою дочурку. Волки к женщинам завсегда с уважением.
— С уважением? Ты сам-то в это веришь? — Елена раздраженно побарабанила пальцами по столу. — Твой сумасшедший щенок утащил её из переулка на плече, без согласия, попутно оценив её таз как у первоклассной племенной кобылы! Это у вас теперь так уважение называют?
— Оценивать породу — первое дело для Альфы! — весело парировал Корней. — Помнишь, как Андрей твою лучшую подругу Смирнову впервые увидел? Тоже ведь сначала зубы проверил и за локоть укусил, чтоб характер оценить! И ничего, вон какая любовь была…
— Заткнись, Корней. Твои шуточки тридцатилетней давности неуместны. За девчонку головой отвечаешь лично.
— Выдыхай, Ленок, — голос деда стал чуть серьезнее, в нем прорезался тон старого командира. — Мой Волчок её пальцем не тронет. Он просто растит Стаю. Вы, медики, вечно всё усложняете своими протоколами. Привезем, обогреем, чаю нальем. Так что всё по закону будет.
— По закону? — Елена горько усмехнулась, вспоминая, как Ярослав сжевал любовную магию, а потом заразил интернов. — Твой закон, Корней, пишется клыками. Ладно. Жду отчета. И только попробуй не выйти на связь.
Связь оборвалась с коротким, сухим щелчком. Елена медленно опустила амулет обратно в свинцовый пенал, глядя на бушующую за окном грозу. Старый хрен не изменился. Всё такой же упрямый, непереносимый кусок боевой стали, даже в инвалидном кресле. И, пожалуй, именно это давало ей слабую надежду на то, что её дочь действительно в безопасности.
Дочь… Где-то там её вылеченная дочь болталась на плече у твари, которая называла её «Водярой».
Она посмотрела на пустой стакан. Перевела взгляд на недопитую бутылку.
— Чёртовы Волковы, — выдохнула Железная Леди, массируя виски. — Всю жизнь мне портят. Просто всю жизнь.
Елёна моргнула. И решила, что завтра у неё официально выходной. Надо прийти в себя.
Протокол сдерживания монстра продолжит работать. Она укротит Зверя… не силой, так иным способом.
Северогорск дрых. С высоты птичьего полета этот старый мегаполис выглядел как гигантская пепельница, набитая острыми шпилями. Вдали, в центре, мерцал неоном сытый элитный район. А здесь, на окраине, лишь тускло желтели редкие фонари.
— Когти не распускай, Водяра, халат порвешь, — бросил я через плечо.
Диана, висящая на мне попой кверху, как элитный мешок с картошкой, мертвой хваткой вцепилась в мой розовый медицинский прикид.
— Яр, ты больной! Мы на уровне десятого этажа! — взвизгнула она, пытаясь прокричаться сквозь свист ветра. — Если ты меня уронишь, я восстану из мертвых и сожру твою печень!
— Не скули. Я своими трофеями не разбрасываюсь.
— Я для тебя всего лишь трофей?
— Не ной. В первую очередь ты будущая Альфа-самка.
Я присел на краю бетонной крыши. Прислушался к ощущениям внутри. Чёрный Желудок довольно урчал. «Синтетика» — вещь. Закинул в топку выжимку из того гравитационного пресса, плеснул сверху высоковольтной дури от тестов с шокером и шлифанул эльфийским льдом, чтоб суставы не дымились. Коктейль «Лунная Блоха», классное название. По венам струился чистый, ледяной адреналин, искрящийся синевой.
Я мощно оттолкнулся. Бетон под ногами хрустнул, просел на пару сантиметров. И мы взмыли в воздух.
Ветер ударил в лицо. Диана снова взвизгнула, но на этот раз уже от дикого, первобытного восторга. Я чувствовал, как она задрала голову, впитывая вид ночного города.
— Твою ж мать! — заорала она, перекрывая свист ветра. — Яр, мы реально летим!
— Падаем с ускорением, — поправил я. — Летать — это для пернатых. А волка ноги кормят.
— Глянь вниз! Там псы из КМН патрулируют! Фарами светят! Они нас не увидят⁈
— Кишка тонка. Травоядные не волки, всегда смотрят только под ноги. Ну или прямо. Наверх, на луну, для них слишком сложно.
Мы тяжело приземлились на гудроновую крышу какой-то заброшенной фабрики. Не гася инерции, я снова пружинисто оттолкнулся. Из-под пяток брызнул сноп синих искр, а на месте прыжка остался ровный круг инея.
— Офигеть… Так это ты гравитацию из той камеры сожрал? — догадалась Диана.
— Ага. И электричество. Закинул в желудок, крутанул на максималках, получил энергетик. Я ж теперь не просто жру. Я мишленовский повар Бездны, гы.
— А если бы пропорции перепутал?
— Тогда бы мы сейчас живописно стекали по фасаду вон того небоскреба.
Диана фыркнула и звонко шлепнула меня ладошкой по лопатке.
Мы перемахнули через широкую эстакаду. Внизу смазанными пятнами проносились витрины, брошенные тачки, какой-то забулдыга у мусорки орал песни. При виде летящего в небе мужика в розовом халате алкаш выпучил глаза. И истово перекрестился.
Пить меньше надо, дядя. Тогда и летучие волки не будут мерещиться.
— Знаешь, — вдруг серьезно произнесла Диана, глядя на проносящиеся внизу кварталы. — Я ведь в этом гадюшнике всю жизнь торчу. Но сверху он совсем другой.
— И какой же?
— Мелкий и жалкий. Словно картонный макет. А все эти лицемерные людишки, они там, внизу. Сопят в свои подушки. А мы… над ними.
Я хмыкнул, перепрыгивая через торчащую ржавую антенну.
— Привыкай к месту на вершине пищевой цепи, жёнушка.
— Я впервые чувствую себя… живой, — почти шепотом добавила она. — Вот оно как… быть свободной и здоровой.
Я чутка сбросил скорость. Икры начало сводить, гравитационный запас таял, да и электричество было на донышке. К трансформатору, что ли, какому присосаться?
Мы рухнули на крышу старого кирпичного склада неподалеку от нашего района.
Со свистом выдохнув, я поставил Диану на ноги.
Она покачнулась, вцепившись пальцами в моё плечо. Посмотрела на меня снизу вверх. Во взгляде больше не было ни стервозности, ни страха. Только какое-то хищное, собственническое признание.
— Чего уставилась? — хмыкнул я.
— Спасибо, — вдруг выдала она. — За то, что украл.
— Обращайся. Будешь плохо себя вести, украду еще раз и посажу в подвал к эльфийке.
— Только попробуй, кобелина! — сразу вспыхнула она.
— Попробую. Я люблю дегустировать.
Она мстительно ткнула меня кулаком в ребра, но я лишь показал ей клыкастую ухмылку.
— Харэ языками чесать. — Я снова присел, подставляя спину. — Залезай. Пару прыжков осталось.
На этот раз я подхватил её нормально, под бедра. Она крепко обвила руками мою шею.
— Несешь меня, как принцессу, — мурлыкнула она мне на ухо.
— Ты не принцесса, Водяра. Ты трофейная жена, которая слишком много болтает. Но генофонд у тебя бронебойный. Твоя маман тому живое подтверждение.
Она насупилась, но всё ещё бойко произнесла:
— О, да. Маман у меня бетонная.
Последний толчок выжал из меня остатки сил. Гравитация закончилась. Я едва дотянул до парапета нужной крыши. Приземлился грязно, гнилой шифер с грохотом ушел вниз. Диана тихонько ойкнула, но в шею вцепилась намертво.
Я выпрямился. Впереди сквозь пелену дождя тускло мерцал фиолетовый купол. Мой барьер Логова. Держался уверенно, зараза. Но энергии осталось не так много.
А вот вокруг него творилась форменная… осада. По периметру, словно жирные черные стервятники, выстроились фургоны без номеров. Те самые. «Чистильщики» КМН. Внутрь им хода не было, барьер держался, но эти псы умели ждать. Чуяли, что магия скоро выдохнется.
— Это что за маски-шоу? — Диана мгновенно ощетинилась. Мана Воды агрессивно заискрила на её тонких пальцах.