Кирилл Сурин – Врата искры (страница 1)

Кирилл Сурин

Врата искры

ГЛАВА 1. “ИСКРА В ГРОБНИЦЕ”

Холод. Не влажный холод Некрополиса, пробирающий до костей. Не токсичный холод Рубцов, высасывающий душу. Это был холод могилы. Древний, сухой, пропитавший камень за века забвения. Воздух стоял неподвижный, тяжелый от пыли праха и окислившихся данных. Единственный свет – призрачно-голубоватое мерцание монитора криокапсулы, отбрасывающее дрожащие тени на стены, уставленные пустыми нишами и разбитыми урнами. Колумбарий. Заброшенный нео-готический склеп, ставший их последним жалким укрытием.

Кайро сидел на корточках у капсулы, спиной к стене, усыпанной выщербленными именами давно истлевших мертвецов. Его дыхание было поверхностным, почти неслышным. Не из осторожности. Из истощения. Цифра в визоре горела, как клеймо: ДЕГРАДАЦИЯ: 58.3%. Она не просто росла. Она пульсировала в такт едва уловимому, навязчивому смеху, что вибрировал где-то в глубинах его черепа. Не звук. Ощущение. Как скрежет когтей по стеклу сознания.

Он попытался вспомнить их. Мать. Отца. Дом до Лиры. Тепло. Запах. Что-нибудь. В ответ – черная, бездонная пустота. Словно кто-то аккуратно вырезал целые пласты мозга скальпелем из тьмы. Осталось только смутное, далекое чувство утраты, лишенное формы и содержания. И имя. Лира. Оно было якорем. Острым, режущим, вонзившимся в самое нутро.

Взгляд скользнул к капсуле. Сквозь мутноватое стекло – бледное, неподвижное лицо сестры. На крошечном мониторе – роковая цифра: 0.00005%. Искра. Единственное, что связывало ее с миром живых. Ниточка, тоньше паутины. И она таяла с каждым часом в этом проклятом склепе. Структурные повреждения капсулы (18%) делали ее уязвимой. Любой толчок, скачок энергии, близость Фрагмента – и ниточка могла порваться.

Хорошо… Тепло здесь… Тишина… – прошелестел голос Чудовища, сладкий и липкий, как патока. Отдохни, Копье. Скоро… скоро нам понадобятся силы. Много сил. Чтобы забрать ее. Чтобы сделать… что захотим. Смешок, отдавшийся ледяной иглой в висках. Кайро стиснул зубы, ощущая, как под кожей левой руки, скрытой под обрывками плаща, трещины ответили тусклой, багровой пульсацией. Они стали глубже. Шире. Как дороги на карте его уничтожения.

Нет. Не здесь. Не сейчас. Он не позволит ей угаснуть в этой гробнице.

С дрожащими от слабости пальцами он порылся в рваном рюкзаке. Нашел его. Маленький кристаллический чип – зашифрованный маяк, подарок Шепота. Последняя надежда на Некросеть. На диссидентов. На кого-то. Риск был огромен. Маяк мог привлечь не только их. Но выбора не было. Ожидание смерти здесь – не выбор.

Он вставил чип в слот своего импланта. Боль ударила в висок, острая, знакомая – Фрагмент встревожился, почуяв внешнее вмешательство. Кайро проигнорировал. Послал активационный импульс.

Чип замерцал тусклым желтым светом. Один раз. Два. Потом свет погас. Сигнал ушел. В бездну мертвого города. В надежду, тонкую, как та самая искра Лиры.

Кайро откинулся на холодный камень стены. Пустота внутри сжалась в тугой, ледяной ком. Отчаяние боролось с абсолютной, бесчувственной решимостью. Он сделал шаг. Первый шаг к последним теням надежды в мире, где свет был лишь воспоминанием или призраком на мониторе. Оставалось ждать. И слушать навязчивый смех в голове, смешивавшийся с тиканьем часов, отсчитывающих последние мгновения искры Лиры.

ГЛАВА 2. “ТЕНИ ПРОШЛОГО”

Ожидание растянулось в вечность, наполненную пылью, холодом и шепотом Чудовища. Кайро дремал урывками, каждое пробуждение – проверка капсулы, цифры деградации, прислушивание к тишине склепа, нарушаемой лишь гулом собственной крови в ушах. Фрагмент дремал тревожно, его смех сменился тихим, ненасытным урчанием, словно зверь, чующий добычу.

Они пришли не через главный вход – тот был завален. Не через вентиляцию – та заросла цифровой паутиной мертвых данных. Они пришли сквозь стену. Без звука, без вспышки. Один момент – грубая каменная кладка, покрытая копотью веков. Следующий – фигуры, выплывающие из мерцающей дымки, как призраки из статики.

Трое.

Первая: Женщина. Строгая, в потертом, но функциональном комбинезоне защитного цвета. Темные волосы, собранные в тугой узел. Глаза – невероятно живые, пронзительные, умные. В них горел огонь неистового любопытства и… чего-то еще. Скорби? Знания? Она несла портативный сканер сложной конструкции. Доктор Айрис. Нейромифолог. Идеалистка. Ее взгляд сразу прилип к капсуле Лиры, потом – к Кайро, к его скрытой под тканью руке. Без страха. С жаждой понять.

Второй: Мужчина. Крепко сбитый, в бронежилете поверх грубой одежды, с шрамом через бритую голову и взглядом, как у старого волка, видевшего слишком много падалей. Автомат на перевязи, тяжелый пистолет на бедре. Командир Барк. Прагматик. Милитарист. Его холодные глаза оценили позицию, выходы, Кайро как потенциальную угрозу. Он едва кивнул, рука небрежно лежала на пистолете.

Третий: Маленький, сутулый, закутанный в плащ с капюшоном, из-под которого торчали пучки проводов и мерцали линзы дешевых оптических имплантов. Его пальцы, усыпанные датчиками, нервно перебирали воздух, будто нащупывая невидимую клавиатуру. Гном. Хакер. Параноик с киберпсихозом в начальной стадии. Он не смотрел на Кайро – он сканировал его, жужжащий портативный девайс в его руке направлен как оружие. Он косился на тени, вздрагивал от тишины. "Аномалия… мощная… опасная…" – пробормотал он себе под нос, голос хриплый от химических стимуляторов.

"Кайро Вейланд," – сказала Айрис, шагнув вперед, ее голос звучал четко в гулкой тишине склепа. "Или Призрак Пандоры. Данные Шепота… подтверждаются. Частично." Ее взгляд снова скользнул к капсуле. "Состояние носителя… кризисное."

"Состояние угрозы кризисное, Айрис," – парировал Барк, не отрывая глаз от Кайро. "Маяк мог поднять всю свору охотников и 'Экзорцистов'. Ты уверена, что этот… сосуд стоит риска?" Он кивнул в сторону Кайро.

"Он не сосуд, Барк. Он человек. Искалеченный. Как и она." Айрис указала на Лиру. "Шепот передал ключи. Фракция 'Омега' в 'Мнемосине'. 'Экзорцисты' – их рука. Правда об 'Оракуле-0'. Данные сходятся с нашими старыми архивами." Она выдохнула. "Он был прав. Все это время."

"Прав?" – фыркнул Барк. "Он привел нас к апокалипсису на пороге! 'Дети Пандоры' рвут город на части, открывая ворота в ад, а этот… Фрагмент внутри него – бомба замедленного действия!" Он ткнул пальцем в Кайро. "Что он несет, кроме разрушения?"

Все, что захотим… – прошептал внутренний голос, и трещины под одеждой Кайро дрогнули, излучая слабый жар.

Гном дернулся. "Скачок эмиссии! Видите?! Нестабилен! Непредсказуем! Он привлечет их! Или пробудит То за Вратами!" Он заерзал, словно собираясь бежать.

"Он – ключ, Гном," – спокойно, но твердо сказала Айрис. "К пониманию Пандоры. К Фрагменту. К спасению этой девушки." Она снова посмотрела на Лиру. "Шепот верил. Рейвен верила. Я верю."

"Вера – плохой советчик на войне, доктор," – Барк сжал рукоять пистолета. "Нам нужны гарантии. Контроль. Мы можем дать ресурсы. Энергию для капсулы. Убежище получше этой могилы. Медикаменты." Его взгляд стал жестким, как сталь. "В обмен… мы изучаем Фрагмент. Находим способ его стабилизировать. Или… нейтрализовать угрозу."

Молчание повисло тяжелее каменных сводов. Предложение. Ловушка? Единственный шанс? Кайро почувствовал, как Фрагмент внутри насторожился, почуяв угрозу и… возможность. Изучение. Вскрытие. Они хотят заглянуть внутрь, Копье… Хотят увидеть Меня… Дай им… Или разорви на куски…

Кайро поднял голову. Его глаза, лишенные былой глубины, но полные ледяного огня решимости, встретились со взглядом Барка, потом Айрис.

"Она – приоритет," – его голос был хриплым, непривычным от долгого молчания, но не дрогнул. "Стабилизируйте капсулу. Остановите падение искры. Тогда… поговорим об изучении." Он не сказал "согласен". Он поставил условие. Последний торг за жизнь сестры в мире, где торговали только смертью. Тени прошлого – диссиденты Некросети – стояли перед ним, неся и надежду, и новые лезвия для его и без того изрезанной души.

ГЛАВА 3. “ТРЕЩИНА В МИРЕ”

Относительная безопасность колумбария длилась недолго. Пока Айрис с Гномом возились у криокапсулы, подключая портативный генератор и диагностические зонды, а Барк мрачно сканировал периметр, мир за стенами склепа содрогнулся.

Сначала это был гул. Низкий, на грани инфразвука, проникающий сквозь толщу камня и заставляющий вибрировать пыль на полу. Он шел не сверху, а из глубин, словно сам город стонал в агонии. Затем – вспышка. Даже здесь, в подземелье, стены на миг озарились багровым светом, пробивавшимся через трещины и вентиляционные решетки. Воздух запахло озоном, гарью и… чем-то чужим. Сладковато-гнилостным.

"Что… что это?!" – Гном вжался в стену, его импланты бешено замигали.

Барк поднес руку к шлему, активируя внешние каналы связи. Его лицо стало каменным. "Собор Данных. 'Дети Пандоры'. Они не просто ритуал проводят… Они рвут его."

Из хрипящего динамика его комлинка послышались обрывки панических передач, заглушаемые грохотом и нечеловеческими воплями:

"…код Каина-семь… стабильность щита падает…!"

"…они ведут их… живых щитов… боже, это дети…!"

"…ТЕНЬ! ТЕНЬ ИЗ ТРЕЩИНЫ! ОНА НЕ ТАКАЯ… ОНА РЕАЛЬНАЯ! ААААРГХ!"

Айрис побледнела, оторвавшись от монитора капсулы. "Они перешли черту. Используют массовую жертву… для стабилизации точки входа. Не для щупальца… для двери."