Кирилл Смородин – Заклинатель боли (страница 29)

Стоило ему упасть, как дымная стена сразу побледнела и в ней появилось несколько прорех.

— Твою мать! — заорал опешивший от происходящего второй маг. — Ты чего?!

Он отвлекся всего на мгновение, но его противнице хватило и этого. Женщина шагнула вперед, резко выдохнула, и потоки силы из ее ладоней попросту снесли мага. Тот пролетел несколько метров и рухнул рядом со мной.

Первой же пары секунд мне оказалось достаточно, чтобы понять: магия женщины основательно поджарила этого ублюдка. Даже защитный барьер и броня, наверняка укрепленная целой комбинацией заклинаний, не стали для нее препятствием. Однако маг все еще оставался жив и мог быть опасен, так что я продолжил действовать.

Едва моя сила коснулась ожогов на его лице, груди и руках, как маг завизжал, извиваясь и колотя кулаками по полу. Сам я больше не прятался: встал и обошел кусок стены, не убирая нацеленных на ублюдка ладоней и продолжая калечить укрытую под броней плоть. Расслабился я лишь когда враг затих. И только потом обнаружил, что женщина в зеленом платье очень пристально на меня смотрит.

— Здравствуйте, — с легким поклоном произнес я, однако продолжить мне не дали.

Сзади послышался топот, и спустя пару мгновений рядом возник тот самый мордоворот, что дежурил у входа в академию. С ним были еще трое крепких на вид магов, и все они выглядели довольно печально: рваная одежда, кровоподтеки, ожоги и раны на лицах, руках и других частях тела. В общем, эти господа, судя по всему, тоже времени не теряли, отражая нападение. И скорее всего успешно отразили — во всяком случае сейчас вокруг стояла тишина. Ни грохота, ни взрывов, ни свиста, воя или гудения заклинаний.

— Екатерина Викторовна! — выпалил мордоворот, шагая к женщине. — Как вы? Все в порядке?

— Я цела, — ответила та, а затем с мрачной усмешкой оглядела разрушенную аудиторию. — А вот что касается порядка, то дела хреновые. Впрочем, сейчас важнее другое. Игорь, подтягивай всех своих людей, вызывай ночную смену и прочешите академию сверху донизу. Нужно убедиться, что никто из этих дерьмоедов не затаился и не устроил каких-нибудь дрянных сюрпризов. Действуйте.

— Есть! — козырнул мордоворот и почти мгновенно испарился вместе со своей верной троицей.

Женщина же огляделась, затем прикрыла глаз и глубоко вдохнула. Почти тут же я ощутил исходящую от нее волну силы. Похоже, она решила лично убедиться, что академия в относительном порядке, ощупывая магией каждый уголок здания.

Спустя минуту Екатерина Викторовна чуть заметно кивнула сама себе, а затем направилась к Еве, которая переводила ошалелый взгляд с женщины на меня и обратно. Проведя перед девчонкой рукой, Екатерина Викторовна убрала защитный барьер и помогла Еве встать.

— Как ты, дорогая? — спросила она.

— В-все хорошо, — выдавила Ева. Такой бледной я не видел ее ни разу в жизни.

— Вот и прекрасно. Тогда пойдем ко мне в кабинет. Если он цел, то я приготовлю тебе замечательный чай. Вмиг успокоишься.

С этими словами Екатерина Викторовна приобняла Еву и пошла к пролому в стене. Там, с любопытством оглядев меня сверху донизу, она улыбнулась и сказала:

— Тебя, молодой человек, это тоже касается.

Кабинет Екатерины Викторовны каким-то чудесным образом оказался не тронут. На его двери висела табличка со словом «Директор», и я понял, что красавица в зеленом платье и есть основательница и хозяйка этой академии Екатерина Елистратова. Да уж, интересное у нас с ней вышло знакомство.

Сам кабинет оказался скромным, но уютным. Екатерина Викторовна усадила нас с Евой в кресла, а сама стала заваривать чай. Пока она хлопотала, я невольно изучил взглядом ее фигуру. Директриса была слегка полновата, но это лишь красило ее, добавляя привлекательности.

— Мальчики такие мальчики, да? — с усмешкой произнесла та, видимо, почувствовав мой взгляд.

Я не ответил. Лишь благодарно кивнул, принимая позолоченную чашку с ароматным дымящим напитком, и отхлебнул.

Ох-х, по части приготовления чая Екатерина Елистратова оказалась просто мастерицей. Едва первый глоток проделал путь до желудка, как по телу разлилось приятное тепло и успокоение. Еве тоже сразу стало заметно лучше.

— Итак, — Екатерина Викторовна встала перед нами, уперевшись симпатичной попкой в край стола, но тут в дверях ее кабинета вновь возник мордоворот Игорь.

По-военному лаконично он доложил, что все в порядке, нападавшие мертвы, сотрудники академии если и пострадали, то не сильно, и так далее.

— Спецотряд и следователи уже едут, — закончил он и рукавом вытер кровь, что текла из большой сечки над левой бровью. Использовав каплю силы, я заставил рану закрыться, и здоровяк, ощутив вмешательство, нахмурился и тряхнул головой. — В общем, Екатерина Викторовна, защитились мы благополучно.

— Это хорошо, — задумчиво кивнула Елистратова и помрачнела. — Плохо другое. То, что нам вообще пришлось защищаться. Знаешь что, — она подошла к Игорю и тихо произнесла: — Прибери-ка одного из покойников и доставь Константину. Пусть покопается в его мозгах, может, найдет что-нибудь интересное.

Мордоворот с готовностью кивнул и вышел из кабинета. Однако на его месте почти тут же возник другой мой знакомец — Валерий Михайлович. И выглядел этот крысоподобный бедолага так, что становилось ясно: чтобы привести его в порядок, понадобится далеко не одна чашка волшебного чая, приготовленного Екатериной Викторовной. Его колотило, он потел и со свистом втягивал воздух.

— Привет, Валера, — кивнула вошедшему директриса. — Ты как?

Тот неуверенно дернул головой, что означало кивок, глянул сначала на Еву, затем на меня и помрачнел. Я же сохранял на лице каменное выражение и отхлебнул еще чаю.

— Екатерина Викторовна, — наконец выдавил Валерий Михайлович. — Какое счастье, что вы не пострадали.

Едва заметные нотки фальши, которые я уловил в голосе главы приемной комиссии, очень мне не понравились. Похоже, крысой этот тип был не только внешне.

— Да, все хорошо. Но попотеть пришлось. И если бы не кое-кто, — внимательный взгляд единственного, такого же зеленого, как и платье, глаза опять сфокусировался на мне, — то не исключено, что сейчас мы бы с тобой здесь не разговаривали.

— Что вы имеете в виду? — Валерий Михайлович тоже посмотрел на меня. Но с презрением.

— Ты, дружок, появился очень вовремя, — обратилась ко мне Елистратова. — И здорово помог мне. Я благодарю тебя за это и хотела бы узнать, как тебя зовут и какими судьбами ты вообще оказался здесь.

— Я Алексей Петров, — с легким поклоном представился я. — А в академию пришел узнать насчет поступления. В этом году я заканчиваю школу и хотел бы пойти учиться туда, где готовят магов, поскольку во мне есть дар. Но, к сожалению, — я перевел взгляд на Валерия Михайловича, — я не прошел проверку.

— То есть? — Екатерина Викторовна нахмурилась и тоже посмотрела на главу приемной комиссии. — Валерий Михайлович, объяснитесь.

— Все верно, — произнес тот, явно чувствуя себя не в своей тарелке, и ожег меня злым взглядом. — Мы с Петром Андреевичем провели процедуру проверки потенциала. У этого юноши он почти на нуле. Хорошего мага из него не получится, к моему глубочайшему сожалению.

Ага, сожалеет он. Ври больше, крысеныш.

— А эта ваша электрическая шарманка… — после недолгих раздумий вновь заговорила Екатерина Викторовна, похоже, начиная раздражаться, — точно была исправна? Знаете, как только вышел приказ Департамента магического образования и эта гудящая хреновина появилась у нас, ничего, кроме проблем, я не вижу. И вообще у меня складывается ощущение, что ее основная задача не измерять, а браковать. Причем браковать несправедливо.

— Тут я вынужден не согласиться, — вновь потея, сказал Валерий Михайлович. Ох и не нравился ему начавшийся разговор… А вот я сидел и наслаждался. — Департамент заботится о том, чтобы отбор юных магов для обучения проходил эффективно и объективно, поэтому…

— Ой, фу, Валерий Михайлович, — Елистратова брезгливо сморщилась. — Извольте не изъясняться со мной этим отвратительным протокольным языком Департамента. А их методы… В общем, у меня большие сомнения на их счет. И после появления этого боевитого товарища, — зеленый глаз снова уставился на меня, — сомнения только усилились.

— О чем вы, Екатерина Викторовна?

Директриса не ответила. Она все еще изучала меня, я сохранял невозмутимый вид и попивал чай, чувствуя, что сейчас что-то будет. И не ошибся.

— Я так понимаю, ни к какому роду ты не принадлежишь, — произнесла Елистратова. — Простолюдин. Иначе тебя не потащили бы к этой измерительной бандуре.

— Верно, госпожа, — кивнул я, чем вызвал у женщины легкую улыбку.

— Поступать, значит, к нам хочешь?

— Не отказался бы. Но…

— Что ж, — прервала меня Екатерина Викторовна, — будем считать, что ты зачислен. Без экзаменов и всяких измерений.

В кабинете повисла тишина. Опешили все, кроме директрисы, но главным образом — Валерий Михайлович. Несколько секунд он таращился на Елистратову, затем откашлялся и выдавил:

— Что, простите?

— Валера, — со смесью укора и насмешки сказала Екатерина Викторовна, — не делай вид, будто ты не слышал. Но из уважения к твоим заслугам повторю: этот молодой человек зачислен в мою академию на особых условиях.

— Но… каким образом? — бедный глава приемной комиссии выглядел настолько растерянным, что я еле сдерживал злорадную ухмылку. Куда же делось твое тщательно скрываемое торжество, придурок, когда ты объявлял, что мне здесь делать нечего? — Мы ведь провели проверку, и у Алексея крайне слабые показатели.