Кирилл Смородин – Охота (страница 37)

– Мы почти пришли, – сообщила ведьма и указала вдаль – на словно прорвавшуюся сквозь землю скалу, похожую на скошенную серую пирамиду. У основания темнел вход в пещеру, откуда и вытекал ручей. – Если выражаться привычным тебе языком, то там наш первый чекпоинт.

До цели дошли минуты за три. Вход сторожили два высоченных серолицых мертвяка, вооруженных косами. Приблизившись к ним, ведьма вытянула руку, и оба стража исчезли, оставив после себя светящиеся горки лута.

– Это, конечно, нечестно, – ведьма с улыбкой обернулась к Матвею, – но нам ведь и очки опыта копить ни к чему, верно? Зато вход теперь свободен.

Пещера оказалась неглубокой, большую ее часть занимало озеро, освещенное изнутри голубыми кристаллами и населенное то ли водяными змеями, то ли похожими на угрей рыбинами. Под сводом горели алые огоньки нетопыриных глаз – самих тварей Матвей насчитал три десятка. А на противоположном берегу стоял огромный сундук, справа и слева от которого, подобно часовым, сияли гранями все те же кристаллы, что были и под водой.

– Там, – ведьма кивнула на сундук, – находится Кристальная Корона, одно из самых примечательных сокровищ Мьелльварда. Множество игроков грезят о том, чтобы стать обладателями этой вещицы. Однако никто из них не догадывается, что тут спрятано нечто куда более интересное, причем оно не относится к игровому контенту, поскольку принадлежит к реальному миру. И доказывает: чудеса, ради которых тысячи людей по всему земному шару укладываются в вирт-капсулы и погружаются в игровые вселенные, существуют на самом деле. Стоит лишь протянуть руку.

Последние слова она договаривала, подходя к небольшой ноздреватой выпуклости на стене пещеры, после чего действительно протянула руку и коснулась приметного места. В глазах ведьмы блеснул красный огонь, и тут же часть стены исчезла, открыв нишу, в которой открывал зубастые пасти и шевелил щупальцами «открывающий пространство».

«Как?.. И ради этого мы оцифровывались?..» – Матвей ничего не понимал: у ведьмы в убежище есть несколько подобных тварей, способных открывать порталы между мирами. Она могла задействовать любую, чтобы попасть в нужное место.

– Увы, на сей раз ты ошибаешься, – заговорила ведьма, изучая «открывающего». – Есть миры, в которые почти невозможно попасть, и открыть туда дорогу может лишь особый экземпляр Форамен Спатиум. Перед нами именно такой. Да, он ограничен связью лишь с одним миром, но это в то же время делает его уникальным. Мне пришлось заплатить немалую цену за него, и теперь, – она повернулась к Матвею, посмотрела ему прямо в глаза, – я могу вернуться домой.

«Домой? – Климов опешил. – В другой мир?»

– Верно, – ведьма кивнула, довольная эффектом. – Я прибыла сюда несколько десятилетий назад. Вместе с сестрами думала обосноваться здесь надолго, однако, – она развела руками, – не сложилось. Тогда я еще не знала, что планирует моя наставница, а потому служила ей верой и правдой и даже, – горькая усмешка, – в какой-то мере спасла Землю. Однако вскоре над ней нависла новая угроза. Мои бывшие союзники готовятся… кое к чему, и я должна не допустить, чтобы их план осуществился. Так что у меня, можно сказать, контрплан, – ведьма снова усмехнулась, но почти тут же стала серьезной. – Нам пора отправляться, дело предстоит очень сложное. Тем более что кое-кто из ищеек уже здесь…

Матвей похолодел, и почти тут же в голове возникла мысль, которая напугала его еще больше.

– Послушайте, – он подошел к ведьме, встревоженно посмотрел на нее. – Раз те, кто на вас охотится, уже здесь, значит, рано или поздно они доберутся и сюда.

– Верно, – ведьма кивнула и приступила к созданию портала.

– Но ведь тогда они смогут обнаружить «открывающего» и переместиться в ваш мир вслед за нами.

Облако тьмы, как обычно, возникло совершенно бесшумно. Эльфы словно по команде стали заходить в портал один за другим.

– А вот тут ты ошибаешься, – хозяйка убежища повернулась к Климову с хитрой улыбкой. – Как только мы все окажемся очень далеко отсюда и портал закроется, Форамен Спатиум погибнет, превратится в бесполезную и дурно пахнущую массу. Безусловно, мои преследователи поймут, что это «открывающий», однако большего определить не смогут. И главное – не узнают, в какой именно мир я отправилась.

На это Матвей мог лишь задумчиво покивать, а засевшая внутри тревога немного утихла.

Эльфы, тем временем, уже исчезли в портале. Лариат на сей раз вошел во тьму последним.

– Теперь твоя очередь, – ведьма легонько подтолкнула Климова к клубящейся черноте.

Тот сделал несколько шагов вперед и вскоре, благодаря навалившейся на него невыносимой боли, понял, что мир, в котором родилась ведьма, расположен очень и очень далеко.

Квест третий: Пламенный Рокот - 3

Песчаный берег, залитый ярким и жарким летним солнцем. Шелестящие заросли камыша справа и слева. Синее, усыпанное сотнями бриллиантов-бликов полотно реки, которая соседствовала с широким подсолнуховым полем, за которым, подобно серо-белому миражу, высилась далекая горная гряда с заснеженными вершинами.

«А тут все как дома», – подумал Матвей, как только пришел в себя после перемещения и осмотрелся.

– Совершенно верно, – согласилась ведьма, со слабой и немного грустной улыбкой глядя на Климова. – Наши миры имеют немало схожих черт. Однако есть и различия. Здесь ты не найдешь заводов-исполинов, автомобилей, компьютеров и других проявлений научно-технического прогресса, который на Земле воспринимается как дар, что, на самом деле, очень и очень спорно. Зато о магии и существовании тех, кто по твердому убеждению землян встречается только в сказках, мифах и фантастических произведениях, тут знают абсолютно все. Ты не удивишь здешних обитателей историями о великане-оборотне, инквизиторской тюрьме, населенной всевозможными чародеями, магических поединках, проклятьях и так далее. Однако предел тому, что в твоем мире считается необычным, есть даже тут. И компании из одноногой ведьмы, странно одетого юноши и двадцати эльфов, выглядящих так, словно попали под воздействие сильнейшей черной магии, здесь сильно удивятся. А где удивление, там и слухи, которые обязательно доползут до ушей тех, с кем мне лучше не пересекаться.

– И что же в таком случае делать? – спросил Матвей. Он не был особенно растерян или напряжен, поскольку чувствовал, что ведьма абсолютно спокойна. Возвращение в родной мир словно бы придало ей дополнительные силы.

– Наведение морока – отдельный вид магического искусства. Я посвятила его изучению и совершенствованию не один год и, что греха таить, всегда рада продемонстрировать этот свой талант. Сейчас ты и Драконоловы образуете круг. Немного магии – и мы все будет выглядеть иначе, более привычно для этого мира.

Остроухие выполнили безмолвный приказ ведьмы, обступив ее. Матвей втиснулся между двумя эльфами – те были почти на голову выше – и замер в ожидании.

– Должна предупредить: процедура предстоит малоприятная, но ты должен сохранять полную неподвижность, иначе морок ляжет не так, как нужно, – ведьма серьезно посмотрела на Климова, дождалась кивка и приступила к чародейству.

Воздух вокруг эльфов и Матвея задрожал, будто раскалившись, однако жара не было. Зато спустя пять-шесть секунд пришел зуд. Чесалось все тело, глаза и даже носоглотка. Климов стиснул челюсти, борясь с яростным желанием основательно пройтись ногтями по рукам, ногам, животу и спине.

– Полная неподвижность!.. – строго напомнила ведьма. Она медленно разворачивалась вокруг себя, совершая руками плавные пассы. Глаза горели красным огнем.

К зуду прибавилась ломота, а в глазах стало темнеть. Вскоре Матвея обступила непроглядная чернота, и даже воздух, казалось, загустел и с трудом лился в пылающую огнем носоглотку.

К счастью, долго пытка не продлилась. И как только Климов вновь смог видеть, зуд и ломота почти мгновенно сошли на нет. Облегченно выдохнув, Матвей покачал головой и замер, глядя на окруживших его созданий.

Ростом около метра, кривоногие, покрытые густой зеленой шерстью, длинноносые, пухлогубые и с широко посаженными выпуклыми глазами, похожими на совиные. Тонкие руки с широкими ладонями и едва видимыми пальцами существа держали сложенными на выпуклых животах. Вдобавок, у каждого имелся хвост – длинный, голый и с кисточкой. Климову при взгляде на преобразившихся эльфов становилось не по себе: слишком уж силен был контраст между их настоящим обликом, болезненным и жутким, от которого так и веяло безысходностью, и тем забавным и в чем-то даже нелепым, приобретенным благодаря ведьминым чарам.

– Этот народ называется арьеджалы. Мирные существа, обладающие магией, способной укреплять все, чего она коснется, – произнесла ведьма. Она тоже заметно преобразилась: стала выше, волосы посветлели и теперь были уложены в сложную прическу. Однако вместе с этим хозяйка убежища постарела лет на пятнадцать – на обретшем добродушное выражение лице основательно прибавилось морщин. А сарафан сменился на черное платье с длинными рукавами и высоким горлом. – Именно поэтому арьеджалам всегда рады на стройках. Их магия делает прочнее и фундаменты, и стены, и крыши. Здания, построенные с участием этого народа, гораздо долговечнее, им практически не страшны стихийные бедствия.