Кирилл Смородин – Охота (страница 12)

Наконец впереди показалась, в буквальном смысле слова, глубокая овальная дыра в водной глади. Сухой риф был магической аномалией, которая представляла собой область открытого моря, свободную от воды, словно кто-то воздвиг вокруг нее огромный невидимый барьер. Все внутреннее пространство занимала пестрая громада-гора «подводного сада», с высоты кажущаяся вытянутым разноцветным пятном.

– Минут через пять будем на рифе, – объявил капитан Лестер, хмуро глядя на раскинувшееся прямо по курсу великолепие. – Ох и не люблю я это место, дрянное оно, даже хуже Проклятой топи. Вроде красиво, а мурашки по шкуре так и бегают. Как по мне, так все из-за магии черной, она тут подобно яду разлилась. Ты ведь, дружище-пиромант, помнишь, как Сухой риф образовался?

Матвей «помнил» – благодаря игровой энциклопедии.

Полтора века назад на Архипелаге кровососов появился молодой и талантливый маг Виваррайн. Он был искусен в ловле чудовищ и скрещивании их друг с другом, никто не сомневался, что Виваррайна ждет великое будущее. Однако вскоре создание химер наскучило чародею, и его разум оказался поглощен новой идеей – совершенствованием человека. Для этого Виваррайн собирался использовать уже привычные методы и в один прекрасный момент зашел слишком далеко: начал похищать людей для экспериментов.

Несколько магов объединились, чтобы остановить безумца. Его логово находилось на Хоттэргейте, неподалеку от гнезда Плант-Спайдеров. Чародеи наведались туда и обнаружили под землей лабораторию, где Виваррайн держал подопытных. Появление непрошеных гостей привело его в ярость, завязалась битва. Справиться с группой магов оказалось для Виваррайна сложной задачей, и он бежал, воспользовавшись зачарованным дельтапланом. Однако чародеи не собирались отпускать его, зная: тот лишь на время затаится, а когда решит, что опасность миновала, продолжит свои жуткие исследования.

Они кинулись в погоню и смогли достать Виваррайна только в открытом море. У них не оставалось иного выхода, кроме как убить его, однако чародей дорого продал свою жизнь. В момент смерти Виваррайна сработало мощнейшее заклинание, уничтожившее магов и превратившее все вокруг в аномалию: морские воды оказались отрезаны от этого места невидимым барьером, из глубины поднялся кусок бесплодного дна и – стремительно по меркам природы – стал обрастать кораллами и населяться странными созданиями, самым опасным среди которых была Огнеглазая Мурена, босс Сухого рифа.

«И очень скоро мы с ней сразимся», – Матвей оглядел команду китобоев – те с сосредоточенными лицами не отрывали глаз от цели. Дирижабль слегка покачивался на ветру, и всевозможные амулеты, развешанные на гондоле, тихо позвякивали.

Вскоре капитан Лестер дал команду на снижение. Риф приближался, одновременно и пугая, и вызывая восхищение. Это действительно была целая гора, со множеством углублений и пещер, не уступающая размерами шлаковым отвалам в родном городе Климова и будто бы состоящая из сотен пестрых деталек самых причудливых форм. Кое-где среди «конструктора» Матвей уже видел обитателей – наполовину людей, наполовину морских жителей.

Понятное дело, что разрабы вдохновлялись угрюмыми и пучеглазыми «рыбочеловеками» разной степени трансформации, придуманными знаменитым американским писателем первой половины двадцатого века, который подарил миру целый бестиарий «ужасающих и богомерзких» существ. Однако создатели «МонстерКрафт» пошли немного дальше: их гибриды получились более разнообразными и столь же яркими, как и сам Сухой риф. А отсутствие воды совершенно не мешало им передвигаться в пределах родной локации, потому как вся здешняя фауна умела летать, причем некоторые особи были очень быстры, что делало их серьезными противниками.

Матвей не собирался тратить время и ресурсы на ненужные сражения, поэтому дирижабль, преодолев невидимую границу магической аномалии, двигался медленно и время от времени делал большие крюки, чтобы не потревожить кого-нибудь из мобов. Так экипаж благополучно разминулся с парой крупных морских пауков с длинноволосыми человеческими головами, рыболюдом, чья чешуйчатая шкура переливалась всеми цветами радуги, и невероятно тощей фигурой с осьминожьими щупальцами на спине и головой, покрытой длинными черными иглами, как у морского ежа.

– Сколько же здесь жути… – время от времени повторял капитан Лестер с мрачным видом. – Поскорее бы дело сделать да уйти подобру-поздорову.

Матвей был полностью с ним согласен, но по другим причинам. Тревога за Алену, несмотря на заверения ведьмы о том, что все будет в порядке, лишь крепла. Возможно, ее подогревал гнев – перед мысленным взором Климова очень часто возникала покрытая длинными отростками морда Брульгрома, и Матвею больше всего хотелось вцепиться в нее и разорвать на части. Возможно, сказывалась усталость, ведь он опять провел в игре ненормально долгое время…

– Осторожно! – хриплый окрик Лестера в один миг разогнал мрачные мысли.

Климов понял, в чем дело, и схватился за огнемет одновременно. А спустя мгновение ударил потоком пламени в тварь, решившую закусить китобоями.

Это была ярко-зеленая трехметровая медуза с десятком костлявых рук вместо щупалец. Первый же огненный залп заставил ее замереть в воздухе и лишил трети хитпоинтов. Роул и Коул добавили дамага арбалетными болтами, Марина добила тварь заклинанием.

Следующей, кого заинтересовал дирижабль, стала пестрая людорыбина с острыми гребнями на спине и предплечьях. Как только Матвей уполовинил шкалу здоровья монстра, тот разинул пасть, откуда вылетело с десяток уменьшенных копий, таких же свирепых, как и «родитель». Они мигом рассредоточились и успели-таки немного подранить Роула, Марину и самого Матвея перед тем, как исчезнуть в потоке магического огня. А лишившийся потомства моб пришел в бешенство, став куда более быстрым и сильным, так что пироманту Бруно пришлось попотеть, прежде чем разделаться с этим обитателем Сухого рифа.

К счастью, этот бой оказался последним на пути к Огнеглазой Мурене, «квартировавшейся» в самой большой пещере на противоположной стороне коралловой горы.

Огромная серо-желтая тварь мирно дремала, высунув из жилища жуткую широкоротую башку. Размерами босс не уступал фуре, но при этом был очень быстр, обладал пятнадцатитысячным запасом хитпоинтов и помимо бросков, ударов хвостом и укусов с выпадами имел одну очень неприятную атаку.

– Ну что, повоюем… – Лестер хищно ухмыльнулся и кивнул Роулу и Коулу. – Давайте ребятки, разбудим тварюгу болтами.

Дважды просить близнецов не пришлось. Они нацелили на Мурену арбалеты, и в следующее мгновение в нее полетели напитанные замедляющей магией снаряды.

Чудовище сагрилось мгновенно. Вздрогнуло и разинуло пасть, а в больших глазах-пуговицах зажглось алое пламя. Затем Мурена гигантской лентой выскользнула из пещеры и устремилась к дирижаблю с явным намерением протаранить его.

Роул и Коул выпустили в монстра еще несколько болтов. Матвей прервал его атаку огненным залпом. Как и любая уважающая себя рыбина, Мурена боялась пламени и мгновенно шарахнулась в сторону, когда до экипажа оставалось не больше трех метров. Ей понадобилось секунд пять, чтобы развернуться, но для Климова с китобоями эта передышка оказалась очень ценна.

– Сейчас опять кинется!.. – проревел капитан Лестер – и оказался прав.

Близнецы всадили в серо-желтую башку еще несколько болтов, а Климову вновь удалось отпугнуть и задамажить Мурену пиромантией. Это повторялось еще трижды, благодаря чему босс потерял первые полтысячи хитпоинтов и немного сдал в скорости. И, видимо, поняв, что жалкие человечки не собираются становиться обедом подобру-поздорову, тварь решила использовать свой главный прием.

Огнеглазой эту рыбину звали неспроста: в круглых буркалах твари горело магическое пламя, и та умело пользовалась даром, гипнотизируя решивших покуситься на ее жизнь. Правда, попадали под чары исключительно неписи, превращаясь в покорных «овощей». Приказывать им что-либо, орать матом, хоть благим, хоть обыкновенным, или хлестать по щекам дабы привести в чувство было бессмысленно. Клин вышибают клином, а магию нейтрализуют магией. Единственным средством избавиться от гипнотических чар являлось Зелье Прозрения – очень ценный эликсир, продающийся у Орландо. Матвей выложил целых восемь тысяч пиастров за шесть пузырьков и искренне надеялся, что этого количества хватит, чтобы совладать с Муреной.

Та уже приготовилась «строить глазки»: замерла в полутора десятках метров от дирижабля, повернула голову и чуть вздрагивала, когда арбалетные болты Роула и Коула, пока еще находящихся в здравом уме и твердой памяти, вонзались в шкуру. Урона они наносили ничтожно мало, зато каждый делал летающую рыбину медлительнее – только благодаря замедляющей магии Марины у капитана Лестера появлялся шанс загарпунить босса. А Матвей, тем временем, достал из инвентаря Зелье Прозрения и теперь ждал момента, когда его нужно будет использовать.

Долго ждать не пришлось: глаз Мурены разгорелся, будто маленькое алое солнце, и спустя пару мгновений китобои замерли и ссутулились, не отрывая пустых взглядов от рыбьего буркала. Для закрепления эффекта босс попялился на неписей еще несколько секунд, после чего собрался для очередного броска.