Кирилл Смородин – Исполнитель (страница 44)

Поиски Дыхания Спящего Великана не заняли много времени, и как только сосуд с узким длинным горлышком оказался у Матвея в руках, посреди лаборатории возникла клубящаяся чернота портала в реальность.

Квест четвертый: Роковые ошибки - 4

Матвей сидел возле печки и смотрел на огонь. С тех пор, как он вышел из «Бальстарры», прошло три дня, наполненных бездельем и одиночеством, а потому очень долгих.

Безделье и одиночество… По мнению Климова, именно это погубило героя одного депрессивного классического романа, который он прочел по настоянию Алены около года назад. Питерский студент, автор теории, что разделяла людей на «наполеонов» и «дрожащих тварей» сам признавался: бросив университет и прекратив давать уроки детям, он целыми днями лежал, отдавшись на растерзание собственным мыслям.

Да, побыть одному и подумать иногда бывает жизненно необходимо, иной раз это все равно что лекарство. Однако любое лекарство имеет дозу. Стоит принять больше – и наступит отравление…

– Действительно, в твоем случае опасность отравиться собственными мыслями очень велика, – в голосе ведьмы чувствовалась насмешка.

Матвей вздрогнул и обернулся. Она стояла в дверях, изучая его темными, чуть безумными глазами и со слабой улыбкой.

– Что же, если безделье доставляет тебе столько мучений, я придумаю, чем помочь. Не очень, знаешь ли, хочется повторить судьбу несчастной Алены Ивановны…

Договорив, ведьма прошла в палату и стала осматриваться. Затем присела на край кровати.

– Конечно, твое жилище далеко от роскошного, но мне доводилось коротать время в куда более неприятных местах. Я достаточно изучила твой характер и знаю, как ты ненавидишь этот дом. Ты готов своротить горы, лишь бы вернуться к той жизни, которую построил сам и где у тебя все хорошо. А правильная мотивация способна творить чудеса.

«Почему она здесь?» – недоумевал Матвей, все еще сидя возле «буржуйки» и глядя на хозяйку убежища.

Ни разу еще она не заходила к нему в палату: когда ей требовалось видеть Климова, она всегда посылала за ним Мирона. Вряд ли ведьма пришла просто поговорить по душам, и ее появление не могло не настораживать.

– Расслабься, ничего страшного тебя не ждет. По крайней мере, в ближайшую неделю уж точно, – ведьма снова усмехнулась. – Просто сейчас мне предстоит провернуть одну сделку, и я подумала, почему бы тебе не поучаствовать в качестве наблюдателя? И, судя по тому, о чем ты размышлял до моего прихода, для тебя это может оказаться полезным, поможет развеяться. Поднимайся, пойдем.

Она встала с кровати, направилась к выходу, и Матвею ничего не оставалось, кроме как пойти следом.

– Как ты помнишь, недавно здесь было не протолкнуться от моих работников, – заговорила ведьма, медленно проходя по коридору. – За последние месяцы убежище значительно расширилось. Под этой рассыпающейся двухэтажкой сейчас огромное помещение, наполненное магической энергией, и я хочу показать тебе его.

Спустились на первый этаж, затем в загроможденный мусором и заполненный вонью подвал. Матвей сразу заметил, что участок пола в центре очищен и на нем начерчена пентаграмма. Ведьма подошла к ней, наклонилась и приложила ладонь к нескольким символам.

Спустя секунд десять весь рисунок засветился, хозяйка убежища выпрямилась и отошла к Климову. Исчерченный участок пола словно размылся и задрожал – казалось, он превратился в голограмму, по неосязаемой поверхности которой бежали помехи. Матвей невольно сделал шаг назад.

– Ничего страшного, – сказала ведьма. – Просто открывается проход.

Вскоре проход действительно открылся, и Климов увидел ведущие вниз ступени из темного гладкого камня. В подвале стало заметно теплее, смрад как будто отступил.

– Идем, – ведьма первая направилась к лестнице. – Сейчас ты увидишь место, где я надеюсь завершить дело, за которое взялась.

Помещение под заброшенным детским домом было огромным: в наполненном магией пространстве вполне мог бы уместиться целый жилой квартал. Потолок прятался за толстым слоем плотного серого тумана, отчего казалось, что над исполинским залом вот-вот разразится гроза. Лестница не могла похвастаться шириной, перила отсутствовали, и Матвей, медленно спускаясь вслед за ведьмой, чувствовал себя очень неуютно, особенно когда глядел вниз, на далекий пол, хотя раньше никогда не боялся высоты.

– Это магия, – не оборачиваясь, произнесла ведьма. – Она дестабилизирует нервную систему неподготовленного человека, уж прости меня за столь научные выражения. Сейчас мы спустимся, и тебе станет полегче.

Ведьма оказалась права: едва последняя ступенька осталась позади, как страх ушел, и Матвей, наконец, смог осмотреться. Увиденное попросту ошеломляло, он словно погрузился в игру – настолько фантастической была окружающая обстановка.

– Отчасти ты прав, – сказала ведьма. – Я смогла построить это место исключительно благодаря дарам с виртуальных просторов. Реальность и цифра стали здесь одним целым, образовав уникальное магическое поле. Хотя обустройство еще продолжается, и тебе как игроку придется выполнить немало заданий, чтобы моя подземная лаборатория работала должным образом.

Они шли к высившейся в центре конструкции, больше всего напоминающей дерево из кристаллов. Стволом служил темно-синий минерал огромных размеров, почти достигающий потолка, из него во все стороны тянулись раскаленные докрасна металлические штыри, на которых переливались золотом маленькие кристаллы-листья. Вокруг «дерева» беспрестанно вращались шары фиолетового пламени – они образовывали спираль, которая начиналась у пола и заканчивалась около верхушки. Два десятка летающих существ, похожих на бледно-зеленых безногих призраков с длинными изогнутыми клювами, будто у колибри, то приближались к таинственному устройству, то отдалялись.

– То, на что ты сейчас смотришь, является сердцем этого места, – продолжила ведьма. – Могущественный источник магической энергии, подобные ему есть лишь в цитаделях чародеев, что расположены в одном очень далеком от нас мире, отнюдь не виртуальном. А летающие вокруг него создания, сами того не ведая, следят, чтобы нужные мне силы вырабатывались без сбоев. Их нельзя назвать разумными, магия манит этих существ, словно свет – мотыльков. Однако они прекрасные индикаторы, и, если что-то пойдет не так, их призрачные тела окрасятся в более темные тона.

Справа от «дерева» Матвей увидел нишу, похожую на неглубокий овальный бассейн. В длину он был не меньше тридцати метров, в ширину – около пятнадцати. По дну и стенам расползалась сложнейшая вязь символов, начерченных желтым, черным, синим и белым.

– А это, – ведьма кивнула на нишу, – я называю колыбелью.

Рядом с ней, вплотную к гладкой серой стене, стояли три огромные клетки – решетчатые короба размерами не уступали трехэтажному дому. Сверху каждого было нечто вроде большого антрацитово-черного черепашьего панциря с причудливым ребристым узором и несколькими прозрачными кристаллами. От панцирей, сквозь толстые прутья, тянулись вниз длинные розовые щупальца.

«Они для… кого-то, – понял Матвей, глядя на клетки. – Но что за гиганты здесь были? Или будут?..»

– Будут, – ответила ведьма. – И, я надеюсь, довольно скоро, причем не без твоего участия. Но пока лучше проявить терпение, тем более что для первого постояльца приготовлено особое место.

Договорив, ведьма указала на гигантский аквариум, расположившийся слева от кристаллического «дерева». В высоту он почти достигал потолка, а в длину был не меньше семидесяти метров. Именно на него ушло бронестекло, над которым несколько месяцев назад колдовала хозяйка убежища. Благодаря ведьминой магии прозрачные пластины приобрели голубой оттенок и словно бы сплавились одна с другой. В аквариум спускалось несколько гибких шлангов, протянутых через отверстия в стене, и они заставляли бурлить наполнявшую его воду.

«Всего четыре места, – Матвей задумался. – Для четверых гигантов. Кто это может быть?»

На ум тотчас пришли всадники Апокалипсиса – Чума, Война, Голод и Смерть. За последние месяцы Климов навидался столько, что теперь вполне допускал их существование. Тогда получалось, что ведьма намеревается пленить их. Но для чего?

«Чтобы устроить конец света…» – ответ сам собой возник в мозгу, и все внутри похолодело.

Ведьма рассмеялась.

– Ты в своем репертуаре, Матвей Климов. Вечно строишь догадки, теории, одна ужаснее другой, и тем самым усложняешь себе жизнь. Оглянись, – она обвела огромное помещение рукой, – и подумай, сколько геймеров сейчас хотели бы оказаться на твоем месте, столкнуться с магией не в вымышленных мирах, а в настоящем.

– Да, а еще жить в заброшенном доме, питаться дрянью, что приносит мертвая воспитательница, быть практически рабом и рисковать жизнью, – парировал Матвей.

– Верно, сейчас ты находишься в довольно… суровых условиях, тут я не буду спорить. Как и доказывать, что твои мысли о конце света, – бред, достойный фантазии законченного параноика. Можешь строить какие угодно догадки, дело твое. Но лучше бы ты насладился нашей своеобразной экскурсией. Идем дальше.

Обошли кристаллическое «дерево», и Матвей смог как следует осмотреть дальнюю часть зала. У противоположной стены он увидел несколько серых приземистых ангаров, которые чередовались с большими железными раструбами, наполнявшими помещение свежим прохладным воздухом. Возле каждого ангара сидел страж – химера с телом огромной ящерицы и черной львиной головой. Вдоль стены над ангарами шел широкий карниз, на котором замерли горгульи. Те самые, что атаковали город-хранилище, в котором Матвей обрубил крылья живой статуе. Не зная зачем, Климов принялся считать тварей и обнаружил, что их двадцать семь.